IX. El día que pegué a una enfe

IX. ДЕНЬ, КОГДА Я ОТШВЫРНУЛ МЕДИЦИНСКУЮ СЕСТРУ

Я думаю, что принадлежу к тому типу людей, которые, видя, что под ногой ползет муравей, не наступят, чтобы не нанести вред этому маленькому существу. Я не представляю себя рвущим рубашку на груди и кидающимся в драку в какой-нибудь дискуссии или ином случае. Как ни напрягаюсь, не могу вообразить такую ситуацию.  Но однажды я ударил медицинскую сестру. Мне рассказали об этом, потому что я, конечно же, ничего не помню.

На Ибице (после трансплантации).

Мне объяснили, что печеночная энцефалопатия вызывается повышенным венозным давлением. Оно поднимается из-за нарушения кровообращения, и печень плохо снабжается кровью. Когда печень не может осуществлять обмен веществ в организме, накапливаются вредные вещества в крови. Одним из наиболее опасных токсинов, которые не выводятся и отравляют центральную нервную систему, считается аммиак, хотя он и не единственный в этом роде. Есть еще много других, которые, концентрируясь, оказывают столь же негативное воздействие на нервную систему, и повышение их уровня приводит к накоплению жидкости в брюшной полости. Энцефалопатия возникает, когда аммиак всасывается ободочной кишкой.

И однажды ночью со мной случился приступ, который так мило называется по-французски – la folie hepatique, а на самом деле это не что иное, как печеночное помешательство. У меня помутился рассудок. Я заорал, требуя, чтобы от меня отстали, выдернул капельницу, отшвырнул медицинскую сестру, которая подошла ко мне, и пытался повторить то же самое со всеми, кто хотел меня утихомирить. Я впал в неистовое безумство. Я абсолютно ничего не помню. Потом я всему этому поверил, потому что Винсенте не за чем было лгать, но, если бы это произошло там, где вокруг были чужие люди, а мне позже бы рассказали такое, я бы никогда не поверил.

Даже временное сумасшествие ужасно. Как будто бы мозгом завладел кто-то другой, а потом с чистой совестью его вернул, как будто бы и не брал вовсе. Здесь я прошу прощения у тех, кто вынес безумие той ночи, о которой в моей памяти ничего не осталось.

В свою же очередь, я не забуду тех ночей, длинных, ужасных ночей, которые я провел в ожидании чуда трансплантации.