Raphael cada día

Севилья в мае благоухает цветением деревьев и кустов. Разнообразие оттенков оранжевого, малинового, розового и сиреневого просто поразило меня. И пусть извинят меня севильянки, но на улицах нам встречались не очень красивые женские лица.

— Как много здесь некрасивых женщин! — воскликнула я, — Но судя по тому, как они одеваются и двигаются, они не страдают комплексом неполноценности. Я сказала бы, что испанки не отличаются красотой, но наши испанские племянницы очень красивые девушки.

Мое нездоровье во многом ограничивает не только меня, но и Мануэля. Задерживаться в Севилье, где шум от ремонта дорог и громкое бурление жизни на улицах, мы не собирались. Нам нужно было взять ключ от дома в Маталасканьясе у сестры Мануэля Мари.

Но сначала надо поесть, и мы отправились на соседнюю улицу. Навряд ли в Севилье можно найти тихое и уютное место, потому что народ здесь громкий и эмоциональный. Для меня уже только сидеть за столом — большой труд, а от голосов сидящих за соседними столами пожилых людей, разболелась голова и туман плёнкой застилал глаза. И так как ничего изменить нельзя, остаётся закрыть уши берушами и ждать любимый салат и креветки. Обычно, я не ем белого хлеба, но не в силах отказаться от испанского.

В то время, как я ожидала Ensalada lechuga (это сочные листья айсбергсалата с оливками и сладкими полукольцами лука с помидорами и болгарским перцем), сестра Мануэля Мари заказала картофельный —  Ensaladilla russa, очень напоминающий наш “Оливье”. Моё разочарование было поглощено чувством голода, и я сосредоточилась на смаковании тигровых креветок: они здесь значительно отличается от тех, что мы покупаем в испанском магазине Ганновера. Небольшого размера, розовые креветки с тигровым рисунком таяли во рту, издавая нежный аромат. Крупные мочёные оливки по вкусу напомнили наши бочковые огурцы. И мне хочется благодарить Бога за то, что меня окружает, за еду и за то, что могу испытывать удовольствие.  

Подкрепившись и немного отдохнув, с ключом от дома мы направились в Маталасканьяс. Сегодня это курортный городок, с запада на восток разделённый на секторы от А до Т. Каждый сектор имеет имя, которое начинается с буквы сектора. Люди живут здесь круглый год, а в 1972 только началось строительство летнего дачного посёлка для севильян. Маталасканьяс расположен на побережье и окружён национальным парком Кото-де-Доньяна в провинции Уэльва. Окружающая среда и биоразнообразие здесь уникальные и охраняются ЮНЕСКО, как всемирное культурное наследие.

Из окна машины я заметила для себя что-то новое — клубничные теплицы и чернокожих работников. Если честно, что касается клубники, то мы в Германии предпочитаем больше немецкую клубнику в сезон. Она имеет настоящий клубничный сладкий вкус и запах!

Май здесь ещё не начало курортного сезона, но у парка Доньяна всегда толпятся туристы, многие из них на велосипедах. Мы были здесь, когда я могла немного ходить с ролларотором. Конечно, в сезон людей тут значительно больше.

Ну вот, на перекрестке скульптура дельфинов, перепрыгивающих через волны. Это Маталасканьяс. Мы заезжаем в квартал, где над одноэтажными домиками возвышается отель El Cortijo, и через пару минут мы у нашей калитки. Невероятно, как всё меняется там, где никто не живёт! Сюда по-прежнему приезжают в отпуск и на выходные, очень редко в непляжный сезон, но приезжают как в гости. Лицом и жизнью дома была мама Ани. Зелёный филодендрон огромными листьями встречал из под брезентового навеса террасы. Благоухал жасмин, цветочки которого она оставляла на всех тумбочках, росла пальма, маленькие саламандры бегали по белому забору, а на зимней веранде была зелёная идиллия и диван, обитый цветастым сатином. Тогда можно было приехать ночью и первым делом нырнуть в бассейн с ещё тёплой от дневного солнца водой. А потом был ужин, с 24.00 до трех утра…

А сейчас приятный мягкий ветерок обдувал лицо. Гнилые лимоны разбросаны ветром по двору вокруг своего дерева, до которого никому нет дела, и оно протестует, поднимая бетонные плиты своими корнями. Бледный чахлый филодендрон упирается в потолок, ржавея листьями от тоски. Сухая трава высится вдоль забора, и бурьян заполонил пространство там, где можно было раньше загорать. А из голубого бассейна смотрела зелёная стоячая вода с прошлого года, потому что забарахлил насос мотора, уже не способного качать и очищать воду.  

Такова жизнь. Но мы приехали в осиротевший родительский дом уже как хозяева пятой его части.  

Мила Менесес
Ганновер (Германия)

Дополнительные материалы:

Честный четверг с Милой Менесес