Рафаэль в "Всегда в воскресенье" с Раулем Веласко Рамиресом (Мексика). 1979

RAPHAEL EN "SIEMPRE EN DOMINGO" CON RAÚL VELASCO RAMÍREZ (MÉXICO). 1979 

Голос за кадром: Он начинал становиться известным и немного позже принял участие в фестивале Евровидения, где занял четвертое место. Его имя становилось все более популярным. Его первый диск, "El niño del tambor", добился небывалого успеха и способствовал окончательному появлению нового кумира, чью популярность с трудом можно сравнить с чем-либо, кумира с непревзойденным голосом и уникальным стилем, и прежде всего кумира, который каждое свое выступление безгранично отдается публике, Своей публике, которая ему аплодирует по всему миру. Siempre en Domingo начинает сегодня цикл "Conozca mi vida" посвященный уникальному испанскому исполнителю, который с триумфом выступил в Палладиуме Лондона, Мюзик-холле Нью Йорка, Дворце музыки Мадрида, Доме культуры Ленинграда и так далее, и так далее....Siempre en Domingo приглашает вас в следующие полчаса узнать кое-что из жизни Рафаэля, идола Мексики и всего мира.

Рафаэль Мартос Санчес

Рауль Веласко: Дорогие телезрители, сегодня у нас встреча с деятелем международного масштаба. Мы пришли к выводу, что это - не продукт случайности, что за всем этим явлением, за этим волшебством и основательностью, стоит очень важная история. Рафаэль добился этого, пройдя через этап криков возбужденных подростков и превратился в некую стабильную фигуру, в значимую личность в артистическом мире и удерживается там. Как начал свой путь Рафаэль, нам лучше спросить об этом прямо самого артиста.

Рафаэль: Как я начал? Я начал, когда мне было четыре года и я пел в хоре. Но профессионально - с пятнадцати лет, когда мои родители дали мне разрешение петь. Начал выступать в одном зале для вечеров в Мадриде и мне давали за это три доллара...

Рауль Веласко: Ты пел и танцевал? или только пел?

Рафаэль: Я делал все. И мне давали двести песет, это примерно три доллара, будто я был таксистом... Потом я выступал во многих других залах, но моим основным событием стало выступление в театре Сарсуэла, которое меня окончательно ввело в мир искусства, когда я дал впервые сольный концерт на два с половиной часа. Есть один интересный случай. В то время я достаточно много выступал на телевидении, но то выступление мне принесло большую известность. Однажды Рамон Диас, очень хороший продюсер, поручил мне исполнить главную роль в его телевизионном Рождественском представлении. Я должен был петь песню о маленьком барабанщике. Я был в парике, так как я в то время проходил службу в армии и у меня волосы были сбриты наголо, и я пел эту песню в прямом эфире. И у меня сильно зачесался нос, когда я пел песню, и в конце я не выдержал и почесал его.

Рафаэль Мартос Санчес

Рауль Веласко: Это было в камеру? в прямом эфире?

Рафаэль: Да, в прямом эфире. И продюсер очень разгневался и сказал все мне, о чем он думает. Сейчас он большой мой друг, но тогда он очень злился. Но этот курьезный случай привел к тому, что потом во всех магазинах, где продавались пластинки, мой диск за один день был продан в количестве пятидесяти тысяч копий...

Рауль Веласко: Спрашивали о том мальчике, который ковырял пальцем в носу...

Рафаэль: Да, спрашивали диск про маленького барабанщика, диск мальчика, который засунул палец в нос. И с тех пор в моих родных краях идет моё прозвище "ниньо", хотя я женился и у меня самого двое детей, но оно до сих закреплено за мной.

Рауль Веласко: Я думаю, что частью твоего успеха ты обязан этому очарованию твоей искренности, которую ты привез в Мексику, ты пел как мальчик, озорной и избалованный вниманием...

Рафаэль: Я был очень молод!

Рауль ВеласкоСколько тебе тогда было. когда ты получил прозвище "ниньо" и выступал на испанском телевидении?

Рафаэль: Мне было двадцать лет.

Рауль Веласко: Но были и детские выступления?

Рафаэль: Да, в двенадцать или тринадцать лет.

Рауль Веласко: Тебя очень баловали в твоем доме?

Рафаэль: Нет. Но, произошло так, что в моем доме меня называли так, потому что все андалузские семьи всегда выбирают кого-то, кого будут называть "ниньо", даже когда ему будет восемьдесят лет. Это очень андалузская привычка.

Рафаэль Мартос Санчес

Рауль Веласко: Ты был озорником, что позволило тебе сохранить эту детскую непосредственность до двадцати лет?

Рафаэль: Нет, я никогда не был большим озорником, я человек, думаю, достаточно спокойный, я очень много думаю...

Рауль Веласко: Нет, но в твоей манере исполнения есть немного от шалости, озорства, этот жест, когда ты забрасываешь пиджак...

Рафаэль: Это немного от моего стиля, как в замедленном кадре, это тот стиль, который мне дал возможность выступать в самых известных театрах мира, таких, как Олимпия или Паладиум в Лондоне, Карнеги-Холл или Опера в Москве.

Рауль Веласко: Это твоя отличительная черта, символ твоей индивидуальности?

Рафаэль: Так было всегда. Я могу нравиться или не нравиться, могу быть более или менее плохим или хорошим, но это всегда "я".

Рауль Веласко: Это точно!

Рафаэль: И это важно. Я так думаю. И когда я спрашиваю у какого-то певца, который начинает записывать диск, как кто ты поешь? и он мне отвечает: как никто. И это хорошо. В моем случае, когда спрашивают, на кого он похож, и отвечают: на него самого.

Рауль Веласко: Точно. Что ты скажешь, каким было твое детство? ты страдал? ты был бедным? или богатым? каким было твое детство?

Рафаэль: Нет, моя семья была достаточно скромной. Но не бедной, потому что у нас каждый день была еда. Спасибо Богу, у меня были и есть родители, которые всегда работали, чтобы их дети могли есть. И когда каждый из нас подрос, мы тоже работали, чтобы помочь семье. Простая семья, но все в ней было хорошо.

Рауль Веласко: Значит, ты пел, потому что тебе нравилось это делать?

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Я с четырех лет зарабатывал на жизнь пением, потому что я учился в очень хорошем колледже, где учеба была бесплатной для тех, кто мог петь, потому что там был школьный хор. Благодаря моему голосу я оплачивал учебу. И в девять лет я получил премию за лучший голос Европы в Вене, и таким образом я всегда был связан со сценой. Я выступал на церковных мероприятиях, на всяких благотворительных мероприятиях, участвовал в конкурсах песни среди хоров....всегда был связан с миром музыки, миром песни.

Рауль Веласко: Когда ты начал свои выступления, ты всегда был очень уверенным в себе.

Рафаэль: Уверенность всегда была мне присуща. Я всегда очень верил в самого себя. И это тоже очень важно, чтобы идти по жизни.

Рауль Веласко: Да!

Рафаэль: И этой уверенности, что есть у меня сейчас, которую ты заметил, у меня не было раньше. Я просто был юношей с огромным желанием и воодушевлением, несколько необузданный, как конь....Сейчас все стало спокойнее, все устоялось. Я точно знаю, что делаю, делаю те же вещи, но более....

Рауль Веласко: Продуманно...

Рафаэль: Нет, не более продуманно, но более медленно. Это уже вопрос большого внутреннего счастья. Я уже внутренне более счастлив, более спокоен, мои дела идут очень хорошо и моя публика меня никогда не бросит. Даже наоборот - она все увеличивается, так как прибавляется публика из разных стран. Вначале я был известен только в Испании. потом в Испании и Европе, потом Америке, на Ближнем Востоке, в Австралии, Японии в СССР... И все это приводит к тому, что у тебя уже нет страхов, ты не боишься, что где-то к тебе не так отнесутся, останется еще пятьдесят восемь мест, где к тебе будут относиться хорошо. И ты уже вернешься более уверенным в себе.

Звучит Yo soy aquel.

Рауль Веласко: Когда Рафаэль впервые приехал в Мексику, у него был дебют в El Patio. В то время телевидение еще не снимало. Я отвечал за раздел культуры в газете Heraldo de Mexico. И хотя Рафаэль в то время был еще никому неизвестен, я решился на публикацию фотографий на всю газетную полосу. И на этих фотографиях, запечатлевших тот успех перед представителями первых лиц в Мексике, пришедших туда, включая госсекретаря (это была словно дань уважения Рафаэлю), мы видим Рафаэля с характерным, ставшим уже классическим, жестом - поднятым пальцем и в черной одежде. Почему ты одеваешься в черное, Рафаэль?

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: На большинстве моих выступлений я одеваюсь в черное. Но это пошло с тех пор, как я впервые приехал в Мексику и мой багаж был потерян на таможне. В Мехико прибыли только чемоданы музыкантов. Менеджер бросился покупать мне черные брюки и рубашку, что лучше всего подходило для следующего дня премьеры, и успех был таким большим, что это стало моим амулетом.

Рауль Веласко: Здесь ты выступал в костюме.

Рафаэль: Я уже заработал немного больше денег и поэтому смог купить уже костюм (смеется).

Рауль Веласко: Я помню, что Мария Феликс всегда была в первом ряду.

Рафаэль: Это я с Авой Гарднер в Акапулько.

Рауль Веласко: Это было время, когда одевали ожерелья и всякие другие смешные вещи...

Рафаэль: Это был мой день рождения.

Рауль Веласко: Это был день твоего рождения и был большой праздничный вечер. Ты это помнишь... А здесь тебя охраняет полиция. Это был день концерта в Аламеде?

Рафаэль: Нет, это прибытие в аэропорт. Аламеда - это другое.

Рауль Веласко: Это был памятный день. И ты чуть не лишился жизни от такого проявления любви людей.

Рафаэль: Бывает любовь, которая убивает. Здесь мы репетируем с хором базилики...

Рауль Веласко: Тебя пугает толпа?

Рафаэль: Всегда. И очень сильно. Здесь я с тобой на Televisa.

Рауль Веласко: Это первые программы Siempre en Domingo. Вот смешные брюки, которые я носил тогда. Это те брюки Рамона Веласко, за которые так критиковали...

Рафаэль: Но сейчас ты изменился, стал более элегантным.

Рауль Веласко: Здесь ты получаешь свой трофей Heraldo del Mexico, и это впервые такую премию вручают тебе, как самому популярному артисту того года.

Рафаэль: А здесь у меня уже было немного больше денег, и я купил шляпу (смеется).

Рауль Веласко: Ну, ты всегда использовал разные атрибуты, которые помогали тебе лучше исполнять песни.

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Да, как в песне Jibarito, я тоже использовал соломенную шляпу. А на одной из фотографий, которые мы смотрели немного раньше, на мне очень старое, поношенное пальто, этой песней я чествовал Мориса Шевалье, исполняя его знаменитую песню Ma Pomme. В совершенно рваном пальто.

Фрагмент Ma Pomme.

Рауль Веласко: Что ты чувствуешь, не только когда тебе на сцену бросают гвоздики, но когда высокомерные сеньоры, которые никогда не теряют своей сдержанности, бросали тебе жакеты... Посмотри, какой становилась сцена! Дамы бросали тебе меха, украшения драгоценности...

Рафаэль: В Монтеррее происходило то же самое, и в Гвадалахаре тоже. Но это меня не делает самодовольным или заносчивым. Я воспринимаю это просто как награду за мою работу.

Фрагмент выступления в ElPatio.

Рауль Веласко: Это потрясающе волнующее вознаграждение!

Рафаэль: Тут я танцую.

Рауль Веласко: Ты сейчас стал сдержаннее, раньше ты был более непредсказуемым.

Рафаэль: Как я тебе уже говорил, сейчас я спокойные. Я продолжаю танцевать, я не теряю своей стиль, так как он мой, он родился со мной. Но сейчас я более спокойный и стал лучше.

Рауль Веласко: Ты эволюционируешь, как Рафаэль. Как ты говоришь, не можешь делать то же самое, что раньше...

Рафаэль: Надо делать все более изысканно, как требует настоящее время.

Рауль Веласко: И твой успех не зависит только от успеха одного диска. Ты выпускаешь множество дисков!

Рафаэль: Уже много времени для публики это норма. Они приходят в магазин и просят последний диск Рафаэля, а когда их спрашивают, какие в нем песни, они отвечают: мы не знаем, дайте новый диск.

Рауль Веласко: Да, их продают благодаря имени Рафаэля, не по названию песен. Как ты считаешь на нынешнем этапе твоей жизни: твоя жена и дети оказали на тебя влияние?

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Очень. Да, они, вернее она, потому что детей тогда еще не было, никогда прямо не влияла на мою карьеру, никогда не высказывала свое мнение, но она очень сильно повлияла на мою личную жизнь. И это естественно, что то спокойствие, которое она мне дала, очень отражается на моем поведении на сцене. Не прямо, но она очень влияла на меня.

Рауль Веласко: Говоря о Хакобо, ты сказал, что очень считаешься с его мнением, боишься его оценки.

Рафаэль: Очень! Представь, если мы очень смеемся, смотря на фото десятилетней давности, то что скажет мой сын, которому будет пятнадцать лет (а это будет через одиннадцать лет), когда он будет смотреть мой фильм, которому двадцать лет? Он скажет, глядя на меня: слушай, знаешь что? ты очень старый! И что ему скажешь?

Рауль Веласко: Что ты в самом деле очень старый! Все имеет свое начало и свой конец. Но главное - это продолжать идти. Не исчезнуть, как другие артисты.

Рафаэль: И у меня есть одно преимущество. Даже, когда моему сыну будет пятнадцать или двадцать, я буду продолжать оставаться тем же, кто я есть сейчас, и это не будет так заметно.

Рауль Веласко: Точно! Я думаю, что у тебя всегда будет это уважение и восхищение публики, тех людей, которые восхищаются твоей карьерой, твоей творческой стабильностью. Ты не знаешь, как мы тебе благодарны за твою беседу с нашей аудиторией, мы тебе желаем, чтобы продолжались твои успехи в Мексике и во всем мире.

Рафаэль: Спасибо и тебе за то, что дал возможность так долго побеседовать с вами. Мы уже одиннадцать лет не говорили так долго...

Рауль Веласко: Так долго! Дай мне пожать твою руку, Рафаэль!

Перевод Татьяны Орловой
Опубликовано 25.10.2017
 
Дополнительные материалы: