Главная / Inicio >> Рафаэль каждый день / Raphael cada día >> Субботний вечер с Дмитрием Седовым

Raphael cada día

09.11.2019

Субботний вечер с Дмитрием Седовым


Ведьмин колодец
(сказочно правдивый роман 
на основе 
фантастических приключений 
в пяти частях)
Часть II. Пленник волшебного замка
Главы 1 и 2

- Ваня! Ваня, вставай! - ласковый мамин шёпот заставил мальчика открыть глаза. - Вот ведь как крепко уснул. А не хотел ложиться. Барин-то наш шерстяной, Пух Иваныч, уже давно изволили откушать и отбыли по делам. А мы с Машей за стол не садимся. Тебя ждём! Давай-ка, умывай мордашку. Будем сырники есть.

- А потом на речку! - услышал Ваня звонкий голос сестры со двора. - На речку!
- Мам, я такой сон видел! - сладко потянулся мальчик. - Всем снам сон! Всем-превсем!  

 Глава 1. Удивительный сон

- Так уж и всем-превсем, - рассмеялась Наталья Семёновна, легонько пригладив Ванины вихры. - Хотя, на свежем воздухе, вполне возможно… Давай, сынок, вставай. Расскажешь нам свой сон, пока не забыл.

- Такое не забывают! - важно изрёк мальчик, и вскоре Кузнецовы сидели на веранде, поливали румяные сырники малиновым вареньем, сметаной и сгущённым молоком: у каждого был свой рецепт «соуса». Наталья Семёновна предпочитала самый простой: одну сметану. Ваня смешивал сметану с вареньем. Маша - варенье со сгущёнкой.

- Мам, а почему это - «сырник»? - задумчиво спрашивала девочка, глядя, как в её тарелке лава алого варенья наваливается на круглые островки сырников, наступает на море сгущёнки. - Он ведь не сырой? Он печёный.

- Не печёный, а жареный, - поправила дочь Наталья Семёновна.

- Всё равно. Ведь не сырой же… Ух, какой горячий…

- И вовсе не горячий! - заметил Кузнецов-младший. - Особенно, если сметаной полить хорошенько…

- У меня горячий! - упрямо возразила Маша. - И слепила ты их вовсе не из сыра. А из творога…

- Правильно, поэтому иногда их ещё творожниками называют, - согласилась Наталья Семёновна.

Сырники со сметаной

- А ты называешь «сырники»! - не сдавалась Маша. - Значит, неправильно называешь…

- Маша! Вот как будет называться то, если ты опрокинешь чашку с чаем, я знаю точно, - сделала замечание дочери Наталья Семёновна.

- И я знаю! - засмеялся Ваня. - Отчаянное наводнение. Кипящее и беспощадное! Спасайся, кто может!

Маша решительно зачерпнула ложкой содержимое вазочки:

- Ой, а как называется, когда всё вокруг заливает вареньем?! Наварение? А когда - сгущёнкой - насгущение?

- Пусть так, лишь бы насгущение или наварение не перелилось на скатерть, - заметила Наталья Семёновна.

- А если перельётся, начнётся мамовозмущение и мамотрясение! - добавил Кузнецов-младший.

- А Ваня сегодня видел удивительный сон, - постаралась переменить тему Наталья Семёновна.

- Правда? - Машины глаза загорелись. - А о чём?

- Не знаю. Но он сказал, что это был всем снам сон, и обещал нам его рассказать. - Наталья Семёновна добавила сыну на тарелку ещё один сырник.

- Да! Всем снам сон! - Ваня мечтательно зажмурился. - Мне приснилось, что я - на старинном паруснике, который мчится по бескрайнему океану…

- Как это - по бескрайнему?! - удивилась Маша.

- Кругом - одна вода, а над нами - небо! - мальчик азартно ткнул вилкой в сырник, превратив его в одинокий корабль, преодолевающий сметанное море. - Мы плыли вот так, одни-одинёшеньки, а вокруг вздымались и пенились солёные волны, сливаясь с небесами на горизонте. И вокруг - ни клочка суши! На сотню миль!

- На сотню чего? - переспросила Маша.

- На сотню миль, - пояснила Наталья Семёновна. - Одна морская миля больше одного километра почти в два раза.

- Миля… километр… - недоумённо пожала плечами Маша. - А почему нельзя всё одинаково мерить?

- Не «мерить», а измерять, - уточнила Наталья Семёновна. - Моряки начали измерять расстояние в милях гораздо раньше, чем были придуманы километры… Ваня, спасай свой корабль!

- Он попал в шторм, потерял управление и напоролся на рифы! - тревожно прокричал Кузнецов-младший.

- Напоролся на что? - переспросила Маша.

- На подводные скалы, - объяснил Ваня. - Если во время шторма корабль наскочит на них, то развалится на куски! Вот так: бах-бах! - мальчик разломил сырник вилкой надвое.

- А во сне ты видел шторм? - Маша следила, как брат отправляет в рот одну за другой половинки творожного корабля.

- Нет. Была прекрасная, солнечная погода.
- И всё?
- И всё.
- Ой, ну и разве это сон? - разочарованно вздохнула Маша - Вот я такое вчера видела…

- Тут дело не в том, что я видел, - пояснил Кузнецов-младший, - а в том, что я чувствовал! А чувствовал я себя настоящим капитаном, как наяву! Могу поклясться, что я даже сейчас помню смолистый запах палубы, свежесть попутного ветра, гудение наполненных им парусов и ругательства моего боцмана!

- Ну, уж ругательства боцмана повторять не надо, Ваня, - Наталья Семёновна промокнула губы салфеткой. - Но вот что интересно: ты в самом деле помнишь запахи и звуки из своего сна?

- Конечно!
- Надо же! Со мной такого не случалось, - удивилась Наталья Семёновна.
- И со мной такого не случалось! - эхом отозвалась Маша.

- А ещё я помню, что говорил по-английски, и что мой корабль назывался «Корсар».

- Ого! Ты был пиратом? Суровым и безжалостным? - Наталья Семёновна сделала страшные глаза.

- Нет! Я помню точно: мы плыли открывать новые земли.
- А кто их закрыл? - удивлённо спросила Маша.

- Никто их не закрывал, - рассмеялся Ваня. - Просто так говорят. Открыть новые земли - значит, впервые оказаться там, где ещё никто никогда не бывал. Например, как Колумб. Который открыл Америку…

- Пожалуй, это утверждение спорно, - заметила Наталья Семёновна. - Хотя бы потому, что индейцы оказались в Америке гораздо раньше Колумба.

- Да, индейцы приехали в Америку из Индии! - заявила Маша всезнающим тоном.
- Ага, на собачьих упряжках, - едва сдерживая смех, фыркнул Кузнецов-младший.

- Скажи ещё, на кошачьих! - расхохоталась сестра. - А наш Пух Иваныч - дальний потомок американских котов!

Ваня развёл руками, Наталья Семёновна улыбнулась, а Маша, наконец, принялась за чай. Но не успела допить, как вдруг спросила:

- А чей это у нас во дворе велосипед?

- Какой ещё велосипед?! - недоумённо прошептал Кузнецов-младший. Он машинально сунул руку в карман. Ножа не было. Мальчик вдруг ощутил, как качнулась под ним - нет, не земля, палуба! И горячий ветер ударил в лицо.

И Ваня вспомнил.

Глава 2. Пробуждение

Рука вошла в воду, и тут же врезалась в илистое дно. Мальчик вскочил на ноги. Он стоял у самого берега. У того места, откуда начал заплыв к центру Усынь-озера. Таинственного. Заповедного. Волшебного. Ваня выбрался на сушу и озадаченно сел на траву. Отдышался, уставившись на озёрную гладь, чистую и ровную, как новенький стол. Отливая свежим небесным лаком, она умиротворённо блестела. Будто и не было под нею страшной чёрной пустоты, которая только что норовила ухватить мальчика за пятки. Стоп! Холодные, мокроногие мурашки пробежали по Ваниной спине, и он торопливо влез в футболку.

Было отчего вздрогнуть! Мальчик вспомнил ещё кое-что. Всё. Почти всё. Он мотнул головой, словно вместе с водою пытался стряхнуть с себя тревожные воспоминания. Но они не исчезали. Хотя перед ним лежало обыкновенное подмосковное озеро. И никакого острова. Никакой лодки. Тем более, ни суровых матросов, ни бескрайнего моря, ни фрегата «Корсар». Безлюдная окраина деревни Гороховки, пустынный пляж…

Что же это было? И было ли?! Ваня стал расхаживать по берегу, стараясь как можно скорее обсохнуть и одновременно собраться с мыслями. Итак, в Усынь-озере он всё-таки купался. И ничего с ним не случилось. Даже если учесть некоторые странности. Ведь он вернулся на берег. Туда, где оставил одежду. И велосипед, взятый напрокат за замечательный швейцарский нож…

Так что же всё-таки произошло? «Так-так-так… - гулко постукивал в голове мальчика кто-то невидимый невидимым посохом, заставляя выстраиваться в ряд спутанные мысли. - Сначала я, скажем так, исследовал вплавь Усынь-озеро. Потом нашёл чью-то лодку и залез в неё. Чью-то! Наверняка это лодка братьев Михалковых! Хотя… Да это и не важно. Потом я увидел огоньки, которые указали на островок, почему-то незаметный с берега. Так-так-так… Я поплыл к островку, и, наверное, заснул в лодке. И мне приснилось, что я на старинном паруснике, где все называли меня капитаном… Да, сон был чудесный. Но сон ли? Всё было настолько реально… Да, а как долго длился мой смертельный аттракцион?»

Ваня достал из джинсов телефон и взглянул на дисплей. Он хорошо запомнил то время, когда мысленно дал старт своему рискованному заплыву по Усынь-озеру.

- Вот это да! - выдохнул мальчик. - Не прошло и трёх минут?!

«Значит, это был всё-таки сон, - задумался Кузнецов-младший. - Какой-то особенной, непонятной природы. Иначе как объяснить то, что я видел?! Ладно. Допустим, это был сон. Ну, что-то вроде сна. Но как я снова оказался в воде? Куда исчез остров? Куда девалась лодка?!» Пока Ваня с определённостью мог сказать одно: солнце не теряло времени даром. Быстро обсохнув, мальчик натянул джинсы, обулся и оседлал велосипед. Он решил объехать Усынь-озеро по кругу. Он не знал, что найдёт, но знал, что хочет найти: лодку с надписью «Корсар» на борту.

Он объехал овальный водоём несколько раз, но ничего не обнаружил. Середина озера была чиста, как зеркало. Ни единого намёка на клочок суши. В камышах - ни лодки, ни плотика, ни даже какого-нибудь одинокого бревна. Пусто. «И глухо, как в танке», - припомнил вдруг Кузнецов-младший отцовскую присказку. И крутанул педали в сторону дома с зелёной крышей. Спрятал велосипед за сараем, через окно пролез в зал, бесшумно раздевшись, нырнул под покрывало на диване. Только дремлющий на комоде Пушок заметил таинственное исчезновение и не менее таинственное возвращение мальчика. «Ты же никому не скажешь?» - заговорщически шепнул ему Ваня. «Рассказал бы, конечно, - лениво зевнул кот. - Но мне абсолютно всё равно, кто, куда и зачем лазает через окно. Если это только не чужой кот…»

Он окончательно проснулся в тот миг, как только Маша спросила:

- А чей это у нас во дворе велосипед? Там, за сараем? Чур, я первая буду кататься!

- Какой ещё велосипед?! - пока Кузнецов-младший произносил эти три слова, судорожно нащупывая в кармане несуществующий швейцарский нож, он вспомнил всё.

- Маша, какой ещё велосипед? - с укоризной сказала Наталья Семёновна. - Ты ведь даже на самокате кататься не умеешь!

- А вот и умею! И очень даже умею! - упрямо возражала Маша, помогая маме убирать со стола; обе и не заметили, какие перемены произошли с Ваней. Он молча прошёл за сарай, взял Сениного железного коня, и когда Наталья Семёновна с дочкой увидели, что Вани нет рядом, он прокричал им под стрёкот спиц:

- Я скоро вернусь! Велосипед отдам, и вернусь!

Ему нужно было побыть одному. Это мальчик понял сразу, как только настигло его пробуждение. Он отъехал недалеко от дома. Остановился. Слева тихо несла свои воды Змейка. Справа прибрежные кусты что-то едва слышно нашёптывали друг другу. Лёгкий ветерок лохматил вихры. В голове кто-то начал тихо постукивать железным посохом… «Так-так-так, - повторял Кузнецов-младший за невидимым помощником. - Когда я оказался в воде, начались всякие чудеса… Сначала - непонятный страх. Ну, пожалуй, это можно объяснить. Хотя я никогда глубины не боялся. Но ведь и такой глубины ещё не видел… Потом было ещё что-то необычное… Ах, да! Вода в Усынь-озере вдруг стала солёной, будто морская. А может, это я просто вспотел от волнения? Допустим, хотя это похоже на бред… Потом я поплыл на лодке к какому-то островку, который заметил посередине Усынь-озера. Потом, конечно же, уснул. И мне приснилось, что я оказался в океане, на паруснике, который подошёл к неизвестному острову. Его почему-то я назвал островом Исполнения Желаний. И решил высадиться на его берегу… Остров… Опять остров! Ещё один остров, и не последний! Потом был остров на Острове Исполнения Желаний. Я поплыл к нему через озеро, к которому мы прошли через горы, сквозь туман…»

- Туман! - воскликнул Ваня.

«Так-так-так! - бодрее застучал в висках невидимый помощник; мальчик вдруг ощутил, что разгадка совсем рядом. - Когда я лёг на дно лодки, она входила в туман; остров, который я видел на середине Усынь-озера - ни что иное, как мираж, порождение тумана. Когда мне снилось, что я на необитаемом острове, я прошёл сквозь туман. Найденная мною лодка называлась "Корсар"; корабль из сна - так же! Перед тем, как поехать к Усынь-озеру, я читал "Остров сокровищ"; потому и приснился мне не какой-нибудь корабль, а английский. Вот оно что! Как всё просто… Вот только куда девалась эта чёртова лодка?!»

Да, расследование снова зашло в тупик. Не мог же двухвёсельный ял испариться?! Если только не ушёл на дно. И почему тогда спящий Ваня не утонул вместе с ним? И как вывалился из него, и оказался у самого берега? И почему на всё ушло не больше трёх минут? Невидимый помощник молчал. Мальчик вздохнул и набрал знакомый номер.

- Миша, привет! Ты в Москве? Дома?

- Привет! - ответил лучший друг Кузнецова-младшего. - В Москве, да не дома. В магазине. За хлебом послали. Что, нужен интернет?

Что всегда Ване нравилось в Мише, так это его умение безошибочно определять, чего от него ждут. У Кузнецова-младшего такой способности не было. Как не было ни смартфона, ни айфона, чтобы самому раскинуть всемирную сеть. «Купим тебе новый супер-гаджет к началу нового учебного года», - пообещал Ване отец. А вот у Миши Чернова, между прочим, смартфон был: презент старшей сестры. Потому что ей новый подарили.

- Да, Миш, срочно нужен интернет, - вздохнул Кузнецов-младший. - Даже, я бы сказал, вселенский розыск.

- Понял, - с готовностью ответил Миша. - Как приду домой, пришлю SMS-ку, а ты перезвони.

- Договорились! - с готовностью ответил Ваня и отключился.

Кузнецов-младший устроился поудобнее на тёплом прибрежном валуне, и стал терпеливо ждать. 

Продолжение следует...

Дмитрий Седов
Москва (Россия)

Дополнительные материалы:

Ведьмин колодец
Часть I. Гороховские сказки 

Волшебный гранат