Raphael en "Frente a frente" con Ivan Ferreiro. 2016

РАФАЭЛЬ В "FRENTE A FRENTE" С ИВАНОМ ФЕРРЕЙРО. 2016

Он мог бы оставаться дома, перетирая в памяти свои бессчетные победы. но Рафаэль (Линарес, Хаен, 1943) предпочитает продолжать рисковать, принимаясь за новый репертуар. Иван Ферейра (Нигран, Виго, 1970) мог бы ответить "нет", но принял вызов создать для своего кумира одну песню (на данный момент). Она называется Carrusel. Это хроника встречи после презентации Infinitos bailes, ставшего №1 нынешнего Рождества.

Рафаэль Мартос Санчес

Иван Феррейро: Привет, как дела? Как спалось после концерта? Он был коротеньким.

Рафаэль: Очень коротким. Но дело в том, что это не концерт. Суть в том, что я никогда не проводил презентацию диска подобным образом. Но я понял, что надо пользоваться таким же оружием, что и все. До меня дошло, что я теряю много возможностей по продвижению моих дисков и моего творчества.

Иван Феррейро: Ты помнишь, как ты впервые вошел в студию звукозаписи?

Рафаэль: Мне было четырнадцать лет. Я записал мой первый сингл «Te voya contar mi vida – я расскажу тебе о моей жизни» (хотя я о ней никогда не рассказывал), созданный композитором всей моей жизни – это, разумеется, Мануэль Алехандро. Это было ужасно. Я сказал: «Это я?» Но впервые серьезно я вошел в студию звукозаписи в Париже у Эдди Барклая, там было триста музыкантов.

Иван Феррейро: Все записывались все вместе, одновременно?

Рафаэль: Конечно.

Иван Феррейро: Как певца тебя заинтересовало, как функционирует студия, и тому подобные вещи?

Рафаэль: Хороший вопрос! Да. Потому что это стало следующим шагом после сцены. Потому что с течением времени я понял, что если ты записываешь песни, и делаешь это часто, ты остаешься в памяти людей, у них дома образуются прекрасные коллекции. Я видел у людей впечатляющие коллекции моих дисков. Я выпускал по три диска в год. Потому что я записывал, скажем так, нормальный диск, потом один диск с латиноамериканскими песнями, которые мне очень нравятся, и диск с песнями из фильма.

Рафаэль Мартос Санчес

Иван Феррейро: А когда ты начал петь, ты сразу же поехал в Америку или нет?

Рафаэль: Нет, сначала я поехал в Бейрут, в Турцию, Лиссабон и Париж, а потом появился в Мэдисон-Сквер Гардене в Нью-Йорке. А после Нью-Йорка я начал совершать турне по Южной Америке и Мексике, стране, где Рафаэль получил наибольшее признание.

Иван Феррейро: Я застал две эпохи развития этой индустрии, с девяностых она очень сильно изменилась. Как она выглядит теперь, на твой взгляд?

Рафаэль: Я предсказал одну вещь моему другу, президенту Sony (он уже не работает), когда мы записывали диск Las aparencias engañan и он принес мне CD. Я посмотрел на эту штуку и спросил: Вы это продаете? Да. – То есть вы дарите диск всем подряд, это же можно скопировать.

Иван Феррейро: И еще большая проблема с продажей DVD, у которых большой объем.

Рафаэль: Я попросил мою фирму грамзаписи собрать воедино все, что я записал, так как мне хотелось иметь это дома в удобной форме. И все это поместилось на вот такусенькой штучке. «И это вся моя жизнь?»

Рафаэль Мартос Санчес

Иван Феррейро: И возвращаясь к новому диску – какие у тебя были отношения с Мануэлем Алехандро, Пералесом? Как ты заказывал им песни?

Рафаэль: У Мануэля Алехандро бывали свои планы и обязательства, но когда он писал песню – он создавал ее сразу. Он играл ее, смотрел на мое лицо и ждал. И если я был недоволен, он ее переделывал часов за шесть-семь, не спал всю ночь, а наутро звонил и говорит «приходи». Мне с первого же предъявления понравились Que sabe nadie, En carne viva, Que tal te va sin mi, Se me va.

Иван Феррейро: Чудесно!

Рафаэль: Это же был Мануэль Алехандро.

Иван Феррейро: А Пералес? Это один из моих любимых авторов, я же любитель рока, и меня это интересует. Мне хотелось бы быть как они.

Рафаэль: Нам, любителям рока, тоже нравятся такие вещи.

Иван Феррейро: Ты когда-либо делал что-то невероятное и видел, что остальные тебя не понимают? Мы все делаем что-то, что считаем хорошим. Мне выпала удача выходить на сцену после тебя на фестивале Sonorama, это была потрясающая ночь.

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Я должен вернуться туда. Однажды я вернусь.

Иван Феррейро: Один фестиваль, куда я думал поехать, оказался более разборчивым.

Рафаэль: Разборчивым?

Иван Феррейро: На всех фестивалях такое бывает Я не мог выступить там, для них я оказался слишком коммерческим исполнителем.

Рафаэль: Что в этом плохого? Это значит, что ты нравишься публике.

Иван Феррейро: Я не считаю себя таким, я продаю не так уж много дисков для моей фирмы.

Рафаэль: Теперь это трудно. Я смотрю на все позитивно и знаю, что все должно измениться. Потому что музыка идет разными путями. Но где бы она ни оказалась, я должен быть там. И ты тоже. Выживать в этой профессии  очень сложно. У тебя есть свои достоинства, но ты поешь в другом стиле. Раньше все было иначе. Мне пришлось приспособиться к нынешнему времени, но у меня не было с этим проблем.

 Рафаэль Мартос Санчес

Иван Феррейро: Когда мы говорим о сегодняшнем дне – с какого момента ты начинаешь отсчет? С девяностых?

Рафаэль: Меньше роскоши, меньше историй. Хорошо еще, что я многому научился... Я говорил это фирмам грамзаписи (а я прошел через несколько): «Почему вы так тратите деньги?». Понятно, что так не могло продолжаться.  «Мы будем снимать  видеоклип» – и все поехали в Акапулько! У нас бывали большие разногласия, потому что, например, я ехал в Лос-Анджелес, и говорил: все, что вы устраиваете, это приятно, но я столько не стою; я хочу сказать, что мой диск не стоит столько, чтобы надо было тратить уйму денег и ехать черт знает куда  на съемку видеоклипа. Этот месяц, когда вы держите меня  здесь и я занимаюсь глупостями, я предпочитаю провести со своими близкими, с семьей.

Иван Феррейро: Понятно.

Рафаэль: Я отвожу одну неделю на запись – и все.

Иван Феррейро: И тебе нравится процесс производства?

Рафаэль: Да. Нет, мне нравится высказывать мое мнение.

Иван Феррейро: И ты получаешь удовольствие от съемок? От камер, ожидания?

Рафаэль: Нет, это не доставляет удовольствия, но… что есть, то есть.

 Рафаэль Мартос Санчес

Иван Феррейро: Если подсчитать, сколько времени за всю жизнь ты потратил на ожидание – выхода на сцену, съемок в кино…

Рафаэль: Нет, время перед началом концерта я не считаю потраченным зря. Для меня легко приехать в театр за четыре часа до начала. Мне очень нравится сцена.

Иван Феррейро: Это заметно.

Рафаэль: И кино мне тоже очень нравится. Помню, как я встречался с Софи Лорен,  когда она снималась в фильме «Эль Сид». В семь утра она уже накладывала грим и была одета.

Иван Феррейро: Мне сцена тоже нравится, но я испытываю некоторых страх перед выходом. Я смотрю на тебя…

Рафаэль: У меня тоже такое было. Раньше я испытывал ужас. Очень давно. Но в последнее время, после трансплантации, страха нет, я очень изменился и выхожу на эстраду, чтобы доставить удовольствие публике и самому себе. Потому что если я наслаждаюсь, то и зрители наслаждаются.

Иван Феррейро: Последний вопрос – ты доволен диском, тем, как записал эти песни?

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Да.

Иван Феррейро: Ты знаешь много хороших песен, у тебя много способов выразить свои чувства…

Рафаэль: Есть много современных авторов – о ком тебе рассказать?

Иван Феррейро: Когда ты ставил перед нами задачу, ты сказал: Я не хочу Мануэля Алехандро, я не хочу Пералеса, я не хочу любви, я не хочу нелюбви… И одним из лучших дней был тот, когда ты не оговаривал ничего, чтобы создать песню. Забавно, что ты сказал о том, чего ты не хочешь. Я написал для тебя Carrusel, и ты остался доволен. Знаешь, все мы, кого ты позвал, были очень довольны.

Рафаэль: Это заметно. Достаточно посмотреть, как вы ко мне относитесь. Если люди любят кого-то, то любят, и это видно. А если не любят – тоже.

GQ
23.12.2016
Краткий перевод Р.Марковой
Опубликовано 23.12.2016