Купание президента. 1987

EL BAŇO DEL PRESIDENTE. 1987

Я сижу на террасе, выходящей на море. Как сидела много раз на протяжении стольких дней в течение этих почти девяти месяцев, что мы живем в Ки Бискайне. Это мой любимый уголок, и я думаю, что мало найдется таких красивых мест.

Зимний Белый дом.
Перед поездкой в Европу Никсон греется в Ки Бискайне.

Мы живем в доме, который принадлежал президенту Никсону. Напоминания о нем остались повсюду. Это его гербы с орлом на всех стеклах, его инициалы, вырезанные на входных дверях, три апельсиновых дерева, которые ему подарил Чжоу Эньлай после его исторического визита в коммунистический Китай, две высокие мачты, замершие, словно часовые, по краям сада… Его присутствие, в той или иной форме, еще чувствуется здесь. Как и сам он остался в Ки Бискайне и уже навсегда останется частью этого прекрасного острова.

Он обожал это место, этот дом, это море. Он поселился совсем рядом со своим близким другом, банкиром Бебе Ребосо. Сюда он сбегал, когда у него бывала пара свободных дней. Он наслаждался этим климатом, этим пейзажем, этой тишиной, этим частным пляжем, по которому прогуливался столько раз…

«Я воспользовался «мостиком» между каникулами девочек, и мы вчетвером приехали в Ки Бискайне...»

«Пат, девочки и я сбегаем в нашу Ки Бискайне…»

У меня в руках замечательная книга воспоминаний, которую он только что подписал Рафаэлю и мне. В рецензии написали: «Она будет основным источником сведений для историков и студентов. Здесь они имеют возможность вынести суждение о том классе людей, к которым, по его словам, относится Никсон. В этой книге он анализирует свои сомнения и убеждения, свои слабости и надежды, свои триумфы и поражения, свои удачные и неудачные решения. Каким же был первый президент, который отказался от своей должности? Почему он сделал то, что сделал?»

Оставим в стороне политику, хулителей и «Уотергейт» - престиж Никсона возрастает, и к нему относятся с огромным уважением. Годы и историческая перспектива расставляют все по своим местам.

Из-за так называемого «Ирангейта» и обвинений в адрес Рейгана имя Никсона постоянно мелькало на первых страницах всех газет, и пресса никогда не переставала сравнивать оба случая. Но сегодня за экс-президентом признают все, в чем ему отказывали тогда. И его достоинства начинают превалировать над его недостатками. «Никто не знает столько о внешней политике». Когда упоминают о нем, эта фраза является обязательной.

В один прекрасный день, исторический день, перед его именем появилось слово «экс». Кто оставался рядом с ним? Как почти всегда бывает в подобных случаях, число «друзей на час» бесконечно, но очень мало настоящих друзей. Бебе Ребосо оказал честь словам «дружба» и «верность» в печальные моменты Ричарда Никсона. Возможно, именно это с первой же минуты больше всего привлекло меня в нашем соседе Ребосо: эта абсолютная верность великому человеку, потерпевшему поражение, эта способность возить саночки, когда и речи нет о том, чтобы на них кататься. Сколько за эти месяцы мне поведал Ребосо! Мне очень нравится разговаривать с ним, слушать его. История этого острова, его уже тридцатилетнее пребывание в Ки Бискайне, его дружба с Никсоном, забавные рассказы и т.п…

- Завтра президент приезжает, чтобы провести здесь пасхальную неделю.

* * * * *

Пять вечера. Рафаэль занимается английским с преподавателем. Я пишу. В бухте Бискайне все спокойно. Тишину нарушают лишь волны, пеликаны и стайки диких попугаев самых ярких цветов, которые останавливаются отдохнуть на ветвях этих деревьев.

Человек семидесяти трех лет плавает неподалеку от пляжа прямо перед нами. Его семья сидит на песке, играя с двумя маленькими детьми. Курсирующие по заливу корабли не знают, что этот человек – Ричард Никсон. И он спокойно плавает. Сейчас - на спине, время от времени в задумчивости останавливаясь, чтобы полежать на воде. Пат, его жена, прогуливается со своей дочерью Джулией, зятем Дэвидом Эйзенхауэром и своими внуками.

Учитель Рафаэля ушел, и к нам присоединяется Ребосо. Мы разговариваем, наблюдаем за купающимся. «Ему очень нравится море, он обожает плавать…» А потом, взглянув на террасу, говорит: «Здесь они всегда обедали». И добавляет: «Знаете, этот бассейн построили ровно за девять дней. Это был сюрприз, который Пат хотела преподнести ему ко дню рождения».

Дом, терраса, бассейн, пальмы, пляж – все принадлежит ему. Вдруг я начинаю ощущать неловкость. Почти как захватчик. Я не могу отвести взгляд от человека, который продолжает плавать. За ним наблюдает мачта, с которой снят американский флаг. На память мне приходит заключительный фрагмент его книги:

«Четверг, 8 августа 1974 года, был последним днем, когда я служил Соединенным Штатам как президент. Я вошел в кабинет, где меня ждал Джерри Форд, и сказал ему: «Удачи, господин президент. Я повторяю те же слова, которые сказал, когда назначал* тебя: Я знаю, что страна будет в очень хороших руках…» «Спасибо, господин президент» - ответил он мне. А Бетти Форд, обняв меня, добавила: «Желаю тебе очень хорошего путешествия». Я направился к трапу «Marine One» - президентского вертолета. Воспоминания об этой сцене навсегда врежутся в мою память, словно стоп-кадр из фильма: красный ковер, зеленый газон, Белый дом, мундиры почетного караула, новый президент и его новая первая леди… Джулия, Дэвид… Столько настоящих друзей… Знамя, развевающееся на самой высокой точке Дома… Я поднял руки в последнем приветствии. Улыбнулся. Прошептал слова прощания и быстро повернулся к вертолету. Дверь закрылась, моторы завелись, винт начал вращаться. Когда я снова взглянул в окно, Белый Дом был под нами. Я не разговаривал. Слез не было. Я откинул голову назад и закрыл глаза. Я услышал, как кто-то очень тихо сказал Пат: «Все это так грустно. Это так грустно…»*.

Никсон продолжает плавать… Смеркается. Очень скоро солнце сядет, и мы еще раз будем восхищаться впечатляющим и прекрасным зрелищем, которым здесь являются сумерки.

Президент выходит из воды. Внуки подбегают к нему и обхватывают руками. В мемуарах, которые я читаю, словно лейтмотив повторяется одна фраза: «Пат, девочки и я... Пат, девочки и я…» Пат босиком идет по песку. Сейчас девочки замужем, у них уже есть дети. Никсон улыбается. Может быть, я ошибаюсь, но во всем, что я наблюдаю, ощущается великая меланхолия. Хоть бы я ошибалась. Этот дом был твоим, и этот пляж, и эти пальмы… Я обожаю это место. Он продолжает приезжать в Ки Бискайне - реже, но достаточно регулярно. Здесь у него есть хороший друг, испытанный друг – Ребосо, наш сосед.

 

Ричард Никсон с Бебе Ребосо в Ки Бискайне.

- Вчера на остров приехал президент Никсон.

Об этом с непринужденностью и удовлетворением говорят везде – в супермаркете, в аптеке, на почте… Никсон – это что-то свое, он принадлежит этому месту. Он провел тут Цветущую пасху, как называют здесь эти дни пасхальной недели. Он обедал в итальянском ресторане «Stefanos», занимался моционом в Крэндон-парке, бродил вдоль каналов, каждое утро забирал Ребосо из его банка, чтобы прогуляться вместе, беседуя о стольких вещах…

Его фотография с посвящением с завтрашнего дня будет стоять в этом доме. Я смотрю на море. Там уже никого нет. Мужчина семидесяти трех лет не плавает вдоль пляжа. Высокая мачта продолжает нести караул.

Наталия Фигероа
26.04.1987
АВС (Мадрид)
Перевод А.И.Кучан
Опубликовано 27.02.2013

Примечания переводчика:

* В 1973 году Никсон назначил Форда преемником вице-президента Спиро Агню, который вынужден был уйти в отставку из-за обвинений в уклонении от налогов. Никсон впервые в истории применил двадцать пятую поправку к основному Закону государства и назначил Форда на второй пост в государственной иерархии.