Parte II

ЧАСТЬ II

Кто же такой Рафаэль в этом беглом очерке его жизни? Что он такое и почему? Возможно, этого не мог бы сказать и психолог, проживший рядом с ним все эти годы, остававшийся рядом днем и ночью... а может быть, и смог бы, потому что порой за самыми сильными личностями или самыми грубыми масками скрывается всего лишь человек, существо со своими проблемами и волнениями, мечтами, слезами и смехом.

Испанский певец Рафаэль прессаИспанский певец Рафаэль пресса

РАФАЭЛЬ – это человек, который прожил семнадцать лет как Рафаэль, а тринадцать лет – как РАФАЭЛЬ, но эти тринадцать лет, возможно, стоят двадцати шести или пятидесяти двух, так как они с избытком перевесили первые семнадцать. РАФАЭЛЬ – огромная акула, которая проглотила Рафаэля Мартоса, несмотря на все его усилия, несмотря на то, что в сотне случаев он боролся за то, чтобы выжить… это было бесполезно, потому что РАФАЭЛЬ рос, он превратился в гиганта… артистом он был не только на сцене, артист шагнул за пределы человека и обрел свое собственное бытие. Рафаэль Мартос теперь только воспоминание… или ожидание будущего, потому что кое-что очевидно (и это неслучайное явление мы видели и у самих Битлз, и у любой другой персоны с мировой славой) – что однажды душу охватывает усталость или желание вернуться к обычной жизни. Это когда личность и стремление к свободе берет верх над всем остальным. Хендрикс* умер, когда «его» доктор Джекиль (его чудак-создатель) одержал верх над «его» мистером Хайдом (монстром, который отбросил его в полнозвучное «Mas alla (за предел)», в зенит, в котором он потерялся).. У Рафаэля тоже есть свой собственный доктор Джекиль и мистер Хайд, потому что теперь, в 1973 году, когда он женился и стал отцом, возможно, началась борьба за то, чтобы снова стать мальчиком… но лишь - возможно. Оковы крепки, но РАФАЭЛЬ еще крепче, и его опьянение триумфами, его успехи, тринадцать лет, прожитые в качестве РАФАЭЛЯ, против семнадцати, проведенных в качестве Рафаэля Мартоса…

Возможно, феномен РАФАЭЛЯ в Испании стоит рассмотреть в такой же книге, как эта, потому что из всего того, что составляет большую часть общественной жизни страны, он наиболее достоин изучения. И вновь на арену выходит этот вопрос: Кто такой РАФАЭЛЬ? не сам по себе, а для публики, для своих фанатов и тех, кто ими не является, для тридцати с лишком миллионов человек, любящих музыку или же нет… Кто такой РАФАЭЛЬ?

Его ненавидели, им восхищались, его уважали, его обвиняли и возносили на вершину славы, его осмеивали и он смеялся над всеми… но кто же такой РАФАЭЛЬ?

Я видел его несколько раз, я столько раз говорил с ним и теми, кто его окружает, с его младшим братом, с человеком, написавшим его биографию - Альфредо Тосильдо, признавшимся, что поначалу он испытывал антипатию к «Эль-Ниньо» … и, однако, как ни мало совпадают их мысли в том, что касается его личности, у всех них есть только одно общее – это уважение к кумиру, восхищение тем, чего он достиг, преклонение перед артистом, перед этим «нечто», что превыше всего, но это «нечто» в нем подразумевает тайну и является основным вопросом.

Испанский певец Рафаэль прессаИспанский певец Рафаэль пресса

Рафаэль родился в Испании, стал победителем в Испании, со своим «ph» и «позами», с его манерой петь и его «нахальством». Более того, Рафаэль превратился в интернациональное явление, он прошелся по всему миру. Рафаэль стал-таки пророком в отечестве своем. А испанец может простить все, кроме удачи своего соседа. Как легко было публике и даже испанской прессе «заниматься» Рафаэлем, приклеивать ему прозвища, выискивать ложь, выдумывать оскорбления вроде пресловутого брака с другим мужчиной... Легко... да уж. Труднее признать за ним талант, его известность на родине и во всем мире. Ну конечно, так трудно быть испанцем и сказать «да» в тот момент, когда самое целесообразное – оставить наконец иронический тон...

В своей первой книге о музыке я сказал, что «Испания – страна, которая шагнула с 3 на 7, забыв про четыре, пять и шесть». Так вот, Рафаэль прошел через свои собственные четыре, пять и шесть. Рафаэль заложил свою основу и благодаря ей победил, чтобы столкнуться с отсутствием основ у других, с их замешательством и ожиданием… потому что Рафаэлю пришлось ждать, чтобы Испания стала современной в плане музыки, ждать появления других кумиров его уровня, чтобы перейти к обычным играм – сравнениям, соперничеству и выявлению номера первого. Мы склонны думать, что жизнь Рафаэля, возможно, была для него такой же тяжелой, как и для всех остальных.

Он в глубине души был, остается и будет впредь настоящим вулканом, который извергается в течение дня, заполняет землю, исторгает лаву и раскаленную магму, сжигая все вокруг, и еще тысячу лет дымится под боязливыми взглядами обитателей окрестных деревень. Этот вулкан, Рафаэль, скоро станет легендой, которую родители будут рассказывать детям… до того дня, когда его последнее извержение похоронит их всех или, наоборот, до того дня, когда он выдохнется и прекратит дымиться.

Но нельзя стать вулканом, не обладая индивидуальностью, силой характера, собственным абрисом. В Рафаэле эти термины совпадают и сливаются в одно. Это избалованный ребенок, который требует и получает желаемое, который делает одно движение рукой – и видит, что его окружают люди, готовые повиноваться ему, это король своей империи... завоеванной без посторонней помощи, со слезами, которые он пролил в Бенидорме, когда получил премию, и еще раз - намного позднее, когда он утратил под собой почву во тьме своего сознания в мадридском театре «Сарсуэла», увидев, что попал в капкан, который сам же и выковывал своим успехом.

Я уже говорил раньше, что Рафаэль – это соединение двух личностей: человека и артиста, но над обоими властвует РАФАЭЛЬ через ph, а не Рафаэль через f по фамилии Мартос. И я снова повторяю это. Рафаэль всегда шел вперед, сдерживаемый слабо натянутой цепью своего успеха, своих способностей. Каждый раз, когда он добивался намеченного, его «я», его «эго» торжествовало, а было оно сильным, может быть, даже чрезмерно, потому что в нем возникло чувство превосходства по отношению ко всему, что его окружало, по крайней мере, в профессиональном плане; это нечто стало чуть слабее в его личности, но лишь немного… побежденное человеческой частью, в которой также доминировала артистическая природа...

Именно там возникла антипатия, которую многие испытывают к Рафаэлю - в его величии и его явном умении сопереживать. Однако никто не смеет его обвинять, потому что, чтобы понять его, надо подняться туда, куда поднялся он. Рафаэль таков, что можно воспринимать или отвергать его, но невозможно игнорировать.

Испанский певец Рафаэль пресса

Рафаэль прежде всего актер, первое лицо, которое уже несколько лет с блеском играет свою роль в истории. Его песни – это маленькие трехминутные театральные постановки. Каждый его жест исполнен драматизма или комичности, он демонстрирует мимическое мастерство и глубину целой пьесы. Этот Рафаэль-актер – тот же самый, который однажды поглотил певца, когда начал исполнять все больше песен в своих концертах, когда создал свою труппу и появлялся только во второй части представления, когда в одиночку спел целый концерт, когда впервые пел целых пять дней подряд… а сегодня – и того больше. Рафаэль-актер театрален, чуть-чуть утрирован, сила в нем просто фонтанирует, он нежен и экспансивен, открыт и божественен, он – квинтэссенция певца, тореро, победителя… и в первую очередь – мифа. Цветы, летящие к нему, когда он появляется на сцене, или во время исполнения некоторых песен, а также по завершении концерта, - это небесный дождь его души, нам это может казаться смешным или же нет, но в нем выражается все, что он делает или почему он это делает, и через него также проявляется его публика, его многократно обсуждаемые поклонницы, кричащие, преданные, сметающие все, настойчивые, утомительные, терпеливые… и вечно потрясающе молодые.

В Испании много говорилось и говорится до сих пор о мощной «организации Рафаэля», хотя также неоднократно отмечалось, что «его» организация – это он, и только он. Также говорили о клубах его фанатов, о толпах поклонников. Сейчас, в 1973 году, возможно, начался новый этап его жизни - ему уже тридцать, он женат, имеет ребенка, большинства тех, кто был с ним с самого начала, уже нет рядом, появились новые почитатели, число которых, естественно, со временем несколько уменьшается… но сейчас преждевременно говорить об этом. Рафаэль все еще «Эль-Ниньо», мальчик, - это такое ничем необоснованное прозвище, который ему дали очень давно; не знаю, кто и почему назвал его так. Для Рафаэля, единственного эталона в Испании, рано говорить об изменениях, развитии, поворотных моментах. В начале 1973 года он, как и многие гиганты мира грамзаписи, создал собственную марку грамзаписи, «Zzelesta»**.

Один из самых любопытных моментов, очень существенных для Рафаэля – «его второй голос», его руки, ставшие для его горла партнером по танцу. Они создали тысячи жестов, послуживших поводом для тысячи событий вокруг «Эль-Ниньо» - имитации, насмешек, но… есть ли что-нибудь плохое в том, что актер использует для выражения своей души не только губы? Хулио Иглесиаса обвиняли в том, что он не знает, куда девать руки и что с ними делать. Рафаэля же – наоборот. Однако тут единственная правда заключается в иберийской потребности любым способом ссориться с окружающими. И порой мы, честно говоря, такими и бываем.

Рафаэль, артист-личность-миф – это стоящее особняком существо, свободное от бесполезных оценок, не знающее другой логики, кроме логики его успеха. Артист, как однажды сказал кто-то, это особое создание, которое живет в этом мире, но ощущает, что оно выше всех остальных и вообще вне этого мира. Певцы, поэты, художники, писатели, все творческие личности вдвойне переживают и чувствуют все подробности жизни. Единственное, что плохо в Рафаэле – то, что у него, пожалуй, даже нет времени осознать свои чувства. Однажды он сказал, что отказался от личной жизни, прогулок с девушками, походов в кино или на танцы. Рафаэль повидал мир, но повидал его «изнутри»… он видел номера отелей, театры, концертные залы. Улицы городов и солнце так близки… и так далеки. Рафаэль отрекся от всего, чтобы стать тем, кем он стал, и лишь недавно начал рвать свои цепи и требовать покоя.

Испанский певец Рафаэль прессаИспанский певец Рафаэль пресса

Последний раз я его видел, именно в связи с работой над этой книгой, в удивительной, странной и значимой ситуации... Его «уполномоченный по дверям» и «менеджер» только что закончили выталкивать из барселонского театра, где выступал Рафаэль, дюжину или более журналистов и фотографов, представителей известных и не очень известных изданий, один из моих коллег даже доспорился до приступа настоящей истерики, но ничего не добился… а вошел внутрь только один из всех репортеров, слепой, с дешевым кассетным диктофоном той же модели и марки, что и мой; я толком не понял, откуда он и какого черта ему понадобилось поговорить с Рафаэлем. Но это ему удалось. Я потом так и не спросил ни Рафаэля, ни его брата, ни Альфредо Тосильдо, почему Рафаэль это сделал, но после долго размышлял об этом и спрашивал себя – была ли то жалость, уважение или даже просто страх за его жизнь. Может быть, все это сразу – или вообще ничего. Для Рафаэля возможно все – все честное, искреннее и непосредственное.

И… спросим еще раз – кто такой Рафаэль? Я думаю, что это единственный испанский певец, которого нельзя верно определить или толком проанализировать даже на тысяче страниц. И я не знаю, почему. Может быть просто потому, что это РАФАЭЛЬ.

О нем много говорили, и писали тоже немало. Еще один автор не откроет Америку... Рафаэль – это Р и Н, это Испания, все мы и наше глубоко запрятанное «эго», это тысячи вещей… и одна из них – это человек.


Примечания переводчика:

* Хендрикс - вероятно, Джонни Аллен Хендрикс (1942-1970) – американский гитарист и певец, исполнявший рок, блюз, джаз.

** Чуть подправленное слово «Celesta -небесная».