Una canción, un teatro y el. 2008

ПЕСНЯ, ТЕАТР И ОН. 2008

РАФАЭЛЬ
Исполнитель: Рафаэль
Рояль: Хуан Эстебан Куаччи
Место: театр Cervantes, 22, 23 и 24 октября

Ahora que han pasado los años / intensamente vividos, exprimidos, /sigo en forma,/ no estoy cansado y tengo decidido retrasar el final / ... Ahora puedo decirlo más alto, / pero no puedo más claro, / todo lo que en el mundo yo he amado es una canción, un teatro y a ti (Сейчас, когда прошли годы, прожитые активно, из которых я выжал все, что можно, я еще в форме, я не устал и решил отложить финал. Сейчас я могу сказать это громче, но не могу сказать яснее; все, что я в этом мире любил – это песня, театр  и ты.) Это написал для Рафаэля Энрике Бунбури, его нынешний Мануэль Алехандро, чтобы выпустить в свет «Cerca de ti», самый свежий CD линаресского артиста и неоспоримое доказательство творческой благосклонности этого жизненного повтора на бис, в котором он существует, этой благословенной отсрочки, полученной после того, как артист преодолел долгую и тяжелую болезнь. И он спел ее вчера вечером для того, чтобы также открыть первый концерт из трех, на котором у него был заполнен зал в театре Cervantes, это был tour de force (фр.подвиг), титаническое напоминание о сверхценности песни с большой буквы,  образец, от которого перехватывает дыхание: он освобождает тебя, обрушивается потоком, истекает кровью и смеется.

Подросток-хулиган, сердцеед, отчаявшийся любовник, тайный любовник… Рафаэль продолжает оставаться всеми ими.

испанский певец Рафаэль

Подпись под фотографией:
Рафаэль, два момента его первого концерта,
прошедшего вчера в театре
Cervantes

Рассказывают, что всякий раз, когда великая chanteuse (фр.певица) Барбара* выступала в Chatelet**, ее верные поклонники готовили для нее ковер из роз, чтобы с любовью украсить ее приезд в театр. Аплодисменты малагской публики, вставшей с мест сразу же после появления певца, когда он не успел и рта открыть, являются эквивалентом этого обожествления, заслуженного тяжелым трудом, оригинальностью и талантом, устойчивым ко всему и всем. Там был Рафаэль. Хулиганистый подросток, стремящийся услышать скрипки в ночи, в которой он шагает куда глаза глядят, кокетливый юноша, отчаявшийся любовник, а также тайный любовник, певец, не знающий, действительно ли каждый город является для него новым, действительно ли каждый день он дает немного больше или теряет еще немного от того, чем был.  Он продолжает оставаться всеми ими. Правда, его вокальные способности, все еще великолепные, уже не дают ему блеснуть дерзким разливом, как во времена его расцвета; но тем лучше: бег времени и тяжесть жизни и обязанность воспевать ее оставили ему (так же, как это было на последних этапах у других таких гигантов, как Росио Хурадо, Бамбино или Джонни Кэш) уязвимый и очень человечный регистр, идеально подходящий для того, чтобы заставить нас заглянуть в сердцевину его истекающего кровью репертуара, распахнутого настежь. Он знает об этом, и потому извлекает пользу из минимально необходимой интимной и уверенной в себе компании рояля (в данном случае это квалифицированный, надежный и порой обладающий богатым воображением Хуан Эстебан Куаччи).

Потому что Рафаэль сейчас, пожалуй, больше, чем когда бы то ни было, рассказывает свои песни. Он исполняет их в мелодическим разговорном стиле человека, который понимает и воспринимает их как продолжение его тела,  хотя ни одно слово или «до-ре-ми» не выбилось из его замысла и стилографии. Это и есть настоящая мерка исполнителя, никак не связанная с огромным количеством бесспорных умельцев с их харизмами, которые толкутся на подмостках половины мира. Господин Мартос усаживается у подножия сцены и мир замолкает, чтобы услышать его. Так просто.

Рафаэль произносит свои песни, он исполняет их в разговорном стиле человека, чувствующего их как продолжение его тела, 

Репертуар. Песни? Какие хотите – у него есть все. «Desde aquel dia», «Que tal te va sin mi», «La Noche», «Provocacion», «Procuro olvidarte», «Te estoy queriendo tanto», «Digan lo que digan», «Frente al espejo» (он в прямом смысле слова нанес удар ногой по фальшивому зеркалу), «A mi manera», «Como yo te amo», «Gracias a la vida» Виолеты Парра (где он чуть не заплакал), «Amor mio» (где чуть не заплакал я)…  В огромной книге с партитурами, венчающей пюпитр, куда никогда не заглядывает, потому что все написанное там он знает наизусть, нет ничего лишнего, и ни в чем нет недостачи. Там все имеет значение, это переливание чувств тому, кто в этом нуждается, это эмоциональная отдушина для переполненных сердец. Рафаэль усыновил эти песни, и теперь они могут жить только в его горле.

«И я исполняю эту песню и спрашиваю себя: до кого она дойдет? До кого?» Певец продолжает задавать себе единственный вопрос, который действительно его интересует. Аплодисменты. Да будет благословен «выход на бис», который Вы переживаете, господин Мартос.

Виктор А.Гомеc
23.10.2008
La opinion de Malaga
Перевод А.И.Кучан
Опубликовано 04.01.2015

Комментарии переводчика:

* Моника Серф (1930-1997)  - фр. певица, актриса и копозитор.

** Châtelet – парижский театр  (открыт в 1862)


Дополнительные материалы:

Raphael, el cantante de las mil caras. 2008
Raphael se desnuda en Cervantes. 2008