Raphael cada día

Очередная страноведческая лекция Евгения Понасенкова состоялась 23 декабря 2018 в уютном концертном зале Президент-отеля, находящегося в центре города, хотя чуть в стороне от основных туристических маршрутов (как раз то самое расположение, которое ценит Евгений).  

И как всегда, это беседа оказалась не только и не столько путеводителем по Парижу, сколько рассказом об истории города, вплетенной в современный пейзаж, так как в силу своей основной специальности Евгений видит одновременно несколько хронологических срезов, и за тем городом, который предстает перед глазами путешественника, разворачивает пласты, уходящие на разную глубину в прошлое.

С Францией у Понасенкова личные отношения, окрашенные персональным и профессиональным интересом, и умноженные на то особое значение, которое Париж всегда имел для представителей мира искусства из самых разных стран, они делают его повествование эмоциональным и ярким, оно обретает объемность и выходит за рамки туристического пособия, обращаясь к музыке, архитектуре, живописи, поэзии, тайнам дипломатии и отельно-ресторанного бизнеса в самых неожиданных аспектах.

Началась встерча, как обычно, с музыкального фрагмента: искрометная увертюра к «Веселой вдове» (которая, кстати, ровно через неделю отметит 113 лет со дня первой постановки) настроила аудиторию на легкомысленный лад. Вышедшая затем на сцену с огромным букетом Анна Шатилова, вспомнив короля-солнце, назвала Евгения историком-солнцем, который освещает публике путь, и взявший на себя эту роль – освещать и просвещать – Евгений блистательно справился со своей задачей, хотя, побуждаемый желанием предъявить своим слушателям как можно больше информации, значительно вышел за отведенные его мероприятию временные рамки.

Как заявление о намерениях в исполнении Евгения прозвучал бессмертный шлягер Пиаф Non, je ne regrette rien на языке оригинала (а по-другому у него и не бывает), ария графа Данило о ресторане «Maxim's», возможно, являющаяся намеком на отношение Евгения к его преданным поклонникам и ту теплую дружескую атмосферу, которая обычно царит на встречах Понасенкова с его аудиторией (сравнение, безусловно, лестное для всех присутствующих), а также признание в любви к Парижу в версии Кола Портера - I love Paris in the spring time.

После этой короткого, но мощно отдававшегося под сводами зала музыкального эпиграфа и ухода концертмейстера, Карины Погосбековой, означавшего, что Евгений больше не порадует публику вокальными номерами, начался великолепный насыщенный эмоциями рассказ о Париже, сопровождавшийся показом изображений некоторых мест и предметов, о которых говорил Понасенков.

Коротко пройдясь по основным «большим стилям», представленным в столице Франции (классицизм, рококо, ампир), арт-деко и мелочи вроде арт-нуво, он дал им лаконичные, но исчерпывающие характеристики, и проиллюстрировал снимками культовых для туристов мест, сопроводив их не только историческими, но и практическими комментариями.

Обещанные в программе советы, касающиеся правильного выбора отеля и ресторана обернулись рассказами о грандах мира искусства, бывавших в этих местах, обильно приправленными, естественно, личными впечатлениями (так что возникает не очень далекое от истины ощущение, что Евгений побывал во всех представляющих хоть какой-то культурный или исторический интерес учреждениях подобного рода) и разбором их архитектурных и гастрономических достоинств. Называя ту или иную улицу, Евгений тут же (указывая номер дома), вспоминает, что на ней жила Мария Каллас или Галина Вишневская, Александр I и Нессельроде, Оскар Уайльд и Борхес, и парижские кварталы, подретушированные кистью истории, обретают объемность уже в четвертом – хронологическом – измерении, и благодаря хорошо знакомым именам легко встраиваются в память и сознание.

Хотя для лучшего понимания атмосферы города Понасенков рекомендует перед поездкой подготовится, просмотрев ряд культовых фильмов и прослушав некоторое количество музыкальных произведений, слушатели имеют возможность почувствовать атмосферу великой столицы на Сене и настроиться на будущую встречу с ней уже прямо в зале, благодаря яркому изложению понасенковского видения Парижа и практическим рекомендациям по его освоению.

Предлагаемые маршруты прогулок по городу не только составлены так, чтобы с минимальными затратами сил и времени пройти по всем значимым местам Парижа (список которых несколько шире общепринятого) и увидеть все, что принято смотреть, а также, заглянув в игнорируемыми обычными толпами уголки, ознакомиться с тем, чего обычно не видит никто, и насладиться уникальностью своих впечатлений, но и сделать это, сохраняя иллюзию одиночества и общения с великой Лютецией в режиме tête-à-tête.

Несмотря на сетования Евгения на отсутствие живых людей, переместившихся по большей части в сети, на улицах Парижа явно наблюдается переизбыток туристов, что отравляло ему удовольствие от встречи с любимым городом, так что, описывая ту или иную достопримечательность, он обязательно указывает, как избежать контакта с вооруженными рюкзаками дикими ордами путем умелого выбора времени суток для осмотра (причем иногда оптимальной оказывается глубокая ночь), вектора движения (естественно, идти следует всегда не туда, куда стремятся все, а в противоположном направлении) или просто замены осмотра стремительной поездкой на такси сквозь, например, сомнительные красоты Трокадеро.

Благодаря имеющейся у Евгения привычки к парадоксальным построениям возможность заглянуть в особняк масонов (как выяснилось, очень легко реализуемая на практике) обернулась развенчанием ореола тайны и низведением его чуть ли не уровня районного клуба, великая любовь трубадуров – платонической заумью, а импрессионизм – дефектом зрения (отягощенным расстройством нервов у экспрессионистов).

Естественно, все было сказано о Тюильри и Пантеоне, Лувре (самое главное в котором - не пытаться приблизиться к Джоконде), Версале (с экскурсом в историю Версальского договора), Вандомской колонне (и удавшейся, но эстетически не совсем удачной попытке нарастить высоту соперничающего с ней «Александрийского столпа»), и площади Согласия (с рассказом о стоящем там доме Талейрана), но были упомянуты также малоизвестные и редко посещаемые музеи, не менее интересные в плане знакомства с французской культурой и историей Парижа, которые открыл для себя Понасенков и рекомендовал своим слушателям в качестве изысканного страноведческого деликатеса. Стоит отметить, что рассказ Евгения сопровождался демонстрацией фотографий самого разного рода - от городской площади, показанной в черно-белом варианте с высоты птичьего полета, до изящной вазы крупным планом или цветущего комодика во всей многоцветной роскоши красного дерева и витиеватого золотого орнамента, так что визуальный ряд ненавязчиво дополнял его эмоциональное повествование, добавляя ему наглядности и вещественности. 

Предлагаемый Понасенковым девятидневный маршрут странствий по Парижу сопровождался обоснованными и проверенными на собственном (надо полагать) опыте рекомендациями по выбору района для поселения и кварталов для прогулок во время гипотетических уличных беспорядков (естественно, это 16 округ с его садами и парками, и самое спокойное местечко – кладбище Пер-Лашез). А на случай отсутствия таковых Евгений спроектировал программу, включающую посещение самых известных и самых интересных (что не всегда совпадает) мест французской столицы и удовлетворяющую как эстетические-познавательные потребности путешественников, совершающих образовательный гранд-тур, так и более приземленные запросы гурманов и коллекционеров.

А вот чтобы узнать все подробности, надо было присутствовать на этом зрелищном мероприятии, в конце которого, как всегда, перед сценой выстроилась целая очередь поклонников с монографиями, на которых они надеялись получить от Евгения автограф, и с букетами, которые они намеревались вручить оратору – заслуженный знак признательности за эффектное и поучительное действо в блистательном исполнении эрудированного, остроумного и артистичного историка Евгения Понасенкова.

Алисия Кучан