Raphael cada día
Гений места: Симбирск-Ульяновск. Часть 4
А у поэта Цыганова о «Красном сарафане» - своя история!

...Колька Цыганов стоял на крыше избы весь чумазый, как чертенок (трубу чистил), и кричал сверху: «Сваты едут!.. Агашку сватать!»[1] Ему было жалко «свою невесту» - крепостную девушку Агафью, с такой длинной косой, что когда на речке она расплетала ее, то тела не было видно. Иногда на вечорках добрая Агашка давала «цыганенку Коле» пряничек, за что его и прозвали - «жених». И вот на тебе - «невесту» сватают!

А по улице неслась нарядная тройка, вся в лентах. И возница наряжен ярко, в красное. Тройка промчалась на другой конец села и там замерла...
А вечером юркий Колька-потешник «кривлялся» - давал родным «представление»: как надутые сваты к Агашке ехали и как потом «побитые» восвояси убрались. Но мать почему-то вздыхала, а отец вдруг дал «артисту» подзатыльник: «Хватит паясничать... - и жене: - Она бесприданница, а, дура, туда же: «Не хочу, не буду. Старый, старый». А могла б зажить припеваючи».
На авансцену выходит солистка Вера Чиркина.[2] Во время ее выхода звучат слова ведущей:
И мать горюнилась: «Вот слез-то теперь у них в дому. Жених-то вольный был. Могла б и она вольную получить. И сарафан ей матушка уж такой красный сшила, с рюшами... Вот горе так горе!...»

Вера Чиркина исполняет романс А.Е. Варламова «Красный сарафан» на стихи Н.Г. Цыганова.
В считанные дни «Красный сарафан» облетает всю Россию. «Он сделался общею песнею и пелся всеми сословиями — и в гостиной вельможи, и в курной избе мужика». Гоголь заставит напевать «Красный сарафан» своего Хлестакова, а Полина Виардо будет непременно исполнять на концертах. Даже Пушкин женихом просил невесту Наталью Николаевну: «Не говорите вашей матушке того, что говорит в этом романсе девушка своей матери, потому что, если вы не выйдете за меня, я уйду в святогорские монахи, не буду писать стихов, и русские хрестоматии много потеряют от этого!..» В год смерти Варламова был издан альбом карикатур. На одной из них — беседа: «Нравится ли Вам мой «Красный сарафан?» — спрашивает Варламов. «Скажу одно, — отвечает собеседник, — он никогда не износится».
Концертмейстер исполняет на фортепиано тему песни «По Дону гуляет казак молодой». На фоне этой музыки звучит стихотворение симбирского поэта Д.П. Ознобишина «Чудная бандура»:
Гуляет по Дону казак молодой;
Льет слезы девица над быстрой рекой:
«Когда я ребенком беспечным была,
Смеясь мою руку цыганка взяла
И, пристально глядя, тряся головой,
Сказала: «Утонешь в день свадебный свой!»
«Не верь ей, друг милый, я выстрою мост,
Чугунный и длинный, хоть в тысячу верст!»
Вот двинулся поезд. Все конники в ряд.
Чугунные плиты гудят и звенят;
Но конь под невестой, споткнувшись, упал,
И Дон ее принял в клубящийся вал…
«Скорее бандуру звончатую мне!
Размыкаю горе на быстрой волне!»
Из-за кулис выходят солистки Вера Чиркина, Эльмира Сидорова, Юлия Корсакова. Во время их выхода ведущая продолжает читать стихотворение:
Лад первый он тихо и робко берет –
Хохочет русалка сквозь пенистых вод.
Но в струны смелее ударил он раз…
И брызнули слезы русалки из глаз,
И молит: «Златым не касайся струнам,
Невесту младую назад я отдам!»
Вместе с последним словом ведущей концертмейстер завершает тему песни.
Без перерыва, acapella, в исполнении трио солисток звучит песня «По Дону гуляет казак молодой».
Кто бы мог подумать, что эта «народная» казачья песня родом из Швеции! А на Дон ей помог перебраться симбирский поэт Дмитрий Петрович Ознобишин. Приглянулась ему шведская народная баллада «Сила арфы». Не было там ни Дона, ни казака — зато был чудный музыкальный инструмент, что помог рыцарю вызволить невесту из пучины вод. И задумал поэт перевести ее на русский язык: превратил рыцаря в казака, дал ему в руки вместо арфы бандуру, и родилось стихотворение «Чудная бандура». После публикации в 1836 г. оно сразу уходит в народ и становится песней, подарив автору стихов славу на века.

Дмитрий Ознобишин — поэт-полиглот. Он в совершенстве знал более двадцати языков: французский, немецкий, шведский, английский, итальянский, древнегреческий, латынь и санскрит, а также восточные языки, которые обожал с детства: любовь к Востоку привил ему дед, грек Иоаннис Варваци, который занимался его воспитанием после ранней смерти родителей. Ознобишин переводил Фирдоуси, Саади, Хафиза, Руми и других поэтов Востока. В 1830 г. он перевел с персидского и издал уникальную книгу - «Селам, или язык цветов» (этот метафоричный язык любви многие века был популярен на Востоке, а в 18 столетии о нем узнали и во Франции). В книге дана была расшифровка символического значения нескольких сотен цветов, из которых теперь можно было составлять тайные благоухающие любовные письма! Книга быстро обрела популярность у молодежи. Ознобишин переводил и многих европейских поэтов — слава его как блистательного поэта-переводчика была велика.
На его стихи напишут романсы лучшие композиторы — Алябьев, Булахов, Римский-Корсаков. «Золотой лирой» назовет его поэзию Языков.
В исполнении ансамбля «Садко» звучит романс Е.Д. Юрьева «Эй, ямщик. Гони-ка к Яру!» На фоне музыки ведущая читает текст:
Эй, ямщик! Гони-ка к «Яру»!
Лошадей, брат, не жалей!
Тройку ты запряг — не пару,
Так гони, брат, поскорей!
1884 г. Москва. Ресторан «Яр» - любимое место встречи великих классиков. Сюда некогда захаживал Пушкин, а вскоре зачастили Чехов, Горький и Куприн. Бывал тут и Шаляпин. Даже представители царской фамилии частенько тут обедали... Недаром их сюда тянет: жарко пляшут цыганки в нарядных юбках, бренчат звонкие гитары, «рвет сердце» жестокий романс... За роялем — Яков Пригожий[3], знаменитый композитор. Много лет он руководит в ресторане цыганским хором, для которого и создает свои шедевры. «Коробейники», «Мой костер», «Ухарь-купец», «Что это сердце» и еще две сотни песен — по всей России гремят они своею славою, «народными» слывут! Кто только их не поет: Вяльцева, Северский[4], Панина, Плевицкая!... Ай-да пригожий композитор!...
Вместе с последним словом ведущей музыкальная композиция завершается.
Продолжение следует...
Лилиана Черновалова
Ульяновск (Россия)
Примечания автора:
[1] Здесь цитируется фрагмент рассказа российской писательницы И.Е. Ракши «Красный сарафан» из сборника повестей и рассказов «Звезда на ладони».
[2] Вера Николаевна Чиркина (сопрано) – заслуженная артистка России, солистка Ульяновской филармонии (1987 -2025). Окончила Саратовскую государственную консерваторию им. Л.В. Собинова по классу «Сольное пение» (1987). В том же году была приглашена в качестве солистки-вокалистки в музыкальный лекторий Ульяновской областной филармонии и Камерный оперный театр, который планировалось создать на базе филармонии по инициативе главного дирижера и художественного руководителя Ульяновского симфонического оркестра Н.Г. Алексеева. Приглашенная в Ульяновск солистка Вера Чиркина с успехом выступила в сезоне 1987/88 в постановке опер «Директор театра» Моцарта, «Боярыня Вера Шелога» Римского-Корсакова и «Мавра» Стравинского.
Участвовала в фестивалях «Жемчужина России» (Самара), «Ульяновск - культурная столица Поволжья». С гастрольными концертами выступала в Самаре, Оренбурге, Ижевске, Саранске, Волгограде и Тольятти. В 2001 году стала лауреатом премии «Музыкальный Венец». В 2007 году В.Н. Чиркиной было присвоено почётное звание «Заслуженный артист Российской Федерации».
[3] Яков Фёдорович Пригожий (1840–1920) — популярный русский композитор, пианист, дирижёр и аранжировщик. Руководитель цыганских и русских хоров (в том числе в московском ресторане «Яр»), автор более 300 музыкальных произведений, ставших классикой городского романса. Он создал репертуар для главных звезд дореволюционной эстрады: Анастасии Вяльцевой, Надежды Плевицкой, Варвары Паниной. Из-за огромной популярности многие сочинённые или аранжированные им песни со временем стали ошибочно считаться «народными».
[4] Николай Георгиевич Северский (1870–1941) — популярный артист русской оперетты (баритон) и эстрадный исполнитель цыганских и бытовых романсов. В 1890-е годы многократно концертировал по городам России в творческом тандеме с композитором Я. Ф. Пригожим. После революции эмигрировал во Францию.
Гений места: Симбирск-Ульяновск.
Часть 1
Часть 2
Часть 3
