Raphael cada día

Личная жизнь знаменитостей за рамками их профессиональной деятельности, их интересы и склонности всегда представляют особый интерес для их поклонников и последователей

А кого и что любит великий Рафаэль (если не считать самого себя, родителей, яичницу по-испански и шоколад - потому что это само собой разумеется)?

Если идти в хронологическом порядке, то первым пунктом, конечно,  будет его голос. Когда в детстве он еще не ведал такого понятия, как "искусство" или "вокал", он самозабвенно пел - как свидетельствуют источники - всегда и везде. 

Трудно сказать, доставляло ли ему удовольствие звучание его голоса или нравилась одобрительная реакция окружающих и их похвалы в его адрес, но пение захватывало Рафаэля с ранних лет.

1968. Сейчас Рафаэль душевно обнимается
только с домашними питомцами

Позже к подростку пришло осознание "волшебной силы искусства".

И еще - осознание собственного таланта, второй любви его жизни, которую он пестовал, холил и лелеял, стремясь покорить следующую вершину - успех, который наряду с аплодисментами пьянил его, выработав стойкую зависимость от триумфальных выступлений вживую.

Рафаэль не скрывает, что овации доставляют ему истинную радость, и что он любит свою публику, которая приносит ему столько наслаждения (заметим, что оно вполне взаимно).

Об этой любви он не устает говорить много десятилетий.

Так что триада голос - успех - публика стали краеугольным камнем его творческой карьеры и смыслом всей жизни.

Пока в этой жизни не появилась Наталия Фигероа. После этого слова "мои дети" и "моя жена"  стали занимать все больше места в его высказываниях.

К моменту вступления в брак Рафаэль прочно утвердился в мире эстрады, создал хорошую финансовую подушку безопасности и мог позволить себе любые завления и полное игнорирование нелицеприятной критики.

Кошка у Рафаэля - тоже далматин.

Цепочка талант - пение - публика - семья стала тем канатом над пропастью, по которой он шел вперед и вперед. И как же не любить эти драгоценные дары жизни?

Но есть и один неявный дополнительный момент. В его жизни были еще те, кто искренне, преданно  и нежно любил Рафаэля, не стесняясь в выражении своих чувств. и пользуясь его ответной любовью. 

При этом практически всегда оставаясь за кадром и не привлекая особенного внимания прессы.

Далматинцы даже попали на обложку
одной из ранних пластинок Рафаэля.

И это не родственники и не поклонники.

Это собаки Рафаэля, которые много лет были с ним рядом, составляя ему компанию в разных городах и странах.

Первое слово, которое приходит в голову, когда слышишь "собаки Рафаэля", - "далматинцы". 

Действительно, они (и не по одному) жили у совсем юного Рафаэля. Именно их поспешно выходил прогуливать отец Рафаэля, Франсиско Мартос, когда видел, что у подъезда собралась толпа поклонников.

"Народ имеет право знать" - утверждал он и сливал фанатам всю информацию о планах и передвижениях Рафаэля. 

А несколько лет спустя эти далматины бегали по участку вокруг семейного особняка Мартосов-Фигероа  в Монтепринсипе.

Хотя их присутствие все же не спасло от ограбления дома артиста и похищения Наталии. Ну так это же не бойцовые собаки, а так - для души.

Так приятно потискать
сильное красивое животное.

А далматин Бруно (вероятно, самый любопытный и не страдающий застенчивостью) несколько раз упоминался в интервью. 

Несколько позже Рафаэль привел с собой в студию еще более серьезную особу - немецкую овчарку.

Она составила ему компанию на обложке пластинки "Las aparencias enganan", вышедшей в 1988.

Но в доме Рафаэля жил и очень забавный и абсолютно несторожевой мохнатый субъект по кличке "Гольфо".

Неплохо также повалять по газону
маленького пушистика...

На сей раз это слово, наверное, действительно можно перевести как "хулиган" или "безобразник. Достаточно взглянуть на эту хитрую шкодливую морду....

И на семейном снимке 1988 года кроме Наталии и детей присутствует домашний любимец, вольготно расположившийся на руках Алехандры..

... пока он не стал ростом с хозяина.
По крайней мере, уши у них на одном уровне.

Был в жизни Рафаэля еще один мохнатый товарищ собачьей национальности, несколько более солидный . Если верить снимку, он ростом по грудь артисту. Сидящему. Правда, не видно, стоит или тоже сидит это пушистое создание.

Декоративная пышная шерсть, безусловно, хорошо согревала руки артиста в долгие морозные испанские ночи. Так что обнимать его было и приятно, и полезно. Вот только взять на руки, наверно, было очень сложно.

Жаль, что в последние годы собаки перестали появляться в окружении Рафаэля. За исключением фарфорового пса, которого мы видели еще в 1980. 

Это не вызывающее аллергии и не доставляющее никаких неудобств и проблем мирное и сдержанное животное по-прежнему гордо занимает свое место в гостиной Рафаэля в мадридском особняке, как миниатюрный сфинкс, охраняющий покой дома.  

Годы идут, а Гольфо в 1995 все еще присутствует на семейном портрете
в интерьере дома в Майами на правах близкого родственника.   

Если, конечно, внуки не приложили свои шаловливые ручки к этому хрупкому совершенству.