Главная / Inicio >> Рафаэль каждый день / Raphael cada día >> Субботний вечер с Александром Боярским

Raphael cada día

04.12.2021

Субботний вечер с Александром Боярским


Серенада солнечного лета
(Роман в жанре импрессионизма)
Глава 38. «Россия» в Сочи ждёт меня, кто не со мной, тот без меня

Алексей не успел войти в квартиру, как с кухни донесся громкий мамин голос:

— Лёша, это ты?
— Да, мам, это я!

рафаэль певец испания

— Ну вот и хорошо. Давай переодевайся, я тебя скоро буду ужином кормить. Небось проголодался уже? — голос был не только громкий, но и зычный. Мама всегда так разговаривала, когда одна находилась на кухне и рядом никого, кроме скворчащей сковородки, не было, и, словно стараясь перекричать этот шипящий звук, мама чуть не кричала любому, кто только входил в квартиру, словно то же самое нельзя было сказать позже и не так громко.

Но такая уж была мама у Алексея, Алевтина Анатольевна — дородная женщина, среднего роста и очень упитанная, с карими жгучими глазами и вечным фартуком, о который она постоянно вытирала свои пухлые руки. Отработав свои положенные годы в горячем цеху на местном заводе и уйдя по выслуге лет на пенсию, она теперь занимала себя любимой готовкой на кухне, тем более новая кухня ей очень нравилась, а готовить на газе было куда удобнее, чем на печке, благо в новом доме была газовая плита, и женщина получала от этого несравнимое удовольствие.

Вкусные, наваристые борщи всегда подавались к столу горячими, или рассыпчатая и такая вкусная картошечка с укропчиком, да ещё и малосольными огурчиками, а рядом непременно находились любимые грибочки, а это были и белые и подберёзовики, и, конечно, любимые опята, от которых у Лёши всегда и сразу текли слюнки. Кто не любит вкусно покушать, когда всё это с большой любовью приготовлено родной мамой, и Лёша в этом плане не был исключением. Вкусно покушать он любил всегда. А уж если мама ещё и доставала из холодильника заиндевевшую бутылочку водочки и разливала это по рюмкам, и все вместе, с отцом, который тоже любил такие семейные застолья, они чокались и начинали ужинать или так обедать по выходным, когда удавалось собраться сразу и всем вместе, это было самое замечательное время, время семейных посиделок.

А они всегда были такими интересными, тёплыми и очень, как говорят, по-домашнему душевными. Ведь после того как все выпивали и начинали закусывать, дальше начинали звучать разные, порой удивительные истории из жизни не только семьи, но и города или завода, где продолжал ещё работать отец, вытачивая на своём станке отличные детали, которые всегда проходили ОТК только на пять с плюсом. А иначе и быть не могло. Завод-то был военный и пользовался в городе большим уважением. 

Младшей сестрёнки дома не было, она, как и все школьники, отдыхала летом в пионерском лагере, в старшем первом отряде, и фактически выполняла роль помощницы вожатой. Она только в конце августа должна была вернуться домой, и поэтому Лёшка даже успел соскучиться по младшей и, иногда не дожидаясь родительского дня, приезжал к ней в лагерь повидаться, если папка с мамкой не могли. И Татьяна всегда была этому рада. Ароматные запахи будущего ужина уже бередили молодецкий нос, и Алексей, не выдержав, тут же, как только скинул в прихожей ботинки, устремился на кухню: и с мамой поздороваться, и посмотреть, чего там вкусненького она приготовила. Он чмокнул маму по привычке в щёку: — Мам, привет! Так вкусно пахнет, аж мысли впереди меня бегут! И что нас сегодня ожидает на ужин? — Он оглядел сковородку, на которой кроме картошки, было много лука и грибов.

— Сегодня будем есть картошку с луком и с грибами, я уже нарезала огурчики с помидорчиками, капусточки достала квашеной, а то чего-то мы её немного подзабыли, а летом так хорошо её с картошкой и с лучком покушать. Чуть позже ещё и кабачков пожарю, как блинчиков. 

— Это даже очень замечательно, мам! А папа дома, что-то я его не вижу, и телевизор молчит?

— Он книгу сидел читал. Может, вздремнул. Там, в кресле посмотри. Алексей махнул утвердительно головой и, увидев рядом на столе салат из огурцов и помидор, схватил первую попавшуюся вилку и, наколов себе пару огурчиков, запустил их в рот и тут же захрумкал: — Вкусно как!

— Вкусно, вкусно! Не торопи события. Скоро за стол сядем. Да, чуть было не забыла, там на столе тебе письмо лежит, — она на секунду отвернулась от плиты, произнесла одну эту фразу и снова стала заниматься готовкой.

— Спасибо, мам. Сейчас прочитаю. А неизвестно, от кого письмо?

— Кажется, от Виктора, твоего друга, что был у нас в гостях в июне!

— От Виктора? Как интересно! Да, он молодец, по морю Чёрному на большом дизеле плавает, не то что я рассекаю воду на реке Пахре. У него совсем другие просторы. Море, качка, крики чаек, — и Лёшка мечтательно закатил глаза. — Нам здесь моря не видать, берега везде видать… Где письмо?

— Там, в гостиной, на столе лежит, тебя дожидается.

Мама снова посмотрела на сына, качнула головой, но ничего не сказала. А Лёшка выскочил в комнату и, увидев на столе конверт, схватил его и стал тут-же вскрывать. Краем глаза он увидел, что отец сидит в кресле, книга лежала у него на коленях. Он тихо дремал. Намаялся на работе и теперь отдыхал. Торшер горел, и этого света Алексею хватило, чтобы вскрыть письмо, но читать его он ушёл в спальню. 

А через несколько минут в коридоре раздался звонок.

— Леша, открой дверь, нам звонят! — крикнула мама из кухни.

— Сейчас! — ответил Алексей и через несколько секунд вышел из спальни и направился к входной двери.

На пороге стояла Светлана в красивой летней блузке из белого гипюра и цветной, в клетку юбке, на туфлях с каблуком. Её каштановые волосы сразу привлекли к себе внимание Алексея. Она снова сделала модную причёску, и это он сразу отметил. Она стояла и скромно, слегка потупив свой взгляд, смотрела на него и молчала. И чтобы это молчание не затянулось, Лёша пригласил Свету в квартиру.

 

— Привет! Проходи в комнату, чего на пороге стоять.
— Ты не рад меня видеть? — удивилась она.

— Почему, Свет? Проходи, поговорим. Я думаю, нам есть о чём поговорить. Тем более мама ужин готовит. Я думаю, ты не откажешься с нами поужинать?

Она пожала плечами и лишь добавила: — Посмотрим на твоё поведение. Всё-таки я к тебе в гости пришла, а не ты ко мне.

— Это как-то меняет суть вопроса? — и Алексей снова пригласил Свету пройти в квартиру. Она не заставила себя долго ждать и, вытерев ноги о коврик у двери, прошла в коридор. Проходя мимо кухни, она поздоровалась с мамой Алексея, та поприветствовала Свету, махнув в ответ головой, и сказала: — Привет! Давно не заходила, совсем ты нас забыла!

— Да были всё дела, — ответила Светлана и быстро прошмыгнула в комнату Алексея.

Алексей зашёл следом, закрыл за собой дверь и предложил Светлане присесть на стул у письменного стола. Она приняла это скромное предложение и уселась, закинув ногу на ногу, достала из белой сумочки пачку папирос, своих любимых «Дюшес», и элегантно взяв её в руки, неожиданно спросила: — Разрешишь прикурить, или как?

— Ты за этим сюда пришла? Дома курить не дают?

Лёшка был настроен не очень-то приветливо — ведь даже он дома не курил. И дело было совсем не в том, что ему запрещали. Просто родителями было как-то не принято дома дымить сигаретами или папиросами, хотя отец курил, но весь парадокс был в том, что он курил только на работе. Может, это и было странно, но не для него. Уж так он себя приучил, а так как Алевтина Анатольевна запаха табака не переносила совсем, то и Алексей дома тоже не курил, поэтому предложение Светланы сейчас было для него совсем неожиданным. Ни раньше, да и вообще в гостях, когда бывала Светлана в их доме, она никогда не курила. Да и курила она редко, если не считать последнюю их встречу в парке.

 

Это дурацкое письмо испортило все их отношения. Ему было очень неприятно, не только его читать, но и предполагать, что могло быть между Светланой и этим парнем там, в Сибири. И почему она не вышла за него замуж? И на самом ли деле было то, о чём упомянула Света в своём разговоре? Это был серьёзный повод отказать, но и проверить это было практически невозможно. Алексея терзали эти сомнения. Он стоял сейчас и думал, что сказать. И дело было совсем не в запахе табака от женской тонкой папироски. В конце концов комнату всегда можно проветрить. А вот мозги проветрить тяжело. В них всегда водятся какие-нибудь непонятные мысли, и выветрить их просто так, сразу, за один присест невозможно. Он смотрел на Светку и думал, сам не зная, что ей сказать. Она тоже молчала. Папироска так и осталась неприкуренной. Посмотрев с ухмылкой на неё, она снова убрала её в пачку и бросила эту самую пачку в сумочку, хмыкнула и вдруг спросила:

— И долго мы так будем тут молчать? Скажи хоть что-нибудь! Ведь ты мужчина!

— Молчать? А что говорить-то, Свет? Ты сама так мне и ничего не ответила. Собиралась за него замуж и не вышла. Убежала от него. И что после этого я должен сказать? Может, ты боишься замуж выходить? Типа как бы чего не вышло? Или я не прав?

Он стоял. Молчал. И ждал ответа от неё.

— Ты очень жестоко со мной поступаешь, Лёша! Очень жестоко!

И у неё на глазах появились маленькие капельки слёз. Её губы предательски задрожали.

— Я пыталась, как только могла, забыть всё. А ты снова мне напомнил об этом. Зачем? Чтобы ударить меня побольней? Тебе моих слов мало? Тебе надо, чтобы я всю душу перед тобой наизнанку вывернула, а потом ты выбросишь меня вон, как ненужную старую книгу, которую ты уже давно прочитал, и вспоминать избитый сюжет тебе уже не интересно! Так что ли? Моряк речного флота! Где твоя фуражка, капитан? Морские дали ждут тебя! Но, видно, только без меня!

Она вскочила и хотела уйти после этого бурного спитча, но на пути, у самой двери стоял Алексей, и пройти сквозь него не представлялось возможным.

— А я не вспоминал. Мне об этом напомнили твои старые друзья. Или, если точнее, тот друг, которого ты бросила и не вышла за него замуж. Ты же сама призналась, что у вас с ним всё было!

— Да, было. И не скрываю этого. Только я и думать не могла, что стану разменной монетой в чьей-то игре на выживание. И быть изнасилованной и обесчещенной, поверь, мне как-то не хотелось. Или ты так ничего до сих пор и не понял, Лёша?

— Не знаю, Свет. Не знаю. Сказать можно всё, что угодно. Но чтобы вот так, парень за тридевять земель прискакал сюда, чтобы только выяснить вопрос, почему ты от него сбежала? Тебе самой это не кажется странным? И неважно, кем он был в прошлой жизни. Важно, кем он является сейчас.

— Сейчас? — Светка аж вспылила. — Тебе нужны какие-то особенные доказательства?

— Они всегда нужны. И дело даже не в том, что из-за этой истории с тобой пострадал Серёга. Хотя он вполне мог лишиться и жизни. Ты сама-то это понимаешь или нет? Это твои косяки, а пострадал он.

— А тебе надо, чтобы пострадала я? Может, ты переживаешь, что он меня не убил, чтобы ты не переживал?

— Что ты несёшь, сумасшедшая! Совсем с ума сошла?

— Я не сошла, Лёшенька! Это ты сошёл, что стал меня во всех грехах винить.

Она на какую-то секунду замолчала, посмотрела ему в глаза и двинулась на него, пытаясь отодвинуть от двери и выйти вон. Она внутри вся клокотала. Обида затмевала разум, как говорят в таких случаях. Лёшка стоял непреклонно на том же самом месте и, когда Светлана приблизилась к нему очень близко, что стало слышно её дыхание, он, глубоко вздохнув, произнес:

— Я не виню! Зря ты так! Я понимаю, в тебе говорит обида, но и ты пойми меня. Что я был должен думать обо всей этой истории, тем более когда получил такое письмо. Ты сама видела!

— Обман. Один сплошной обман. Он всё выдумал, и ничего я ему не обещала.

— Получается, ты его не любила, а он всё выдумал, и потому приехал за тобой сюда? Так что ли? Где слово правды, Света?

— Я понимаю, ты мне не веришь совсем. Доказательств у меня тоже нет. Ты поверил письму. А мне ты не веришь! От слова совсем!

— Ты меня любишь? — этот вопрос застал Свету врасплох. Она замолчала. Её взгляд остановился и упёрся прямо в глаза Алексею. И в этот момент она даже не смогла понять, что они выражают и почему он спрашивает её, любит ли она его. Нет, чтобы сказать, что он её любит, а он снова спрашивает об этом её. Странно. И она не понимала, с чем это было связано.

— Это ты меня ещё об этом спрашиваешь? Я-то думала, ты скажешь, что любишь меня, а ты снова перевёл все стрелки. Ловко, ничего не скажешь. Ловко, Лёшенька! А ведь на коленях стоял передо мной и говорил мне о любви или забыл уже, там в квартире у Наташи?

— Я никогда и ничего не забываю. Даже того, как ты флиртовала с Серёгой, ещё там, в Дубровицах, когда мы купались на Десне. Думаешь, я ничего не видел?

Светка замерла и смотрела на Алексея, как кошка на своего хозяина, и молчала.

— Я-то, может, и люблю, вопрос в другом, а любишь ли ты меня?

— Люблю! — и как ни странно, Светка произнесла это очень тихо, словно сама себя стеснялась и боялась этого признания. — Теперь вот я сомневаюсь. Я-то помню свои слова.

— Ну и сомневайся на здоровье! Этого я тебе, как ты сам понимаешь, запретить не могу. И заставить себя любить я тебя тоже не могу. Не хочешь, не надо. Я сказала тебе всё, что хотела. Можешь меня либо принимать такой, какая я есть, или не принимать вообще. Остальное уже не имеет значения!

— Это всегда имеет значение, особенно для меня! Ты мне сейчас напомнила Миледи.

— А ты что, граф Де ла Фер, и лилию клеймом мне на плече оставишь? — и тут она ехидно улыбнулась, и неожиданно для самого себя Лёшка вспомнил тот дурацкий, шутливый разговор в кафе, тогда как раз Виктор в гости приезжал, и они с Сашкой и Тоней мотороллер обмывали. Именно тогда он и сказал про Миледи. А ведь точно, именно в тот момент Светка и появилась у него на горизонте. Бывает же такое. Просто совпадение какое-то. Мистика, да и только. И хотя ни в какую мистику Алексей не верил, он мог, конечно, поверить в судьбу, но вот поверить в мистику совпадений не мог. Светка, и вдруг Миледи? Чушь какая-то. Он смотрел на неё, взгляд невольно упал на левое плечо, именно там у Миледи было это злополучное клеймо в виде лилии, которое испортило ей всю жизнь. А я что, подумал Лёшка? Ах, если бы я был графом? Но я не граф, и клеймо ставить не то что не могу, но и не имею права. Заплаканные Светкины глаза его ещё больше убедили в этом. И тут он вспомнил про письмо Виктора.

— Меня Виктор зовёт к себе на море. Пишет, чтобы я приехал на переговоры. Через несколько дней они прибудут в Сочи, и мы с ним могли бы там увидеться. Они сейчас в Сухуми прибыли. — Это который на круизном лайнере помощником капитана плавает? — уточнила Света, сквозь намокшие от слёз глаза.

— Да. Это большой дизель-электроход «Россия». О таком можно только мечтать!

— И кем же он тебя зовёт? Помощником капитана вместо себя? — она чуть ехидно хмыкнула и попыталась рассмеяться, но это у неё получалось совсем плохо. Не до смеха ей было совсем. Не до смеха!

— Ну ты даёшь! Каким ещё помощником? После речного теплохода на таком огромном лайнере и сразу помощником, не смеши меня. Да и вообще, он всего лишь пока зовёт на переговоры. Не знаю, что из этого получится. А ты бы поехала со мной? — вдруг он спросил и прямо посмотрел Светке в глаза. Такой вопрос её даже удивил. — А что мне там с тобой делать? Там трикотажных машин рядом нет. И потом, сам говоришь, что ещё ничего не известно. Езжай. Узнай. Потом и разговор будет. А сейчас, прости, пойду-ка я домой. А ты — думай!

— Я тебя провожу!

— Не надо, Лёша. Я и сама доберусь. Заодно прогуляюсь по свежему воздуху. Развеяться мне надо после такого разговора, ясно тебе.

И словно это была не девушка, а здоровый мужик, так легко она отодвинула Алексея от двери и вышла в коридор, быстро, на ходу попрощалась с матерью Алексея, крутанула замок и выскочила из квартиры.

— Ну и ладно! «Россия» в Сочи ждёт меня, кто не со мной, тот без меня! — то ли ей вслед, то ли самому себе сказал Алексей и захлопнул за Светланой дверь.

— А что, Светлана с нами ужинать не осталась? — мама вышла из кухни и удивлённо посмотрела на сына. — Опять поругались?

— Нет, мам, я с ней не ругался. Мы просто поговорили по душам.

— Знаю я тебя, как ты с девушками по душам разговариваешь. И чего она тогда улетела стремглав, даже толком не попрощалась, а?

Алексей промолчал, не сказав матери ни слова.

— Так о чём письмо-то от Виктора было? — вдруг спросила мать.  

Продолжение следует... 

Александр Боярский
Иллюстрации Валерия Барыкина
Москва (Россия)

 

Дополнительные материалы: 

Серенада солнечного лета 
(Роман в жанре импрессионизма)

Глава 1. Счастливая электричка
Глава 2. На перепутье двух дорог
Глава 3. Соседи разные бывают, а тёти свои
Глава 4. Как становятся друзьями, 
или театр начинается с бокса
Глава. 5. На теплоходе музыка играет
Глава 6. Репетиция оперетты в театральной студии
Глава 7. Девушка спешит на свидание
Глава 8. У римского фонтана
Глава 9. Таинственные гроты для любви
Глава 10. Достойным быть не запретишь
Глава 11. Дом, в котором я живу
Глава 12. Шестнадцать тонн любви
Глава 13. Диалог у телевизора
Глава 14. Романтическая поездка в Дубровицы. Часть I
Глава 14. Романтическая поездка в Дубровицы. Часть II
Глава 15. Все королевы остались в Европе
Глава 16. Мы на «Вятке» по проспекту
Глава 17. Кака чинили мотороллер Саша и Сергей
Глава 18. Мы танцевали рок-н-ролл
Глава 19.  Французские модели свели Москву с ума.
Неподдающиеся
Глава 20. Ландыши, ландыши, светлого мая привет! 
Стильно, модно и красиво! 
Глава 22.  Кто на лыжах по воде, а кто с вышки в воду. Часть I
Глава 22.  Кто на лыжах по воде, а кто с вышки в воду. Часть II
Глава 23.  Друзья своих не бросают в беде. Часть I
Глава 23.  Друзья своих не бросают в беде. Часть II
Глава 24. В больнице тоже бывают треугольники
Глава 25. Алексей выясняет отношения
Глава 26. Неразделенная любовь
Глава 27. Побег из больницы. Чтобы выступить - надо убежать! Часть I
Глава 27. Побег из больницы. Чтобы выступить - надо убежать! Часть II
Глава 28. Экстравагантная Виолетта Вольдемаровна
позвала Наталью к себе в гости
Глава 29. Как Тоня с Сашей поступали в институт кино 
Глава 30. Вечеринка у Наташи дома. Часть I
Глава 30. Вечеринка у Наташи дома. Часть II
Глава 31. На даче у Наташи крутили Ива Монтана
Глава 32. Свое кино снимать так интересно!
Глава 33. Признание в любви на теплоходе
Глава 34. Америка в Сокольниках. Часть I
Глава 34. Америка в Сокольниках. Часть II
Глава 35. Кипели страсти в телефонной будке
Глава 36. Разговор о главном, или Роковое письмо
Глава 37. Я видела в Москве Марину Влади!

 

Наш друг Александр Боярский 

Мистер Джаз или некоторые любят погорячее 

Жаркое лето любви 

Рафаэль в "Моем городе детства" с А. Боярским 

Премия Александру Боярскому от Союза писателей России 

Александр Боярский получил Золотую медаль Союза писателей России 




Комментарии


 Оставить комментарий 
Заголовок:
Ваше имя:
E-Mail (не публикуется):
Уведомлять меня о новых комментариях на этой странице
Ваша оценка этой статьи:
Ваш комментарий: *Максимально 600 символов.