Raphael cada día

Вдруг - что такое?! Земля дрожит, дворец трещит, изумрудные стёкла вылетают! Соскочил Иван с печи, глядь в окно - вот те на! Гарцует во дворе кобылица: сама золотая, хвост и грива серебряные, копыта алмазные, очи сапфировые. Во лбу рубиновое солнце сияет, на груди янтарная луна блестит, по бокам звёзды драгоценными каменьями рассыпаны. Ударилась кобылица о сыру-землю, и стала не кобылица, а краса-девица. Ивана аж до пяток проняло: так хороша!

Зашла краса-девица во дворец, в ту самую горницу, где стол накрытый и видит: тут уж и пито, и едено. Она и говорит:

- Кто ты есть, добрый человек, выходи! Коли старец седой, то будь батюшкой, коли баба старая, то будь матушкой, коли де́вица, то будь мне сестрицею, коли мо́лодец, то будь суженым!

Тут Иван из-за печки вышел, поклонился-поздоровался: так мол, и так, не взыщи, хозяюшка, брата родного в твоих краях ищу.

- Долго, видать, ищешь, - рассмеялась краса-девица. - Ишь, как пообносился!

Хлопнула краса-девица три раза в ладоши - и стоит пред нею уж не Иван, а ни дать, ни взять - царевич-королевич! Вот так вмиг принарядился охотничий сын!

- Кто же ты, краса-девица? - изумился Иван. - Уж не колдунья ли?

- Нет, - печально вздохнула краса-девица. - Была бы колдунья, я бы отсюда птицей упорхнула. Пленница я. Марья-царевна, Заповедного царя младшая дочь. Десять лет тому назад злой колдун-Бородун меня похитил из отчего дома и в кобылицу превратил за то, что замуж за него не шла. Скачу я целый день по подземным лугам, и лишь к вечеру становлюсь сама собою. Моё волшебство рядом со злою силою колдуна-Бородуна - ребячья забава, потеха одна, чтобы от горя-тоски не выть.

- А и правда ли, что пойдешь за меня, царевна?! - у Ивана чуть дух не перехватило. - Али шутила ты, надо мной, простаком, куражилась? Неужто я, гол-соко́л, люб тебе, краса ненаглядная?!

- Полюбила я тебя, как только увидала, - призналась Марья-царевна. - Вот как есть, такого и полюбила.

- И я тебя полюбил, как только увидал, - молвил Иван. - Спасу я тебя, Марья-царевна, невеста моя ненаглядная, а колдуна погублю. Но сперва бы брата сыскать.

- Ну, брата твоего мы точно сыщем, - улыбнулась Марья-царевна, - а вот чтобы колдуна погубить - одних силёнок не хватит. Идём, что покажу.

Вышли они на крыльцо. Краса-девица топнула два раза, хлопнула три раза и явились пред ней без числа твари всякие, уродливые да мерзкие.

- Видишь, Иван, сколько слуг у колдуна? - спросила Марья-царевна - Меня эти чудища слушаются, потому что им Бородун подчиняться мне повелел. А иначе они нас с тобою вмиг бы на клочки разорвали.

Приказала краса-девица злобным тварям отыскать брата Иванова. Те искали-искали, нашли: тащат. Ворчат недовольно - хотели втихую Василия съесть, ан не вышло. Занесли во дворец, да тотчас пропали. Достала Марья-царевна из левого рукава склянку с мёртвой водой, брызнула на Василия - тот омертвел. Достала Марья-царевна из правого рукава склянку с живой водой, брызнула на Василия - тот ожил, да стал краше, чем был.

- Ох, и долго же я спал! - тяжко вздохнул Василий и открыл глаза.

- Спать бы тебе, братец, веки вечные, - сказал Иван, - если бы не она, Марья-царевна, моя суженая.

- Ну, шалишь, Иван! - рассмеялся старший брат, подскочил да в пляс пустился, словно скоморох. - Пусть деви́ца - не царица, да зато не в небе птица! Судьбой суженая, навек друженная!.. А ты, Иван, стало быть - жених?! Умора…

- Верно, я его невеста, - молвила краса-девица. - А ещё и царевна. Батюшки моего, Заповедного царя, младшая дочь.

- Вот те на!.. - Василий с такой оказии враз на землю присел.

- Она тебя спасла, а теперь мы будем её выручать, - сказал Иван. - От злого колдуна-Бородуна спасать.

- Это как же? - усмехнулся Василий. - Салазки ему загнуть, что ли?

- Если бы так просто, - ответила Марья-царевна. - Чтобы злодея одолеть, для начала надобно разыскать нож заветный.

- Эка невидаль! Чего его искать? - хмыкнул Василий. - У Ивана есть такой клинок булатный, что любо-дорого! А уж на колдуна с ним идти легче, чем на медведя.

- Верно, добрый у меня нож, - подтвердил Иван-меньшой. - Жаль, наверху отцовский подарок остался…

- Обычный нож, пусть даже и булатный, тут не выручит, - покачала головой Марья-царевна. - Тут нужен клинок из Тридевятого царства, что в семи горнах калён, в семи морозах студён. Волшебный нож! Только им можно сре́зать с буйной головы злодея четыре пряди, в которых сила его чёрная таится: золотую, серебряную, медную и железную. Золотая прядь - у правого виска, серебряная - у левого, медная - на макушке, а железная - в бороде. Тогда колдун обычным человеком станет, вся его волшебная сила исчезнет. Вот тогда его любой добрый мо́лодец одолеет, а вас-то уже трое будет.

- Да где ж его взять-то? - почесал макушку Василий. - Сначала Тридевятое царство попробуй, найди, а найдёшь, так хоть всё исходи - не отыщешь ножа. Волшебный же! А мы - кто? Не ведуны, не чародеи!

- Верно, - улыбнулась Марья-царевна. - Тут вам волшебница и поможет. Шимарун-чародейка. Тётя моя двоюродная. По материнской линии. Когда вы ей от меня весточку принесёте. Вот это...

- Берёзовый листочек?! - усмехнулся Иван. - Эка невидаль!

- Смотри, не потеряй, - строго наказала Марья-царевна. - С виду-то он прост, а без него вам тётушка моя не доверится. Как выйдете на белый свет, разожгите костёр, бросьте в него этот листочек и скажите: «Милой тётушке низкий поклон от Марьюшки, да о посильной помощи слёзное испрошение». Запомнили? Повторите три раза!

Повторили братья три раза заклинание, Марья-царевна убедилась, что те крепко-накрепко его запомнили, и говорит:

- Как скажете, тотчас моя тётушка и явится. Поведаете ей, всё как есть. Она вам дорогу к заветному клинку и укажет.

- Ладно, сыщем мы тот чудо-нож, - задумался Иван. - А неужто колдун сам склонит пред нами буйну голову, чтоб мы его чудесной силы лишили?

- Об этом не печальтесь, то моя забота, - ответила Марья-царевна. - Вы мне нож принесите, а уж я придумаю, как у колдуна незаметно пряди сре́зать. Он, окаянный, как месяц народится, сюда всякий раз наведывается, чтобы со своей поганой свитой пир пировать, да ко мне в очередной раз свататься. Тут я его и лишу чёрной силы.

- Осталась ещё одна малость: как на белый свет выбраться, - вздохнул Василий.

Тут Марья-царевна сложила ладони вместе, что-то над ними прошептала, и глядь - держит в руке что-то - вроде как две палочки:

- Это лестница складная, волшебная, занебесная. Как дойдёте до места, откуда в подземный мир свалились, положите её на землю и скажите: «Лестница-чудесница, развернись!», она до нужного места и достанет.

- Эти-то щепочки? - удивился Василий. - Неужто до неба достанут?!

- Сказано же тебе, лестница волшебная, - ответил за Марью-царевну Иван.

А красна-девица улыбнулась:

- Скоро проверите. И помните: как выберетесь на свет белый, ухватитесь покрепче за верхнюю перекладину, да скажите: «Лестница-чудесница, свернись!», она опять такой же крошечной станет.

Положил Иван в карман чудесный подарок и говорит:

- А бежим с нами, Марьюшка?!

- Рада бы, да пока колдуна не погубим, нельзя мне на белый свет, - опечалилась Марья-царевна. - Тотчас я в кобылицу обернусь и уж до самой смерти облика прежнего не обрету.

- Стало быть, до свиданьица, суженая моя! Не поминай лихом, - поклонился царевне в пояс Иван, и пошли братья к яме, через которую в подземный мир провалились.

Продолжение следует... 

Дмитрий Седов
Москва (Россия)