IX. Iniciación de un sueňo

IX. МЕЧТЫ СБЫВАЮТСЯ

В печальных и пустынных гостиницах Испании им снова овладевает честолюбивая мечта: дать сольный концерт в Мадриде.

 Рафаэль певец Испания

Следующее сражение произошло в Севилье. Рафаэль снова возвращается в Андалузию, где он всегда имел успех. Но перед ним в "Сан-Фернанде" выступала Лола Флорес, и она "увезла" все деньги… до следующей ярмарки. За 9 дней - убыток в 170 000 песет. Труппа была хорошей: Карина и Асеро, две девушки из Валенсии, которых называли Лес Хозефине, Мария Майо и Кармен Мора.

Но потеря денег, что в то время само по себе было очень плохо, была не главным; самым ужасным было то, что они не могли выехать из Севильи, не заплатив за гостиницу. Тогда Пако Гордильо позвонил в Ла Линеа : "Как дела в кассе?- Очень хорошо, дон Франциско, мы уже "сделали" тысяч сорок песет".

Рафаэль певец Испания- Знаете, что, дон Хуан, пошлите мне, пожалуйста, в Севилью 10 000 песет … у меня в последний момент возникли некоторые проблемы…" Такой же разговор повторился в Альхесирасе. И так во время переездов из одного места в другое они возвращали и снова делали долги.

В Хересе им удалось заработать много денег, но им надо было покрыть расходы в ла Линеа и Альхисирасе. В Ла Линеа они тоже выручили много денег, но на деле этого было мало. И в Альхесирасе тоже… Тогда Рафаэль решил уехать в Сеуту, которая была для него золотым дном: большой успех и очень много публики.

Столько, что на третий день было решено дать три выступления… И на каждом из них Рафаэль пел 12-13 песен.

Как вихрь, как молния, пронеслось у него в мозгу: "А почему бы мне не петь одному? 20,25,30 песен…, два перерыва. Один, один… Огромный, полный света зал".

На пароходе, возвращаясь на полуостров, он продолжал думать об одном и том же… Это уже не было несбыточной мечтой, как в Париже. Сейчас несмотря на неудачи, неприятности, несмотря на "провинциальные" бутерброды с кальмарами, все это было ближе, гораздо ближе.

"Один, совершенно один, и публика, аплодирующая стоя…."

Рафаэль певец ИспанияИ, чтобы хорошенько обдумать свой план, дать ему созреть, быть более уверенным и убедить самого себя в том, что его мечты могут осуществиться, он сказал Пако:

- Я не хочу ехать в Малагу и петь в этом театре, где я был в прошлый раз. Я хочу выступать в театре "Сервантес". А во втором отделении я хочу петь один.

Когда Рафаэль выступил впервые в Малаге, он выступал в одном из театров, и ему удалось добиться того, что днем и вечером висела табличка "нет билетов". Но он настаивал на выступлениях в театре "Сервантес". И он "настоял" в полном смысле этого слова - в зале никого не было. Он пробыл в Малаге три дня и, выступая в двух злополучных для него театрах Числана и Тарифа, разорился полностью.

Был май месяц, уже зацвели деревья, на улицах было много веселья, шуток, шума. И никого в Театре "Сервантес". Совершенно разоренный, Рафаэль распустил труппу. Он оставил 19 000 песет в долг Марии Майо, которая потом вернула их ему.

Вечером Рафаэль возвращался в Мадрид. По дороге он не мог остановиться даже для того, чтобы выпить стакан воды. У него были деньги только на бензин. В душе он молился, чтобы не случилось аварии, какого-нибудь происшествия, которое остановило бы его в пути. Автокар "Noche de ronda" уже не следовал за импресарио-артистом. Автокар "покинул" их в Севилье. Труппа возвращалась в поезде. Рафаэль был один посреди дороги, очень близко от тех мест, где он родился, очень близко от зеленых оливковых рощ.

Вдруг он затормозил и вышел из машины. Вдали виднелись огоньки белой-белой деревушки. Он посмотрел на небо, усыпанное звездами, поднял руку и с твердостью произнес: "Я клянусь, что буду петь в театре Оперетты. Один, один, один….".

Рафаэль певец Испания

Испугавшись своей собственной клятвы, он побежал к машине, сел в нее и помчался в Мадрид. И в глубине души он знал, что теперь он должен сдержать две клятвы: петь в театре Оперетты ("Zarzuela") и петь в "Олимпии" .

Вытащив на бензоколонке свой кошелек, он увидел, что у него было всего 135 песет на дорогу в Мадрид…, может, на всю его жизнь…. На долгое время. Но эта андалузская ночь была теплой и благоуханной…

* * * * *

Через восемь дней Рафаэль поехал в Лериду, где он заработал 1000 песет за вечер. Это была великолепная цена, и малыш почувствовал себя счастливым. Оттуда, - ну и поездочка! - он отправился в Кадис, в театр "Лос Росалес", и заработал там 12 000 песет. Потто - Ла Корунья, "Клуб-1400" в Барселоне, Парк Хихенес, Пласа де Торес в Сан- Бартоломе, в Ориуэле, Кассета де Линарес (снова толпа, оглушительный шум и триумф), Пласа де Торес в Гвадалахаре, где он выступает под зонтиком…, вернее под проливным дождем, феерия в Венмидии, Логроньо, клуб "Радео" в Леоне.

Рафаэль певец ИспанияДеньгами, вырученными от всех выступлений, Рафаэль покрывал свои долги и свой "Гордини". Он снова был сыт по горло дорогой, музыкальными ансамблями, миктрофонами, которые звучали недостаточно хорошо, переездами…. Он уже давно не задумывался ни над чем, отдаваясь воле судьбы, теряя ощущение времени и пространства. Спать, ездить, петь… И снова тоже самое. Всегда одно и то же, только одно и то же. Иногда Мануэль Алехндро проигрывал ему новые песни Рафаэлю они нравились, и он включал их в свой репертуар. И так день за днем.

Вскоре для него был подписан контракт на выступления в "Клубе Икс" в Стамбуле с платой в 1 500 долларов за 9 выступлений. В 7 дней плюс оплата двух билетов туда и обратно. Его путь шел на Восток. Он отправился в дорогу с надеждами… и печалью 21 декабря, в самый разгар Рождества, он сел на корабль и покинул Мадрид, полный рождественских игрушек, елок, сладостей, марципанов… Он покинул свою семью, покинул своих немногих друзей, оставляя позади еще один этап своей жизни. Когда он приехал в Турцию, не было ни елок, ни игрушек, ни сладостей, ни марципанов. Все было совершенно иным: очень плохая еда, совершенно непонятная речь, крутые улицы с булыжной мостовой.

Рафаэль пересек большой Босфорский мост и затерялся в лабиринте узеньких Рафаэль певец Испанияулочек. Вдруг он почувствовал внезапный толчок: там слева, в маленькой лавке он увидел свою фотографию. Он не мог поверить этому. Ну, да, это была правда. Это была не фотография, а обложка пластинки, которую он записал в Париже. Барклай сдержал свое слово: "Мир будет твоим…" Рафаэль был так взволнован, что вошел и купил свою собственную пластинку… Хозяин лавки узнал его и начал говорить, говорить что-то… Рафаэль ничего не понимал. Хозяин ушел вглубь лавки и через минуту вернулся со старой смятой газетой. Он протянул ее Рафаэлю. В разделе о пластинках, в "Хит-параде", песня Рафаэля "Tu conciencia" заняла третье место. ТРЕТЬЕ МЕСТО. Он едва верил этому. А тот человек протягивал ему руку, поздравлял его и, кроме того, подарил ему эту газету.

Сейчас Рафаэль ищет ее по всему дому. Он знает, что она у него есть, наверное, сейчас она уже пожелтела и потерлась. Но эта газета, где Рафаэль впервые фигурировал в списке победителей. Тогда этого "третьего места" было достаточно, чтобы забыть рождественские елки, безделушки и самбамбас, народные инструменты, которые так нравились ему, когда он жил на улице Каролинас.

* * * * *

31 декабря Рафаэль все еще был в Стамбуле. Он даже не смог поднять бокал шампанского и съесть виноград. Именно в 12 часов ночи он пел. Несколько самых веселых посетителей попробовали потанцевать пока он пел. Но Рафаэль попросил, чтобы они сели… для того, чтобы заставить их подняться и бешено аплодировать ему, когда он кончит петь.

* * * * *

Из Стамбула Рафаэль вернулся в первых числах года и снова затерялся среди дорог Испании. Но на Ближнем Востоке родилась и крепла его слава, и он подписал новый контракт, на этот раз в Бейруте, столице Ливана на 14 дней, с ежедневным Рафаэль певец Испаниязаработком 100 долларов, оплаченными расходами на гостиницу и билетами на дорогу для двух человек (Вы, конечно, понимаете, во всех путешествиях Рафаэля сопровождал Пако Гордильо) Рафаэль выступал со "Звездой" того времени - Патрисией Карли, очень популярной на Востоке. Естественно, она отказалась, чтобы Рафаэль закрывал программу. И случилось то, что и раньше. Казалось, что Рафаэль вышел на сцену не для того, чтобы предстать перед публикой, а для того, чтобы сразиться с шестью быками Миуры. Успех был таким сногсшибательным, что Патрисия Карли попросилась выступать перед ним все остальные дни.

Но Рафаэля не интересовал Бейрут. Он только что получил несколько известий из Мадрида. Сказочных известий… Он будет выступать на телевидении - впервые после того раза, когда он участвовал в отборочном туре Евровидения в Барселоне…, и не больше не меньше, чем месте с Пакитой Рико и Динамичным Дуэтом. Рафаэль уже не хотел ежедневных ста долларов…. Единственное, что ему хотелось, - побыстрее закончить. Нетерпение, неустойчивость, как сказал бы психиатр, Рафаэля окрыляли его. Он хотел вернуться в Испанию, репетировать, хорошенько подготовиться, показать, - вот теперь уж точно! - всей Испании на что он способен. Он подумал о том, что он будет петь "Gitanos en caravana", народный напев, романтическую "Ellos dos", драматическую "Brillaba". Уже в аэропорту он строил планы: "Я выйду в черном? Я выйду в темно-зеленом? Буду ли я говорить между песнями? Будет ли у меня успех?"

Рафаэль певец Испания

Наконец, настал тот день, а вернее вечер. Программа была записана, а на следующий день ее должны были показать на телеэкранах всей страны. Эти 24 часа Рафаэль провел в тягостном молчании, не осмеливаясь заговорить ни с кем. Он думал, что спел великолепно, тем более, что его поздравил сам Риккардо Ариас, режиссер программы, и Пакита Рико была с ним так обходительна, а Динамичный Дуэт вспомнил ту знаменитую ночь в Бенидорме, когда у Рафаэля не было машины для того, чтобы ехать на праздник, устраиваемый в его честь…

Приметы были хорошие… Эта программа откроет ему двери главных театров страны и, кто знает, может быть и кино тоже…

"Большой парад" начался. В доме Рафаэля на улице Карлоса Маурро у телевизора собралась вся семья. И семья Гордильо тоже. И Мануэль Алехандро. Диктор объявляет: "Перед вами - Рафаэль" И Рафаэль не узнает себя. Он видит незнакомого плохо загримированного человека. Некрасивого, нефотогеничного, с вымученной улыбкой, неловкими движениями, который поет, вернее открывает рот, потому что едва слышит свой голос.

Рафаэль певец Испания

И Рафаэль возмущенно встает: " И это я? Это я? Ну что ж я уже могу уходить со сцены. Я - чудовище".

Это было в начале 1964 года. Рафаэль не хотел класться, - у него уже были клятвы, которые он должен был выполнить, - но он снова и снова обещал себе, что никогда больше не будет выступать на телевидении. Слава богу, что он не поклялся в этом.

Его следующее выступление на телевидении одним ударом сразу распахнет тысячу дверей… За одну ночь превратит его самого известного певца Испании: ведь он споет великолепную песню "El pequeno tamborilero", и, благодаря этому "маленькому тамбуринеру", Рафаэль будет признан неоспоримой звездой. Но это будет позже, гораздо позже…

* * * * *

В течение всего 1964 года Рафаэль ездил из одного конца в другой. Он проехал тысячи километров по разным дорогам, но единственно важной остановкой за это время было трехдневное выступление во "Флориде-Парке" в Мадриде. Как новый певец, как новая фигура, он понравился, но он еще не обладал магнетизмом звезды первой величины. Однако завсегдатаи "Флорида-Парка" сочли, что у этого мальчика есть индивидуальность. И тогда же был заключен контракт на выступления в будущем году.

А его судьба уже была решена. Приближалось одно из самых важных событий в его жизни. Приближался 1965 год, жизненно важный, критический год в жизни Рафаэля. Но он тогда еще не знал этого.

Во время "турне голода", когда он выступал в Севилье перед малочисленной публикой, обремененный долгами, однажды после концерта в его артистическую явились два сеньора из Мадрида. Один из них был Леонардо Мартин. Он стал всячески хвалить его голос, индивидуальность, сценический талант, его отдачу и особенно его добросовестность, потому что он из кожи лез перед немногочисленной публикой. (Тогда Леонардо Мартин не знал, что Рафаэль выступает в лучшем зале Нью-Йорка с таким энтузиазмом, как в самом плохом зале самой дальней провинции).

Рафаэль певец Испания

Потом он спросил, хотел бы Рафаэль сниматься в кино. Рафаэль уже снимался в фильме "Близнецы". Он ответил, что да, но при условии, что он будут играть главную роль. Леонардо Мартин был поражен: он говорил с мальчишкой, которому не было и двадцати, который выступал перед почти пустым залом со слабым репертуаром, у которого почти не было опыта съемок в кино, который не был известен, у которого почти не было пластинок, одним словом, который почти ничего не значил и который отвечал: "Да, но если я буду играть главную роль…"

Удивленный и растерянный, он ответил Рафаэлю, что кино гораздо сложнее театра, что нужно поговорить с распространителями, что он сделает рекламу Росио Дуркал, что он постарается подобрать сюжет, соответствующий его внешности и темпераменту… И крепко пожал ему руку. Казалось, этот план - дело далекого будущего, и ему не суждено осуществиться.

Рафаэль певец ИспанияНо Леонардо Мартин сдержал слово. Когда Рафаэль был в Мадриде он позвонил ему и сказал: "Я хотел бы встретится с тобой сегодня вечером… Я приду с Хосе Мария Форке, замечательным режиссером, который хочет рассказать тебе о своих планах. Он пишет сюжет для будущего фильма…"

Хосе Мария Форке рассказал, что речь идет об истории трех молодых пар. Об из заботах, волнениях, проблемах. Рафаэль сразу же угадал роль, которая ему предназначалась. Это была роль Рамона, парня, который выступал для того, чтобы заработать деньги на оплату учебы и который в конце фильма погибал от ударов и ран, нанесенных ему в драке.

Рафаэль понял в чем дело. Все шесть ролей были примерно одинаковой важности и продолжительности. И не раздумывая, он ответил: "Благодарю Вас за эту роль. Она мне не нравится. Недавно Бенито Перохо предложил мне нечто подобное в фильме "Две сумасшедшие, сумасшедшие девчонки!" И я не согласился… Если я когда-нибудь буду сниматься в кино, то только в главной роли. Я беру на себя ответственность за то, понравится фильм или нет, будет он иметь успех или провалится. Но я не хочу разделять ни с кем свой страх".

Переубедить его было невозможно. Предчувствие говорило ему, что все будет так, как он хочет. Единственная и неповторимая звезда, семь или восемь песен, восторг публики… И он снова сказал "нет". А ведь он знал, что в этом "нет" заключались тысячи километров пути, стони бессонных ночей, дешевые гостиницы, плохие оркестры, ломающиеся микрофоны и волнения, волнения…

Может быть, он думал, как известный актер Луис Жуве: "Надежда, эта проклятая надежда…"

Перевод Галины Соколовой
и Аллы Ищенко
Обновлено 14.03.2013