Главная / Inicio >> Рафаэль каждый день / Raphael cada día >> Воскресные чтения с Дмитрием Ластовым

Raphael cada día

08.12.2019

Воскресные чтения с Дмитрием Ластовым


Когда ты мне приснишься 
(Лирическая история, случившаяся 
на последнем этаже многоэтажки)
Часть 9

Ваня и Вера стоят рядом. Плёнка валяется рядом с ними. Ваня обескуражен. Вера заметно стесняется своего поступка.

Ваня: Зачем ты это сделала?

Вера: Тебе не понравилось, как я танцую?

Ваня: Да нет. Зачем ты меня накрыла, и …

Вера: Просто так получилось. Мне захотелось чуда.

Ваня: Чуда! Ты меня поцеловала. И зачем?

Вера: Просто...

Ваня: Странная ты. Вот сиди тут с тобой и...

Вера: А ты говоришь, почему я одна? Потому...

Ваня: Не знаю я. Говоришь загадками.

Вера: Бывает, я выключаю свет, включаю такую музыку, как эта, и очень хочу, чтобы произошло что-то красивое, чудное, прекрасное, чтобы мне, к примеру, приснился кто-то очень красивый, добрый, кто бы меня понимал, ну, принц, что ли, и чтобы он забрал меня в какую-то сказочную, небывалую страну, и мы с ним полетели, понеслись туда — далеко-далеко... У тебя так не бывает?

Ваня: Не бывает... А чего тебе здесь не нравится? Квартира есть — живи себе... Работа есть...

Вера: И ты закрываешь глаза и мечтаешь, что отворится окно и войдет он — весь такой красивый-красивый и закружит тебя в танце, и в этом танце унесёт тебя далеко-далеко...

Ваня: Музыка красивая.

Вера: Тебе нравится?

Ваня: Да так. Просто меня никогда вот так не укрывали плёнкой и не прижимались ко мне.

Вера: Прости.

Ваня: Да ничего. Бывает.

Вера смотрит в сторону. Потом говорит быстро.

Вера: Знаешь, я его любила очень сильно. Мне казалось, что по-другому и быть не может. Я тогда на старших курсах училась в институте. Он писал красивые стихи и песни писал. Он артист, понимаешь, был... В театре играл. Не в центральном - на окраине. Я смотрела на него и вся робела, и сказать ничего не могла. Он был старше меня. А потом как-то, я не знаю, как так получилось, но мы ехали с ним на одной электричке... Я на дачу ехала. И мы шли, шли по дороге, и я нечаянно споткнулась... Он подбежал... Он смотрел на меня, а я чуть ли не тряслась. Мы стали встречаться. Я его любила, так сильно, как никогда. Мне казалось, что это чудо, что вот он мой принц, который меня закружит в танце и унесёт куда-то вдаль. Я жила, как птица, тогда, порхала по городу и ничего не замечала... А потом появилась она - и всё оказалось как у всех. А принцы — они только у меня во снах... во снах... А потом я вообще никого видеть не могла. Вы все мне казались предателями, трусами, уродами... (Плачет). Почему так!?

Ваня гладит Веру по голове, по щекам, вытирает слёзы.

Ваня: Ты, как мои сестрёнки, заплачут - и утешай их. Да чего ты? Был он — будут лучше. Другие будут. Успокойся. Вон, мама придёт твоя скоро, мой упырь придёт — а мы тут.

Вера: А я не хочу.

Ваня: Чего не хочешь?

Вера: Не хочу, чтобы они все приходили. Не хочу.

Ваня: Да ладно тебе. Ну, бросил тебя. Мало ли. Тебе лет-то чуть-чуть. Найдёшь ты своего принца. Будет всё у тебя хорошо.

Вера: А вдруг не найду.

Ваня: А ты не ищи. Они сами к тебе придут.

Вера: Как ты пришёл?

Ваня: Ну, типа того. Как я. Я тоже, может, принц, но не голубых там кровей.

Вера: А каких? Каких кровей?

Ваня: Ну, наших, смоленских кровей. Тоже город неплохой, и люди у нас хорошие.

Вера: А я там не была, у вас в Смоленске.

Ваня: Я тебя свожу. Там красиво.

Вера: Свозишь?

Ваня: Сядем на поезд и поедем.

Вера: А ты своим сестрёнкам сказки рассказывал?

Ваня: Ну, когда они маленькие были — да. Слушали. А сейчас им сказки и не нужны. Гостинцев ждут из Москвы.

Вера: А мне папка сказки рассказывал. Так давно было. Расскажи мне.

Ваня: Сказку? Ну, ты и чудо!

Вера: Тебе жалко.

Ваня: Нет. Дай вспомню. Был, значит, олигарх, и было у него три сына. Два удачливых таких, красивых, прямо принцы. А младший был так себе. Все его каким-то  непутевым считали. Те, старшие, на машинах да мерседесах, а младший - всё своим ходом. И надо олигарху свои заводы и пароходы кому-то передавать, чтобы сыновья его род продолжили — а сыновья всё не женятся, гуляют да по всяким ералашам шатаются. И говорит сыновьям олигарх: вот вам адреса самых красивых в стране девушек, и пока вы на них не женитесь, не приходите. Старшие сыновья пошли по адресам, точнее, поехали на своих мерседесах, и всё у них хорошо — привели к отцу красавиц. А младший сын поехал на метро, да заплутал, темно уже, район неизвестный. Идёт и ищет нужный адрес, а нужного дома всё нет и нет — лес впереди. Ну, пошёл он в лес, идёт и идёт, а ничего нет, пока его кто-то не окликнул. Слышит он, а его Ваней звали: Иван да Иван, иди сюда, я та, которую ты ищешь. Ну, пошёл он. А там лягушка, да ещё такая какая-то некрасивая! И говорит ему лягушка: поцелуй меня - я принцессой стану. Ну, Иван думает: что я дурак, что ли, принцессу целовать, и пошёл дальше. Отошёл с километр и думает: а вдруг и вправду принцесса заколдованная — надо бы вернуться. Вернулся он. Видит: лягушка на лавочке, наклонился и поцеловал её. А лягушка ему в ответ: дурак ты, Иван, раньше думать надо было, ускакала твоя царевна. Так он и остался в дураках и без наследства.

Вера: Ты всё переврал.

Ваня: Зато верно. Так в жизни бывает.

Вера: А я хочу, чтобы в жизни было по-другому.

Ваня: Хоти.

Вера: А ты переживал, когда она ушла?

Ваня: Кто?

Вера: Ну, твоя.

Ваня: Да так. Я просто к людям привыкаю. Планы начинаю строить. Я ведь хозяйственный — всё наперёд хочу. А когда сюси-пуси начинаются, мне это не нравится. Жить — так жить! Серьёзно, а не так. Я ведь ей два платья купил.

Вера: Ты говорил.

Ваня: Ну да. И в Петербург ездили, и за квартиру платил.

Вера: А чего она ушла?

Ваня: А шут её знает. Взяла и ушла. Я чего не понимаю, что вы уходите, приходите.

Вера: Это точно, ты не понимаешь.

Ваня: А чего понимать. Я люблю, чтобы по-простому было, по-понятному. Вот, как лепка — лепишь и всё ясно — тут нажал, там нажал - и получилось хорошее.

Вера: Чудо?

Ваня: Ну, чудо получилось.

Вера: А душа?

Ваня: А что душа?

Вера: В людях же есть душа?

Ваня: Есть, наверное. Я откуда знаю.

Вера: В тебе же есть душа?

Ваня: Есть, наверное.

Вера: Так есть или нет?

Ваня: Ну, есть.

Вера: Без души ничего не слепишь.

Ваня: Наверное. Тебе виднее. Только душу не потрогаешь.

Вера: Не потрогаешь. А ты о чём-то мечтаешь?

Ваня: Честно? Мечтаю.

Вера: А о чём? Скажи.

Ваня: Честно? Не будешь смеяться?

Вера: Не буду.

Ваня: Хочу, чтобы квартира своя была, ну, пусть маленькая, и чтобы жена была... и чтобы без всяких сюси-пуси — ты приходишь, а у тебя на столе ужин или обед стоит...

Вера: Это же просто.

Ваня: А зачем сложно. Ну, вот принц тебя унесёт далеко-далеко, и что вы там будете делать?

Вера: Жить.

Ваня: А как жить, на что жить и что делать?

Вера: Ну, детей рожать.

Ваня: А готовить еду будете?

Вера: Будем.

Ваня: Ну и какой смысл в твоём принце? Что у тебя мечта, что у меня мечта — всё одно. А поэзия хороша на сытый желудок.

Вера: Ты так думаешь?

Ваня: А на голодный ты будешь думать только о еде. Когда денег нет, знаешь, как тяжко!

Вера: Знаю. Но мечтать тоже ведь надо.

Ваня: Ты мечтай на сытый желудок. Тоже можно...

Вера: Понимаешь, а может так быть, что ты мечтаешь-мечтаешь - и вот всё сбывается.

Ваня: Если сбывается, чего плохого?

Вера: Ничего ты не понимаешь! А в Смоленск ты меня свозишь?

Ваня: Сказал — свожу.

Вера: А вот, вдруг уйдёшь — и я тебя не увижу.

Ваня: Да ну тебя. У меня тут ремонт на две недели. Какое там! И чего меня видеть, целоваться, что ли?

Вера потупилась.

Вера: Я готовлю хорошо. Маме нравится.

Ваня: Тоже хорошо.

Молчание.

Ваня: Ты что, обиделась?

Вера: Нет.

Ваня: А что молчишь?

Вера: Думаю.

Ваня: О чём?

Вера: Послушай. Только не смейся. Я сейчас стихи сочинила, ну, придумала.

Ваня: Так быстро?

Вера: Быстро. Да. Вот так быстро. Отвернись.

Ваня: Зачем?

Вера: Отвернись. Пожалуйста!

Ваня отворачивается.

Вера: Слушай. «Мне хорошо! Как это объяснить? Мне кажется, что, если назову словами это чувство, выйдет пошлость. Я отпускаю рифмы и слова. Пусть будут только звуки тишины, ночное небо, воздух, лунный свет, весенний сад, мечты о невозможном, о невозможности! О красоте. И, если есть на свете телеграф, телеграфирующий телеграммы от сердца к сердцу, – я его заложник: я телеграммы отправлять люблю!» (Последнее слово говорит громко).

Ваня поворачивается, а Вера, наоборот, отвернулась от него.

Ваня: О чём это! Я ничего не понял.

Слышится лифт. Он поднимается. Вера вскакивает и говорит громко.

Вера: Если я тебя никогда больше не увижу — приснись мне!

Ваня как будто не понял, о чём говорит Вера.

Ваня: Что? Лифт едет. Пора уже.

Вера: Пора!?

Ваня: Твоя мама, наверное, или Олег. Конец нашему сиденью.

Начинает звучать всё та же мелодия. Сначала тихо, потом громче. Вера отходит от Вани.

Ваня: Ты чего? Куда ты?

Вера: Идём! Я хочу спрятаться!

Ваня: Зачем?!

Вера: Я хочу, чтобы мечта не кончалась, понимаешь!?

Ваня: Какая мечта?

Вера: Моя мечта!

Свет мигает. Дымка. Вера хватает Ваню за руку и тянет за собой. Их не видно в темноте. Лифт открывается — в нем никого. Звучит музыка.

В конце спектакля можно сделать эффектную танцевальную композицию как завершающую точку спектакля с участием некоторых или всех актёров.

Свет гаснет.  

В пьесе используется мелодия композитора Раймонда Паулса «Do you remember» из альбома «White melodies».

В пьесе использованы стихи из русской классики и современного поэта Елены Лабутиной.

Владимир Набоков - «В хрустальный шар заключены мы были».
Лев Ошанин - «Песня любви».
Владимир Набоков - «Нас мало — юных, окрылённых».
Иван Бунин - «Одиночество».
Елена Лабутина - «Это весна, всё ненужное, отметая рукой».
Сергей Есенин - «Не жалею, не зову, не плачу».
Елена Лабутина - «Я в этом мире, а не в том».
Елена Лабутина - « И лишь зимой заметишь, что кора дерев».
Елена Лабутина - «Здравствуй, весенняя птица!».
Елена Лабутина - «Телеграммы»

Послесловие

С некоторых пор я полюбил писать послесловия. Послесловие — это такая завершающая точка задуманного и реализованного. Послесловие — это слова радости от того, что что-то было сделано. И в послесловии автор надеется, что читающий послесловие, раз уж он прочитал всю пьесу и дошёл до конца, и решил прочитать и послесловие, благосклонно отнесётся и к автору, и к его последним словам в этой пьесе.

Эта пьеса начиналась с другим названием, и называлась она «На последнем этаже». Потом название стало более поэтичным. Сама же пьеса была начата в конце 2017-го года и потом была положена в стол, а потом вынута оттуда и доработана. Таким образом, я писал эту пьесу практически два года. И за эти два года много чего интересного произошло, что отразилось и в тексте.

Итак, многое, что происходит в жизни автора, так или иначе попадает на страницы его пьесы. Я долго не мог придумать какие-то интересные детали и хитросплетения для этой пьесы. Поэтому-то я и отложил её подальше. Но шли дни и месяцы, и какие-то мысли дополняли пьесу, и она становилась всё более поэтичной. В пьесе использовано много стихотворений и прекрасная музыка Раймонда Паулса. Вот, кстати, без музыки я никак не мог завершить эту пьесу. Я пишу под музыку. Нет мелодии - нет и пьесы. Эта пьеса начиналась под прекрасного певца Нильду Фернандеса, потом продолжалась под группу Princesse Angine. А потом я понял, что только Раймонд Паулс и его прекрасная музыка должны звучать здесь. А его мелодия «Do you Remember» из его «White Melodies» стала той мелодией, которая расставила все акценты в этой пьесе. И читать мои пьесы надо обязательно под музыку. Да и спектакли без музыки, танца, пластики — это уже совсем другое...

Когда я уже завершал писать текст и когда было всё задумано, в моей жизни произошло одно интересное событие, которое меня встряхнуло. 23-го апреля 2019 года в московском театре «Школа современной пьесы» прошёл Класс молодой режиссуры, где режиссёр Олег Галицкий представил публике отрывок из моей пьесы «Круги на воде» с артистами Дмитрием Ратомским и Еленой Лабутиной. Почему об этом говорю? Дело в том, что пьеса «Когда ты мне приснишься» - это, по сути, продолжение пьесы «Круги на воде», и начата она была сразу после завершения работы над пьесой «Круги на воде». Увиденный мною отрывок всколыхнул во мне какие-то эмоции и чувства. Дело в том, что когда ты пишешь пьесы, то ты живёшь своими героями и их жизнями. Закончил пьесу — герои отошли в сторону. Ну нельзя же постоянно жить чужими жизнями, и что будет с головой, если в ней всё это держать. Поэтому моя пьеса «Круги на воде» ушла далеко в сторону в моей жизни. А тут артисты произносят мой текст, талантливо играют, и что-то странное и интересное со мной происходит. Оказывается, актриса Елена Лабутина пишет искренние стихи. И оказывается, что они замечательно ложатся в мою новую пьесу и подходят главной героине Вере. Вот о таких «Кругах на воде» я хотел сказать. В жизни получается, что всё взаимосвязано. Надо было дождаться этой постановки, прочитать стихи Елены Лабутиной, чтобы дописать, наконец, эту пьесу. Большое им спасибо!

Я пишу о простом. Громко сказать, что я пишу о любви. Нет. Я пишу о том, что происходит вокруг, что может происходить с каждым из нас. А почему бы и нет. Ведь в театре мы должны видеть именно себя, видеть такими, какими мы должны быть — настоящими, смелыми, искренними, любящими. Зачем придумывать в своей пьесе ангелов и инопланетян, когда рядом с тобой живут люди, чьи жизни, чьи чувства и эмоции - это почище любых галактик. Писать надо о людях, об их чувствах, об их жизнях. Да и хочется писать только о них. Хочется, чтобы люди приходили в театр и узнавали себя, своих соседей. Хочется, чтобы они о чём-то задумались. Хочется, чтобы они стали добрее и более открытыми. Театр должен менять человека. Вот последнее, что я дописал в пьесу, это был отрывок о том, как Вера (главная героиня) строила замки со своим другом в детстве из стола, стульев и покрывал. И её за это не ругали. Я это взял из реальной истории, просто прочитав об этом. Я и сам строил такие замки. Строить такие вот замки, возможно, и несерьезно. Но, по моему, лучше строить замки и в детстве, и всегда, чем становиться злым, жестоким и бездушным. Может, и стал я писать эти пьесы, чтобы этого бездушия и жестокости было бы меньше. А о любви? Так она есть во всём. Да и эта пьеса создана с большой любовью к людям, к женщинам, к жизни. Я хочу, чтобы мечта не кончалась...

И ещё о самом главном. Эта пьеса была задумана и начата благодаря, в том числе, одному замечательному спектаклю, который называется «Звездопад» и идёт в Историко-этнографическом театре в Москве. Я бывал на этом спектакле много раз и, сидя в первом ряду, наблюдал за интересным, выразительным дуэтом двух артистов — Виталины Отрадновой и Андрея Безымянного. Именно эти артисты, их персонажи надоумили меня создать этот текст и дали начало созданию этой пьесы. И я хочу сказать искреннее спасибо и Историко-этнографическому театру, со мной и замечательным артистам! 

Дмитрий Ластов
Ноябрь 2017 – май 2019
Москва (Россия)

Дополнительные материалы:

Когда ты мне приснишься 
(Лирическая история, случившаяся 
на последнем этаже многоэтажки)
Части 1 и 2
Части 3 и 4
Часть 5
Часть 6
Часть 7
Часть 8

Дорогой мой Рафаэль... 

Ноябрь
(Простая история  о любви и дружбе)