La fuerza del Olimpo. 1991


ОЛИМПИЙСКАЯ МОЩЬ. 1991

Рафаэль ворвался в Пуэрта де Санта Мария (город в 14 км от Хереса – прим.пер.) так, словно он недавно вернулся с Олимпа, обители богов, подхваченный той божественной силой, которая гонит этих легендарных личностей из их воображаемого рая, ворвался словно ураган или голосовой поток, оставив за собой огненный след хорошего профессионализма, в эти двери дворца диско, Joy Sherry (ныне это дворец Osborne – прим.пер.), который летом превращается в золотой храм для артистов, высадившихся в бухте города Кадис. Он вошел туда почти на три часа (без десяти минут), чтобы соединить свой голос, талант и воображение в нечто цельное, равных которому нет, и эта самоотдача артиста и ответная реакция публики - исключительный феномен музыкальной жизни Испании, который не исчезает, хотя существует уже тридцать лет.

Рафаэль певец Испания

Высочайшее проявление полной самоотдачи на сцене вызвали почти две тысячи зрителей, которые невзирая ни на что яростно аплодировали тому, что сделал полный энергии и надежд Рафаэль; он ни секунды не колебался, предлагая своей публике все, о чем она просила – романтизм, не свободный от меланхоличной силы песен «Сarne viva» или «Estаr enamorado», сценическое воплощение, на самом высоком уровне драматического искусства, песни «Caballo Viejo», написанной двадцать три года назад композитором Симоном Диасом, или такие «андалузские вещицы, написанные в моем вкусе», как «Echale grindos a pavo»; и он даже рискнул на кусочек фламенко в духе Лолы Флорес. Если его выступление стало проявлением этого шквала поз и телодвижений, характеризующих его музыкальный стиль, то и в его жизни присутствует та же присущая ему от рождения энергия, окружающая этого человека. Рафаэль, недавно вернувшийся из Соединенных Штатов, где живут его жена и дети, выступал с такой же устремленностью в будущее, что и в первый день, «главное – выходить зарабатывать себе на хлеб с тем же энтузиазмом, что и в первый раз, потому что в противоположном случае ничего не получится. Я каждый день выхожу выкладываться до конца на сцене. А люди сейчас, заработав первый миллион, начинают капризничать». 

И еще певец из Линареса получает энергию своей супруги, Наталии Фигероа. «Моя жена – это загадка. Она дает мне любовь, ласку, понимание, дружбу – все. Она чудесная женщина». Такие вот слова любви, которые он также приложил и к некоторым из его коллег, «это девушка, которая поет лучше всех в этой стране, - сказал о Росио Хурадо, - Росио очень хороший человек и мы ее очень любим.» «Я ее люблю, восхищаюсь ею и обожаю» - так отозвался он о Лоле Флорес, «я сделаю все, что она не скажет». Не забыл он и своего близкого друга и композитора Мануэля Алехандро: «Мой автор – Маноло. Я так им восхищаю, так восхищаюсь, что сделаю для него что угодно. Он уже четыре года ничего не пишет, к огромному сожалению, но его не надо ни о чем просить, потому что у него все должно получиться само.»

Воспользовавшись своим пребыванием в Андалузии, Рафаэль признался в одном из самых заветных желаний – жить в Андалузии, «я хочу, чтобы мне предложили за хорошую цену имение, красивый-красивый дом, где я могу прогуливаться на своей лошади. Я приеду, чтобы жить в Андалузии, факт», подчеркнув: «я не эмигрант, я милостью божьей андалузец. Я приехал в США с рабочей визой, и когда она закончится, мне придется вернуться». Он уверил, что у него мало врагов, а относительно друзей подтвердил, что «надо любить их – с их небольшими недостатками и огромными достоинствами». Он не считает, что он как певец вышел из моды, и заявляет, что чувствует себя «изумительно, полным сил и в расцвете возможностей», потому что, по его словам, «в моем возрасте голос не теряют». Он считает, что сейчас все хотят добиться успеха в эстрадном мире, но по своему опыту он должен сказать, что «есть люди, которые хотят кем-то стать, но таковыми не являются». Его ближайшие планы – поставить в театре «Калигулу», а 11 мая 1992 года устроить премьеру работы, названной «Esto es mi vida».

Не желая даже мимоходом касаться политических вопросов, и заявив, что «у него нет никакого мнения относительно Фелипе Гонсалеса», он уверил, что его совершенно не волнует возможность стать маркизом де Санто Флоро; «я в любом случае – маркиз-консорт, или, как сказал Хесус Агирре, «маркиз в силу случая».

И вот так Рафаэль со всей своей энергией, его четко очерченными позами на сцене, с его желанием жить и беспощадным драматизмом, выходящий за рамки любых условностей, властвующих над современными артистами, еще раз соблазнил свою публику, свой народ, который с истинной страстью переживает выступления этого артиста, твердо решившего умереть на сцене.

Палома Сервилья
06.08.1991
Херес
Перевод А.И.Кучан
Опубликовано 23.07.2011