Maraton de Raphael. 1970

МАРАФОН РАФАЭЛЯ. 1970

Четырнадцать концертов за двенадцать дней.

А что после марафона? Этот вопрос витал в воздухе. Потому что - что еще осталось сделать Рафаэлю после четырнадцати следующих подряд аншлаговых концертов в Мадриде?  На одном из концертов певец признался мне:

- В латиноамериканском мире я уже дошел до своего потолка. 

Рафаэль

Он говорит искренне, вполголоса, как привычно для него. Потому что Рафаэль - один из простых нормальных артистов, которых я знаю. Когда ты видишь, как он улыбается, неизбежно возникает вопрос: "Как может быть, что этот юноша может генерировать такую драматическую мощь?  Но ведь этот возможно. Несомненно возможно. Потому что он дистанцируется от того, кого мы видим на сцене, стоящего лицом к публике - темпераментного и всепобеждающего. Однажды я убедился в том, когда после концерта, где он за сто минут исполнил тридцать песен, я увидел его у уголке гримерной, улыбающегося и молча попивающего чай, словно ничего не произошло.

- Дело сделано - сказал он.

Это так. Так что теперь концертов уже не будет, по крайней мере здесь. Потому что после такого ему бы пришлось устраивать двадцать или больше.

- Ты бы отважился на это?

- Думаю, что да! Признаюсь вам, именно таким было  мое намерение - организовать в этом городе концерты в течение месяца!  Но это оказалось невозможным, и не по моей вине.

Великолепный мюзикл

Его личный врач (остававшийся около него на протяжении всего марафона) укутал его огромным шарфом, защищая горло от возможных опасных сквозняков. Потому что закончив каждое выступление, Рафаэль выходит изнуренным, весящим меньше. чем в начале концерта... но быстро восстанавливается. Пусть говорят что хотят, но верно одно: Рафаэль - крепкий юноша.

В его ближайших планах - устроить премьеру большого мюзикла в бродвейском стиле. Спектакля, который вызовет сенсацию. Постановки, которая откроет новую эпоху. Возможно, в следующем году или через два года этот проект воплотится в жизнь.

Это точно. Рафаэлю уже нечего делать в испаноамериканской вселенной, где он, ломая стереотипы, насаждая моду, низвергая кумиров, добился всего того, о чем может мечтать любой артист. И поэтому, так как в свои двадцать четыре боевые и исполненные надежд года он не может довольствоваться спокойной пассивной жизнью, он начал завоевание англоговорящего мира.

- В моей профессии мне нравится не только триумф, овации и деньги. Нет, одного этого мне мало. Моя профессия нравится мне также потому, что в ней присутствует борьба, приключения, возможность перешагивать через промежуточные ступени.

Сейчас начнутся трудности

Это говорит мне молодой артист, который мог бы удалиться от дел прямо завтра и жить остаток своих дней, не работая. Или заняться только плодотворными и удобными турне по этом испанскому миру, который так хорошо знает... и царит в нем. Это говорит артист, который сейчас, в Мадриде, добился самого грандиозного и решительного успеха за всю свою триумфальную карьеру. Если быть откровенными и объективными, то мы должны продемонстрировать свое преклонение перед Рафаэлем (независимо от того, нравится он нам как артист или нет) из-за его огромного профессионализма, его творческой честности, его желания постоянно совершенствоваться, замахиваться на большее.

- Дело в том, что сейчас начинается само сложное. В этой стране мы привыкли бороться с нашими кумирами. Сначала мы их возносим, а потом ниспровергаем.

- Вы замечаете эти симптомы на своей собственной шкуре?

- Конечно нет. Наоборот. Но такое случается.

Говоря так, Рафаэль проявляет свою рассудочность и понимание (еще один из стержней его успеха). Он не глуп и не заносчив, и не педант, витающий в облаках. Рафаэль старается, чтобы в каждый момент его голова превалировала над сердцем. Так он реалистически смотрит на мир. Толпы за Рафаэля, но есть и такие, кто нападает на него, опираясь на более или менее основательные аргументы; кто умышленно порицает его выступления по той простой причине, что, атакуя суперизвестную личность, они привлекают внимание к себе.  В некоторых отношениях у "анти-рафаэлистов" нет недостатка в соответствующей дозе двуличия и лицемерия. Я утверждаю это искренне и знаю, о чем говорю, чтобы иметь право выразиться так.

Ну что ж - разве у Рафаэля нет никакой отрицательной черты? Рассмотрим детально его мадридские концерты. Линаресский артист, несомненно, хотел установить новую планку: он выкрикнул "вот он я!"  - крикнуть это мог только он, и благодаря не только финансовой свободе, но и его высокому уровню артистизма и привлекательности для публики. Мне кажется очень хорошим, что артист, на пошевелив и пальцем, объявляет себя "номером первым". Вся задача состоит в том, чтобы продемонстрировать, что он на самом деле им является. Для начала:  он организовал роскошное шоу, великое в отношении качества и количества. Просто грандиозный оркестр из пятидесяти четырех профессионалов (солистов лучших мадридских коллективов), которыми дирижировал Франк Пурсель, наряду с Роем Чарльзом удерживающий мировой первенство как дирижер и аранжировщик легкой музыки. Изумительный хор из двадцати четырех певцов под управлением маэстро Перера. Исполнители музыки на бонго*, арфисты, ритмический хор, привезенный из Англии...

То, чего не делал никто

Франк Пурсель сказал мне:

- До сегодняшнего дня этого не делал никто. Даже Эдит Пиаф в ее лучшие времена.

Цены на билеты было очень доступными (несмотря на огромный бюджет постановки), так как лучшие места стоили триста песет.

- Хотя театр был заполнен каждый день, - сказал мне Рафаэль, - я ничего не заработаю. Но я не хотел поднимать цены или снижать стоимость моего спектакля. Я делаю это как дань уважения моей публике, потому что считаю что обязан сделать это, не думаю об экономических аспектах. Публика много дала мне. Теперь пришло время. чтобы я что-то отдал публике.

Программа концерта большая и щедрая. После вступления, блистательно исполненного огромным эстрадно-симфоническим оркестром, прозвучал первый номер, премьерный - "Mi nombre es Raphael". Это номер создан по мерке Рафаэле, но у него не слишком оригинальная фактура, так как он напоминает другие хиты этого певца. В общих чертах надо отметить, что большинство премьерных вещей, представленных в марафоне, страдает одним и тем же недостатком, порожденным тем, что композиторы сосредотачиваются на способе Рафаэля петь и выступать на сцене. Кроме того, были похожие друг на друга композиции, словно возникшие в одном и тем же воображении.

Мануэль Алехандро (первый композитор Рафаэля, автор его первых и великолепных хитов) несомненно, создал школу и наметил дорогу, по которой надо идти.  Естественно, по этой дороге Рафаэль шагает с большим удовольствием, будучи уверенным в самом себе, в своих возможностях и темпераменте. Но разве Рафаэль не способен пройти по другому пути? Нет. Две прекрасные песни "Dos palomitas" (латиноамериканский фольклор) и "La seguidilla" (Гарсии Лорки) Рафаэль восхитительно исполнил без оркестра, под аккомпанемент арфы и гитары, с исключительным вкусом, без малейших затруднений... Публике они понравились (произведение Лорки немного больше) и она охотно аплодировала, но без страсти, которую проявила, устроив овацию "Corazon, corazon", "La noche", "Jinetes en el cielo" и вообще более известным песням.

Во фраке и рубашке

Это означает, что существует много Рафаэлей, но одного публика предпочитает всем остальным. Однако "этот" Рафаэль эволюционирует. Мы обратили на это внимание во время его марафона. В первой части Рафаэль во фраке выглядел настоящим "шансонье", властелином сцены, демонстрирующим богатство возможностей, но сдержанным в жестах и мелодраматической жестикуляции, которую он в других случаях щедро демонстрирует к удовольствию его экзальтированных "фанатов". Рафаэль "профильтровал" свое искусство; он не отказался от своей индивидуальности, от привычного поведения, но уже не злоупотребляет легкими и лжесентиментальными  мелодраматическими выразительными средствами. 

Во второй части Рафаэль, одетый в черные брюки и рубашку, был ближе r его всегдашней линии. Его версия "La balada triste de trompeta" звучит удивительно и смело. "Jezabel" (дань уважения Эдит Пиаф) -  эффектно. "Mintiendo y riendo", еще одна премьерная вещь - очень по-парижски. "Tema de amor" электризует зал.

Рафаэль добился триумфа по всем правилам. Разношерстная публика (от дипломатов до хиппи, от интеллектуалов и писателей до экстравагантных типов) отбила ладони, аплодируя... и вопя. Публика, которая судя по тому, что мы видели и слышали, хочет, чтобы Рафаэль продолжал оставаться таким, как всегда: певцом-актером, поднимающим их с кресел; настоящим "Эль-Кордобесом** эстрады. (не будем забывать, что Рафаэль и Эль-Кордобес  - два самых знаменитых испанца нашей эпохи). Одна из проблем, которые встают перед Рафаэлем - найти такие песни, как "Yo soy aquel", "Digan lo que digan", "Ave Maria" или "Hablemos del amor". Потомоу что из его премьерных песен только у  "Si, pero no" (Хесуса Глюка и Рафаэля де Леона) достаточно мощи и "проворства" , чтобы стать хитом.

Рафаэль и "телевизор"

- Ну ладно, а когда очередь телевидения? - спросил я.

- Сейчас мы начали переговоры. На самом деле ничего конкретного нет.

- А что может быть и когда?

- Возможно, часовая передача в конце года.

- Имеется в виду именно новогодняя программа?

- Нет, нет. Я же сказал, что сейчас нет ничего конкретного.

 - Когда Вы в последний раз выступали на испанском телевидении?

- Прошлой зимой. Это было в передаче "Noches de  Europa".

- Иногда по вечерам Вы появляетесь на испанском телевидении.

- Не думаю. Раз или два в год. Как раз столько, сколько надо. Контракты не позволяют мне выступать там чаще, делая то, что я привык делать.

- Вы дорогой певец для нашего телевидения?

- Я не знаю, сколько получают остальные, - отвечает он, улыбаясь, как он обычно делает в некоторые моменты - невинно, иронически и лукаво, и добавляет: Что я могу сказать - это что в Испании я получаю меньше, чем за границей.

- На телевидении каких стран Вы выступали в прошлом году?

- Уф! На телевидении всех стран, включенных в мое американское турне.

- На каком Вы появитесь в ближайшее время?

- На нью-йоркском - в шоу Эда Салливана. Это будет 19-го.

Мы не могли продолжать беседу с ним. Публика была готова выбить двери его гримерной. Его мать плакала от переживаний. и оба его брата и другие родственники также. По окончании концерта Рафаэль тоже заплакал; он пытался скрыть слезы, но не смог. Его врач прокомментировал это:

- Это человек убивает себя на каждом выступлении. Я говорю ему, чтобы он сдерживал себя, но он не слушается...

Он вышел на сцену. Зрители хотели вынести его на руках.  И так каждый вечер. Всегда в толпе. У Рафаэля в самом деле забронировано место в истории испанской музыки. Давайте говорить о нем, критиковать и устраивать полемику,  исходя из этого факта.

Х.А.
Фото Torremocha
1970
Перевод А.И.Кучан
Опубликовано 24.08.2016

Примечания переводчика:

* Кубинский ударный инструмент африканского происхождения - небольшой сдвоенный барабан.

** Маноло Бенитес, знаменитый тореро. В Испании сравнение с тореро - высшая похвала.