Raphael en "Chapultepec18" con Lopez Doriga (Mexico). 2016

РАФАЭЛЬ В ПРОГРАММЕ "CHAPULTEPEC18" C ЛОПЕСОМ ДОРИГОЙ (МЕКСИКА). 2016

29 ноября 2016 года

Лопес Дорига: Он сделал великолепную презентацию, великолепное видео и, без ложной скромности, великолепный текст. И сегодня с нами Рафаэль. Вот он. Добро пожаловать, дорогой Рафаэль, как приятно видеть тебя в этот вечер.

Рафаэль: Мне тоже.

Рафаэль Мартос Санчес

Лопес Дорига: Я представляю тебя просто: это Рафаэль – точка.

Рафаэль: А что, есть другой Рафаэль? Когда я начинал, меня спрашивали: а как твоя фамилия? Рафаэль – какой? Я отвечал: Я – Рафаэль, мне фамилия не нужна.

Лопес Дорига: Ты пел здесь неподалеку. И выступал с понедельника до субботы.

Рафаэль: А в воскресенье отдыхал. 

Лопес Дорига: Это был фурор. Я помню, что висели двойные афиши, на которых было написано: Рафаэль. И все. А театры были полны. Сколько тебе было лет во время первого приезда?

Рафаэль: Двадцать один год.

Лопес Дорига: Какое нахальство!

Рафаэль: Да. Знаешь, когда я приехал сюда впервые, авиакомпания потеряла мои чемоданы. Я тогда не одевался в черное. Мы прилетели утром, а вечером я должен был выступать. И я сказал: «Купите мне черные брюки и рубашку». И в El Patio в тот вечер все прошло так успешно, что черное стало моим амулетом. Я никогда не одевался в одежду другого цвета. В смысле – когда пел.

Лопес Дорига: А если бы тебе купили синий костюм?

Рафаэль: В частной жизни – надел бы. Но в творческой жизни, на сцене, я всегда в черном.

Рафаэль Мартос Санчес

Лопес Дорига: У всех нас есть собственное мнение относительно Рафаэля. Ты всегда шел по жизни, не оставляя никого равнодушным.

Рафаэль: Не знаю.

Лопес Дорига: Ты знаешь, что ты вызывал большой интерес на протяжении твоей карьеры, и никто не мог оставаться безразличным.

Рафаэль: Мне всегда везло. И я много работал. Я занимаюсь своим делом уже пятьдесят пять лет, но работаю так же, как раньше, с тем же азартом, который очень важен в этой профессии. Если у тебя нет азарта и желания, лучше все бросить и заняться чем-нибудь другим. Я вел такую жизнь, какую хотел. Я считаю, что это – счастье, или, по крайней мере, что-то достаточно близкое к нему: делать то, что ты хочешь делать. И чтобы тебе позволяли это делать, и чтобы ты тому же добился успеха. Чего еще желать? 

Лопес Дорига: Моя мать говорила, что удачу раздают между шестью и шестью с четвертью утра. И ты должен быть там.

Рафаэль: На моей родине говорят, что удача – это трамвай, и что все могут войти в него, но не все его умеют увидеть. А уж если ты вошел в этот трамвай, тебя оттуда и пинками не высадят.

Рафаэль Мартос Санчес

Лопес Дорига: Этот трамвай тоже проезжает очень рано.

Рафаэль: Да. На рассвете. 

Лопес Дорига: Одно дело - вдохновение, а другое – потение. Мы говорим, что ты достиг успеха благодаря этим двум вещам. Потому что ты приезжаешь из… откуда ты сейчас приехал?

Рафаэль: Сейчас - из Мадрида. А утром вылетаю в Майами.

Лопес Дорига: Ты улетаешь в Майами? В семь утра? Какая тебе выпала удача! Ты прилетаешь сюда на несколько часов и летишь в Майами, чтобы продолжать презентацию твоего диска, который так же хорош, как все остальные.

Рафаэль: На самом деле это взрывной диск. Потому что он поступил в продажу в прошлую пятницу, и через четыре часа стал номером первым. В Испании и всей Америке.

Лопес Дорига: В девять лет в Зальцбурге, в Австрии, тебя признали лучшим голосом.

Рафаэль: Да. Там было здорово.

 Рафаэль Мартос Санчес

Лопес Дорига: Ты представлял себе тогда, что займешь такое место?

Рафаэль: Нет. Я никогда не думал стать певцом.

Лопес Дорига: Ты стал артистом, который поет.

Рафаэль: Это то, что увидела публика, Я не только пел, я записал мой первый диск, он получился таким, каким получился. И я волей-неволей должен был стать певцом.

Лопес Дорига: Помню, в Барселоне тебе устроили грандиозной чествование. Я вижу, что ты прекрасно выглядишь, полон жизни. Каким оказался для тебя период трансплантации?

Рафаэль: Это был очень тяжелый момент, но когда он миновал, он стал самым лучшим моментом моей истории. Потому что когда ты приходишь в себя и видишь перед собой глаза своего сына… Это радость, и она продолжается четырнадцать лет.

Лопес Дорига: Тебе трудно было признаться тебе, что ты болен?

Рафаэль: Я выступал в мюзикле «Доктор Джекиль и мистер Хайд» в Барселоне, и чувствовал себя очень плохо. Но я, как бывает со всеми нами, отказывался признать это. Мне звонили из дома и спрашивали, как я себя чувствую. Они не видели меня в лицо, и я отвечал «хорошо». 

 Рафаэль Мартос Санчес

Лопес Дорига: Когда ты понял, что больше так не можешь?

Рафаэль: Когда я осознал, что я встречусь с семьей, то приехав в Мадрид, прежде чем ехать домой, зашел к своему врачу в больницу.

Лопес Дорига: И что сказал тебе врач?

Рафаэль: Он испугался и сказал: «что с тобой происходит?» Это был шок. И хорошо, что я к нему пришел, потому что перед тем как я вернулся домой, он поговорил с моей семьей и немного подготовил ее.

Лопес Дорига: Наверное, очень тяжело находиться в списке ожидающих органа для пересадки.

Рафаэль: Я был в нем четыре месяца.

Лопес Дорига: Трудно ждать, потому ты ждешь смерти.

Рафаэль: Сначала я ждал фрагмента – известно, что печень хорошо регенерирует, и если тебе подсаживают кусочек, он вырастает. Но потом возникла необходимость в пересадке целой печени. И печень нашлась, когда я уже отчаялся. Она идеально подошла мне, потому что должно совпадать расположение вен и т.д. Печень не может подойти любому человеку. Моим донором оказался юноша восемнадцати лет, и он спас шестерых. Отдал по органу каждому.

Лопес Дорига: То есть этот юноша продолжает жить в шести людях?

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Да. Думаю, он доволен там, где он находится.

Лопес Дорига: Сейчас тебе тоже изрядно достается.

Рафаэль: Да, но знаешь что? Когда тебе что-то нравится, ты выдержишь все. А видеть, как в любой стране волнуется публика, встает с мест… это удовольствие.

Лопес Дорига: Ты знаешь, что происходит в Испании? Я говорю об этом, потому что когда смотришь издалека, то кажется, что вы переживаете момент, в котором хотели жить после «переходного периода» - получить демократию, благосостояние, процветание. И Испания, став европейской страной, забыла, как быть Испанией.

Рафаэль: Да. Мы отменили песету.

Лопес Дорига: И изменили многое. 

Рафаэль: Да

Лопес Дорига: Рафаэль, я мог себе представить, что Испания почти год не сможет сформировать правительство.

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Я тоже. Я находился в турне, по Испании, и говорил себе: этого не может быть, как это они не могут прийти к согласию? Я считаю это эгоизмом – со стороны политиков и бизнесменов. Это все они, снова они – и потом опять они. Всегда они.

Лопес Дорига: Как ты оцениваешь Трампа? Ты же много ездил по США.

Рафаэль: Единственное, чего я хочу – чтобы все, о чем он говорил, оказалось ложью, грандиозным обманом, или шуткой достаточно дурного вкуса. Но пусть все, что он утверждал, окажется неправдой.

Лопес Дорига: Ты пережил диктатуру, переход к демократии, сегодняшнюю, европейскую и европеизированную Испанию. Ты бывал в самых маленьких городках, и на всех зданиях мэрий первое знамя – это знамя Евросоюза. Даже если там всего пять жителей.

Рафаэль: Да-да. Все было бы хорошо, но вместе с этим появилось много проблем, добавилось много сложностей. И налоги растут и растут, потому что Европа, ясное дело, продолжает требовать. Чтобы находиться под сенью Европы, надо много денег.

Лопес Дорига: Испания заплатила много, и не только деньгами, но и стилем жизни, привычками, порой даже отношением к людям, потому что все стали европейцами.

 Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Возможно. Я замечаю это меньше, потому что живу там, но вполне может быть. Посмотрим, как мы с этим справимся. Испания выходила из многих еще худших моментов, и я очень доверяю испанцам, они устремлены вперед, очень мужественны.

Лопес Дорига: Истекающие кровью, страдающие... но это не означает, что они погрязли в проблемах из-за этого стремления стать европейцами.  

Рафаэль: Да-да. 

Лопес Дорига: Расскажи, как ты познакомился со своей женой-аристократкой? Как она сказала тебе «да», ты же певец, сын и внук рабочего?

Рафаэль: А почему бы и нет?

Лопес Дорига: Но она же аристократка. 

Рафаэль: Но очень хороший человек. Наталия большой либерал.

Лопес Дорига: А как ее дедушка?

Рафаэль: Ее дедушка – это ее дедушка.

Рафаэль Мартос Санчес

Лопес Дорига: Романонес много командовал. Но как ты настоял на своем?

Рафаэль: Просто. Я спросил, и он мне ответил. Я не буду об этом рассказывать, это мои личные переживания. Но на самом деле это было гораздо проще, чем можно подумать. Сначала она не позволяла мне увидеться с ее отцом, потому что говорила, что он меня убьет. А я сказал, что мне кажется, что если ее отец выслушает меня – не когда я пою, а когда говорю, то ему очень понравится эта идея. И в самом деле, когда мы смогли встретиться, я пришел в час дня, чтобы поговорить с ним, и я остался на обед.

Лопес Дорига: С ним и с Наталией?

Рафаэль: И со всей семьей. 

Лопес Дорига: Рафаэль, ты не останавливаешься и останешься неудержимым.

Рафаэль: Надеюсь, что так. Правда в один прекрасный день я проснусь и скажу «все, приехали». Но я думаю, что до этого еще далеко.

Лопес Дорига: Вот интересная вещь. Ты появился раньше, чем Хулио Иглесиас взялся за микрофон, потому что он тогда еще был футболистом. И ты пел в Советском Союзе, когда еще был Советским Союзом, пел в Нью-Йорке, в Мэдисон-Сквер Гардене. Ты открыл новый мир для молодежи – Алехандро Санса, Рики Мартина, дорогу, которой еще не было. Ты создал путь, которого не существовало.

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Да, это верно. Я был рискованным человеком, у которого все хорошо получалось. И публика приняла меня под свое крыло и под защиту, и я продолжаю там оставаться.

Лопес Дорига: Я надеюсь, что пройдет еще много лет до того утра, когда ты проснешься и скажешь «сегодня – все». И я надеюсь, что перед тем, как ты это скажешь, ты меня предупредишь, чтобы мы устроили грандиозную встречу и такую же долгую беседу, как эта.

Рафаэль: Всегда к услугам.

Лопес Дорига: А для меня всегда радость и привилегия – приветствовать тебя в моей студии. Большое спасибо, Рафаэль!

Рафаэль: Для меня тоже. Большое спасибо, что позвал меня – и не забудь позвать еще раз.

Лопес Дорига: Конечно, всегда. Это был великий Рафаэль

29.11.2016
Краткий перевод О.Островского
Опубликовано 02.12.2016