XII. En busca de un lóbulo

XII. В ПОИСКАХ ПЕЧЕНОЧНОЙ ДОЛИ

Проблема любой пересадки органа, не только целого, но и части его, состоит, прежде всего, в том, что необходимо полное совпадение параметров того органа, из которого извлекается часть, и того, к которому подсаживается. То есть в обоих случаях - и при полной трансплантации и при частичной - присутствуют одни и те же трудности.

Мы собрались дома в тот самый день, чтобы отпраздновать мой день рождения по семейному. Мануэль, Хакобо, Тони, я Алехандра, Альваро и Наталия.

Моя дочь Алехандра не могла стать донором по причине ее беременности (в самый опасный период ее пришлось бы подвергнуть полной анестезии, изъять печеночную долю, а затем пришлось бы провести ей интенсивную терапию сильнейшими антибиотиками, чтобы избежать возможных инфекций, что, в свою очередь, крайне агрессивно воздействовало бы на плод).

Хакобо, Мануэль, Тони и Альваро тоже не подошли из-за несовпадения группы крови. Двоих последних, формально, моих невестку и зятя, я стал тоже считать своими детьми именно с тех пор. В любое время они были со мной, когда бы мне это ни понадобилось, как и мои родные дети.

Что же дальше? Таким образом, необходимо было искать донора за пределами семьи, смиряясь с недостатками, которые это принесет, в виде многочисленных согласований. Медицинские и правовые инстанции внимательно следят за тем, чтобы не допустить торговлю человеческими органами, что в противном случае  было бы, безусловно, на руку самым богатым и подвергло бы опасности самых бедных, а это чрезвычайно опасно во всех отношениях.

Так, например, было бы отказано любому человеку, который имел или мог бы иметь какие-либо деловые договоренности со мной. Помимо этого, любой потенциальный донор должен быть подвергнут утомительному допросу, чтобы определить, насколько он подходит, и был бы немедленно отвергнут всего лишь из-за подозрения, что здесь может присутствовать какая-нибудь финансовая подоплека.

Я признаю, что это, наверное, должно быть так, и, в целом, я согласен с тем, как решается организационная сторона трансплантации органов в Испании при сохранении в тайне личности донора и пациента. Это предотвращает любую возможность рыночных отношений в таком деликатном вопросе. Я тоже прошел через продолжительный и всесторонний допрос. Выяснили все: о вероисповедании, психологическом состоянии, наличии психических расстройств... Психолог предупредил о вполне вероятных нарушениях в результате операции и невозможности получить информацию о доноре впоследствии. Я согласился с правильностью такого подхода. Ведь это не рядовая ситуация, которой-то и вовсе быть не могло некоторое время назад.  И поэтому так необходимо отработать все нюансы, включая эмоциональное состояние реципиента, чтобы не возникало ни малейшей несогласованности и была создана основа для последующей практики в мировой медицине.

В то время я, конечно, так не рассуждал. Мне просто хотелось, чтобы все закончилось скорее. И мы параллельно продолжали искать среди своих человека, который мог бы подарить мне часть печени. Все висело в воздухе.

Больные – существа эгоистичные, но когда встречаешься с подлинным великодушием совершенно неожиданно, это безмерно волнует и заставляет понимать, что мир не так уж и плох, как иногда хочется его представить.