Raphael, ese milagro artístico.1973

РАФАЭЛЬ, ЭТО АРТИСТИЧЕСКОЕ ЧУДО.1973

Мадридский Дворец музыки стал сценой шумного успеха Рафаэля во время его нового появления в Мадриде. Сегодня Пилар Трена берет интервью для читателей «El disco gira» (пластинка крутится) у артиста, имеющего самую большую международную известность из всех, живущих в Испании.

«Даже когда я пою по-английски, заметно, что я андалузец»
Я назвал бы себя не просто певцом, а скорее представителем фольклорного искусства страны»
«Нельзя петь «песни протеста» с бриллиантом на пальце»

Рафаэль певец Испания

Подпись под фотографией вверху:
На пластинке я пою лучше, но на сцене я вкладываю в песни больше жизни» -
говорит Рафаэль в этом интервью.

Подпись под фотографией внизу справа:
«Я решил написать о моей жизни, - говорит Рафаэль, -
потому что хочу, чтобы когда-нибудь мои дети узнали, каким был их отец.

Она отличается аристократизмом портретов Ван Донгена.* Он - в блеклых тонах, напоминающих оливковые рощи в свете луны. У него живой заразительный смех. Как у ангела или ребенка. Я встретилась с Наталией и Рафаэлем в их доме. Это простое уютное жилище, где живут два человека, таких же, как все. Со своими радостями, со своими маленькими заботами и успехами. Все продумано, благородно и красиво. Сначала мы были в гостиной, убранной с необычайным вкусом. На стенах, затянутых черным бархатом, висят старинные и современные картины. Не забуду и о некоторых прекрасных полотнах Константино Грандио. Каждый уголок навевает воспоминания о путешествиях. В красной гостиной, бывшей раньше студией Рафаэля – богатая коллекция фотографий, снятых во время поездок артиста. Я увиделась с ним перед началом его концертов в Барселоне и Мадриде. Когда эти строки выйдут в печать, он уже выступит в обоих городах, еще раз добившись сногсшибательного триумфа, к которому он успел привыкнуть. Я мысленно подготовила детальный вопросник. Рафаэль серьезно ответил на все. С апломбом и уверенностью. Я думаю, он ему понравился. Больше всего меня интересовало соотношение «человек-артист». Потому что Рафаэль не просто певец или исполнитель, он артист, в строгом и самом полном смысле этого слова. И в этой квартире на улице Мария де Молина, которая совсем рядом с уличным потоком, несущимся по Пасео Кастельяна, мне по контрасту вспоминается земля, на которой родился Рафаэль.

- Что от твоих андалузских корней присутствует в песнях, которые ты исполняешь?

- Все! – отвечает он. – Я андалузец со всех четырех сторон, и это заметно, даже когда я пою по-английски. В моей песне этого года, «Aires populares», я пою булериас,** гранадские песни и даже декламирую. В моих песнях всегда присутствуют андалузские трели и акцент. Я считаю, что своим успехом в Латинской Америке я обязан в значительной мере именно этому, потому что, как я тебе уже говорил, даже когда я пою по-английски, чувствуется, что я испанец. То же самое было с Синатрой – все видят, что он американец, на каком бы языке он ни пел. Так же и с Пиаф. Она не могла скрыть, что она француженка.

- Ты каким-либо образом связан с фольклорным искусством?

- Да. Я назвал бы себя не просто певцом, а скорее представителем народного искусства страны.
Рафаэль все время двигается. Он очень беспокоен. Он говорит руками, глазами. Он хочет столько сказать!

- Как ты считаешь – Мануэль Алехандро своими песнями как-то определил или сформировал твою артистическую личность?

- Нет; разумеется, Маноло для меня - лучший композитор из всех работающих в этом жанре. Он не влиял на меня, и я на него тоже; мы родились в один день и идем по жизни вместе.

- Рафаэль с его собственной точки зрения – кто он, что он из себя представляет, что хочет сказать – или спеть – в этом союзе профессионалов испанской песни?

- Я никогда не старался что-нибудь представлять, ни в коем случае. Я просто артист, думающий о том, как развлечь публику. Я считаю, что у любого артиста – художника, скульптора, писателя - одна цель: как можно лучше развлечь, занять и заинтересовать публику.

Рафаэль певец Испания
Подпись под фотографией:
Один из эпизодов спектакля, который Рафаэль давал в Мадриде и Барселоне.

Я никогда не претендовал на то, чтобы заниматься политикой или быть аполитичным. Я просто артист, который выходит, показывая себя таким, какой он есть. Я не пытался рассказывать публике о неприятных событиях и проблемах, и не решал их. Для этого есть врачи, адвокаты и прочие специалисты. Артист выполняет свою задачу – развлекать других.

ФЕСТИВАЛИ ДОПЕКАЮТ

- Ты считаешь, что во время твоих выступлений «в живую» твои «feeling» (чувства), твоя исполнительская манера оказывают положительное влияние на публику?

- Рафаэль – отвечает он мне – на сцене в сто раз лучше, чем на пластинке. Рафаэль не просто певец, он считает, что он актер. Мне помогают эмоции, которые я себе внушаю, мое лицо, моя манера петь. На пластинке я пою лучше, но на сцене я вкладываю в песни больше жизни.

- Ты не думаешь, что избыток международных фестивалей приводит к уменьшению числа хороших певцов и песен? Разве не сочиняют и не поют «песни для фестиваля», что приводит к однообразию и монотонности?

- Да. Я одним махом отказался от фестивалей. В них есть только одна хорошая черта: они открывают новые голоса. А артистом становятся не за один вечер на фестивале, но в течение всех жизни, наполненной работой.

- Велика ли разница между сегодняшним Рафаэлем и тем, каким он был десять лет назад? В чем она?

- Ну да, это же бездонная пропасть между юношей, который не знал, как выйти на сцену, и тем, который за десять лет восемь раз объехал вокруг земного шара, распевая в лучших театрах России, Германии, Мадрида, Лондона и Нью-Йорка. Это дает тебе багаж знаний, уверенность, чтобы справиться с сомнениями, помогает лучше понимать какие-то вещи. Если сейчас я в какой-нибудь песне говорю «я люблю тебя», я делаю это совсем не так, как делал девять лет назад. И еще одна перемена: раньше я не испытывал страха, а теперь он появился. Я просто обязан быть лучшим и превзойти самого себя.

- Ты бы включил в свой репертуар романсеро?

- Я сделал это в «Los peregrinos» и «La Zaronga» Гарсии Лорки, и в «Anda jaleo».

- Однако ты не думаешь, что попытки стилизации или осовременивания народных романсов закончились на том, что мы назвали бы романтическими стараниями Гарсии Лорки и «La Argentinita»?***

- Нет. Будут, и фактически уже сейчас есть продолжатели этого дела. Моя предпоследняя пластинка, «Сancion de cuna para un hombre viejo» - чистый испанский фольклор.

ПОСЛАНИЕ ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКЕ

- Как в артистическом плане тебя обогатили твои контакты с Латинской Америкой? Что ты принес этим людям и что ты вынес из этих стран?

- Что я принес в Латинскую Америку – я заставил их забыть о кастаньетах и платьях со шлейфом для фламенко; а вынес я огромное богатство народного искусства, очень похожего на наше и имеющего с ним много точек соприкосновения. И кроме того – опыт, я видел, как эта публика реагирует на артиста, который несет ей свое послание.

- В каком из концертных залов Северной Америки, России, Латинской Америки и Европы ты бы остался?

Рафаэль ловко уходит от ответа:

- Я остаюсь в Малаге, потому что у меня там есть дом и потому что я люблю Андалузию.

- Иногда кажется, что Рафаэлю мешает микрофон; ты не считаешь, что для современного певца иметь мощный и хорошо поставленный голос несколько неприлично?

- Это правда, для меня микрофон – это излишество. Когда я начинал, это было просто мучение. Я не знал, надо ли укрепить его на стойке или таскать за собой. Я решил держать его в руке. В первый день я почувствовал себя калекой, пока мне не удалось превратить его в еще одну руку. Мне бы хотелось иметь восемь рук – и ни одна не была бы лишней. Теперь он мне не мешает, потому что я сделал из него третью руку. А что касается голоса, то он у меня не поставленный, я никогда не учился пению. Все на интуиции. Когда ты учишься пению, ты теряешь сердечность и непосредственность. Так же как я в какой-то момент могу «дать петуха», если вкладываю в это душу, это самое главное. Я не хочу сказать, что недооцениваю хорошую технику или тех, кто поет в сарсуэле и опере. Я слушаю Монтсеррат Кабалье и чуть не падаю от волнения, но когда Жильбер Беко говорит «et maintenant»**** и протягивает руку, он потрясает публику. Я предпочитаю интуицию, поэтому я склоняюсь к народному искусству. Я гораздо ближе к «Fosforito»,***** чем к Марио Дель Монако.

- Значит, ты считаешь, что ты певец с врожденными способностями?

- Да. Но я считаю себя скорее артистом с врожденными способностями.

- Тебя интересуют «социальные песни» или «песни протеста», «песни-памфлеты» или все-таки ты певец, скажем так, нейтральный?

- Меня интересовали «социальные песни». И совершенно не волнуют «песни протеста», ведь песня – это не средство выражения несогласия. Для этого есть политики. Нельзя петь «песни протеста» с бриллиантами на пальцах. И «песни-памфлеты» меня тоже не интересуют.

ОТ ПОКЛОННИКОВ К ПУБЛИКЕ

Рафаэль певец Испания
Подпись под фотографией:
Рафаэль отвечает на вопросы нашего редактора.

Я прошу Рафаэля рассказать мне о кино, о его актерском опыте. Он попал туда как певец или режиссеры открыли для себя неизвестного актера?

- Сначала, – отвечает он, - я понадобился им, потому что пел. Он рисковали многими миллионами и хотели, чтобы я пел на первом плане. Я снялся в семи музыкальных фильмах с очень слабыми сценариями, потому что нельзя написать сценарий для человека, который поет. Тем не менее, я не жалею о своих фильмах. У меня были хорошие режиссеры. В последнем из отснятых, «Volvere a nacer», я пою лишь в самом начале на заставке. Это остросюжетный фильм, и там я только актер. Весь фильм я провожу взаперти, в комнате. Сейчас я собираюсь снимать на телевидении «Поэму о психопате».

- А твой писательский опыт? Какова настоящая причина появления книги «Десять лет и один день»? Это влияние Наталии или ты думал об этом до того, как познакомился с ней?

- Я всегда писал. Я решил рассказать о своей жизни потому, что я собираюсь стать отцом и хочу, чтобы когда-нибудь мои дети узнали, каким на самом деле был их отец. Наталья повлияла на меня в том плане, что она, будучи писательницей, подстрекала меня. Но она прочитала только две первые главы. И Пеман тоже. Они оба мне говорили: «Никто не поверит, что это написал ты сам».

- Ты будешь сочинять песни?

- У меня много уже написанных вещей. Добрая часть их создана другими певцами, но они пришли в голову мне: я спел им свое тра-та-та, а потом появилась песня. Но так как я очень забочусь о Рафаэле с РН, то до тех пор, пока я не сделаю песни, достойной его уровня, Рафаэль Мартос и носа не покажет. Я говорю тебе, у меня много уже готовых, может быть, некоторые когда-нибудь выйдут в свет.

- Это правда, то что ты собираешься продюсировать других певцов? Я так понимаю, в Америке ты этим занимался.

- Я на самом деле продюсировал певцов Америке, где у меня своя фирма грамзаписи. Я думал продолжить эту работу в Испании, хотя займусь только шестерыми певцами: я предпочитаю, чтобы их было немного, но хороших.

- Сколько лет осталось Рафаэлю в качестве певца?

- По мнению моего доктора, золотая эпоха будет между тридцатью и сорока годами, я буду в расцвете сил. А после сорока – как Бог скажет.

- Если бы я попросила тебя ответить одним словом или предложением - что ты значишь для современной пенсии, как бы ты ответил?

Рафаэль искренне смеется, сбрасывая заинтересованное выражение, которое сохранял в течение почти всего диалога.

- Есть хорошая фраза, которой пользуются многие мои коллеги, чтобы вывернуться: они говорят, что я «отличный профессионал». А я бы спросил: разве я плохо пою?

- Что думает Рафаэль о поклонниках, когда возвращается домой?

- Когда люди говорят тебе, что ты хорошо поешь, это очень приятно и успокаивает. То, что пресса называет «поклонниками», я называю публикой, и они всегда вели себя очень хорошо по отношению ко мне и Наталии. Единственное, что меня раздражает – что их называют «фанаты».

- В чем разница между Рафаэлем с РН и Рафаэлем без них?

- Это нечто очень сложное. Когда ты прочтешь мою книгу, ты сумеешь это понять. Сейчас я не знаю, как тебе это объяснить.

- Будущее человека и артиста совпадают в Рафаэле с РН?

- Они совпадают во всем, потому что это одна личность. Я влюблен в мою профессию, и человек не может обойтись без артиста, а артист – без человека.

Уже два года, после концертов в мадридском театре Лопе де Вега, Рафаэль не выступал перед испанской публикой. На этот раз он решил превзойти себя. Он привез не только самого себя и свой голос, но и целый спектакль. Сцена полностью белая – потолки, полы, пианино... В глубине – хор. Колоратурное сопрано Лилли Филдс, которая много работала с ним в Америке, сопровождает его мелодии или ведет их; маэстро Итурральде, гитарист, специализирующийся на фламенко, дюжина виолончелей и изумительный монтаж освещения. Два с половиной часа концерта, двадцать шесть песен – новых или отобранных из хитов прошлого года, попавших на пластинки: «Volvere a nacer», «Los amantes», «Aires populares». А также некоторые из его первых песен. Это целая блистательная биография, пропетая перед публикой, в то время как он пишет другую, которую он отдаст нам в своей книге.

В качестве завершающего примечания, сделанного уже после окончания этого интервью, скажу, что в день выступления Рафаэль был в театре с пяти часов вечера. Он сидел в качалке и созерцал пустую сцену. Там он и пребывал, пока не осталось пять минут до выхода на сцену. Он очень – он произносит это почти с гордостью – переживал и боялся. Он боится с каждым разом все больше. Он вышел на сцену – и возник новый человек, уверенный и победоносный. Чудо его голоса и его искусства вознесло его на вершину аплодисментов.

Пилар Тренас
Фото Хуана Биарнес
01.04.1973
Перевод  А.И.Кучан
Опубликовано 13.07.2011
 

Примечания переводчика:

* Кес Ван Донген, голл.художник, фовист (1877-1968), рисовал «современную женщину», погруженную в мир домашней неги, моды и развлечений;
** булериас - народная песня и танец;
*** La Argentinita -арг.танцовщина фламенко (1895-1945);
**** «et maintenant» - начало песни «а теперь, когда ты ушла»;
***** «Fosforito» - Антонио Фернандо Диас (род.1932), кордовец, исполнитель фламенко.