Главная / Inicio >> Рафаэль каждый день / Raphael cada día >> Субботний вечер с Дмитрием Седовым

Raphael cada día

26.01.2019

Субботний вечер с Дмитрием Седовым


Волшебный гранат (романтическая сказка страны Аль-Андалус).
Часть I и II

Если когда-нибудь вам доведётся отправиться на автомобиле в Гранаду, в те места, что когда-то назывались страной Аль-Андалус, то, не доезжая километров двадцати - двадцати пяти до города, по правой стороне, обратите внимание на одинокую, старую сосну.

Она похожа на усталого, согбенного путника в дырявой шляпе. Он остановился, приложив морщинистую ладонь к глазам, тревожно всматриваясь вдаль: много ли ещё осталось пройти? Не видать ли впереди постоялого двора или иной кровли? Не придётся ли ночевать под открытым небом?

à ²Притормозите здесь. Подойдите ближе к дереву. Поодаль от сосны вы обнаружите груду камней. Они ещё сопротивляются времени, но уже давно забыли, к какому порядку приучал их неведомый мастер. Это развалины часовни XVI века. А вот остатков ещё более старинного колодца вы не найдёте. Он давным-давно разрушен и засыпан. А когда-то, в ещё более давние времена, он был полон чистой, как горный хрусталь, воды и рядом с ним арабские негоцианты разбивали шатры, устраиваясь на отдых перед последним переходом до Гранады. На этом самом месте, где ныне едва угадывается католический фундамент, где задолго до Реконкисты мавры стелили походные ковры, а ныне пасётся чей-то ослик, и началась история, которую я хочу вам поведать.

Возможно, вы, как пытливые читатели, обнаружите в моём рассказе нечто очень знакомое. Кто знает! В Гранаде и её окрестностях вам откроют и не такое. Неспешно прогуливаясь по залам Аламбры, аллеям Хенералифе, улочкам Альбайсина в обществе словоохотливых потомков Матео Хименеса¹, вы непременно перенесётесь в мир преданий и легенд, фантазий и грёз.

Итак, примерно в тридцати километрах от Гранады, в виду холмистой гряды, именуемой ныне Суспиро-дель-Моро, возле руин мавританского замка, где ныне растут оливы, да гуляет чей-то стреноженный конь, и приключилась эта история... 

Что такое? Я путаюсь? Я неточен в цифрах, образах и деталях?! Сеньоры, я возмущён! Я не могу отличить сосну от оливы, осла от лошади, арабский замок от католической часовни?! Сеньоры, спокойствие! Дайте оглядеться... Сосна, часовня, мавры... Так. Всё точно, всё сходится: Гранада, дерево, развалины, мавры... Да, эта история произошла именно здесь! Разве можно в этом сомневаться? Ещё раз: оливы, замок, Суспиро-дель-Моро... Да, похоже, что именно здесь. Хотя... Вполне возможно, что я ошибаюсь. Наверное, вовсе и не здесь. И даже не там. Спокойствие, сеньоры! Мало ли в Андалусии подобных деревьев и развалин?! Мало ли подобных историй? Да сколько угодно.

Так почему бы моей не произойти в том месте близ древнего города, на которое я указываю? Указываю вполне точно, прошу заметить! И ныне вряд ли отыщется очевидец, способный опровергнуть мои слова. Ну, а современный житель Гранады, из тех, что не утратили врождённую любовь к сказаниям и притчам, с удовольствием подхватит мой рассказ, снабдив десятком подробностей. Чудесных и прекрасных, как всякие небылицы.  

Однажды летним вечером в достославной стране Аль-Андалус, на перекрёстке возле колодца, встретились два небольших каравана. Оба шли с юга. Первыми достигли долгожданной влаги верблюды купца из Дамаска Ибн-Муаммара, надеявшегося успешно сбыть в Кордове аравийскую смирну и китайский шёлк. Был Ибн-Муаммар хотя и молод, но опытен в торговых делах. Его карие глаза светились добротой, чёрные усы были аккуратно подстрижены, борода гладко причёсана, а бирюзовый шёлковый халат с золотыми узорами и тонконогий жеребец не оставляли сомнения том, что перед нами не только очень богатый человек, но и подлинный ценитель прекрасного. 

Следом за караваном Ибн-Муаммара к колодцу пришла вереница мулов другого купца. Увидев, как тяжело бредут к колодцу запылённые животные, Ибн-Муаммар подъехал к главному погонщику и участливо спросил:

- Мир тебе, о уважаемый! Скажи, отчего так устали эти мулы?

- И тебе мир, добрый человек! А мулы мои устали оттого, что мешки их доверху набиты хной, корицей и чёрным перцем из Индии, - ответил главный погонщик, - они хоть и о четырёх ногах, но несчастным трудно нести свой груз, ибо он в полтора раза больше обычного.

- А чей же это караван, и куда он идёт? 
- Это караван достопочтенного купца Ибн-Надима, и следует он из Каира в Гранаду. 
- А где же сам достопочтенный Ибн-Надим?

- Так вон он, на дромадере, что под пурпурной попоной, расшитой по краю золотом, - главный погонщик махнул рукой в сторону, и Ибн-Муаммар направил туда своего скакуна.

Ибн-Надим был примерно того же возраста, что и Ибн-Муаммар, также носил аккуратно подстриженные усы и гладко причёсанную бороду, однако одет был не столь изысканно, хотя и дорого. Но и его зелёные глаза светились подлинной добротой и великодушием.

- Рад приветствовать тебя с миром, о достопочтенный Ибн-Надим, - воскликнул Ибн-Муаммар, поравнявшись с верблюдом своего собрата. - Да будут удачливы все твои начинания! Позволь мне, скромному купцу Ибн-Муаммару, пропустить твой караван к колодцу, ибо я вижу, что люди и мулы твои устали от нелёгкого пути.

- И я приветствую тебя с миром, и благодарю, о любезнейший Ибн-Муаммар! - улыбнулся в ответ Ибн-Надим. - Но не будем нарушать обычаи; ты первым достиг колодца. Так пусть же твои погонщики сделают своё дело, а уж тогда за работу возьмутся мои. Ни к чему суета и сутолока. Тем более что близится время вечерней молитвы.

- Тогда позволь мне предложить тебе разделить со мной и вечернюю молитву, и скромный ужин в моём шатре?

- Охотно! - согласился Ибн-Надим.

Когда оба купца уже сидели в шатре Ибн-Муаммара в ожидании ужина и обменивались новостями, вдруг откинулся полог и явился слуга с виноватым поклоном:

- О господин мой, некий купец из Магриба по имени Абу-Хальдун нижайше просит соизволения присоединиться к вашей компании. Он отстал от своего каравана, ибо дела неотложного свойства задержали его в Малаге, и сейчас следует налегке, без единого слуги...

- Ни к чему дальнейшее! - воскликнул Ибн-Муаммар. - Сейчас же зови этого уважаемого человека к нам, и если он уже совершил вечернюю молитву, распорядись принести ему какой-нибудь еды.

- Ужин уже готов, господин.

- Отлично! Вели подавать! - хлопнул в ладоши Ибн-Муаммар. - Это добрый знак, что Всевышний вознаградил нас третьим застольщиком. Воистину: когда за одним столом собираются трое - начинается настоящий пир!

Вскоре в шатёр вошёл человек, густая седая борода которого и морщинистое лицо красноречиво свидетельствовали о том, что он гораздо старше Ибн-Муаммара и Ибн-Надима. Старик был одет в скромный халат из белёной ткани и такую же чалму, но на длинных пальцах жилистых рук его гроздьями красовались золотые и серебряные перстни, переливаясь всеми цветами радуги. Среди них особенно выделялся один, хотя и был без камня: на толстой золотой крышке виднелась некая монограмма - вероятно, изречение из Корана. Вошедший низко поклонился присутствующим и сказал на удивление чистым, молодым голосом:

- Мир вам, братья! Приветствую и благодарю вас! Я - Абу-Хальдун, купец из Магриба. Я вижу, что вы не из тех грешных людей, которые хотя и втайне, но ждут щедрой уплаты за то, что согласились приютить и накормить одинокого странника. Но Всевышний свидетель, если путь ваш лежит в Гранаду, то там вы найдёте всё, что пожелаете, ибо в сем достославном городе я владею домом, пусть и скромным - всего лишь двухэтажным, но способным принять и ублажить всякого, кто нуждается в душевном и телесном отдохновении...

Обои виноград, фрукты, яблоки, огонь, стол, свеча, бананы, ананас, grapes, fruit, apples, fire, table, candle, bananas, pineapple разрешение 4250x2500 Загрузить

- О чём вы говорите, уважаемый Абу-Хальдун! - вскочил с подушек Ибн-Муаммар навстречу гостю. - Мир вам! Проходите к нам, вот сюда, выбирайте любое место у стола! Я сам налью вам чашу прохладной воды. Скоро подадут ужин, и единственная уплата, которую мы от вас потребуем - это вкушать все блюда, которые будут вносить слуги!

- И мы будем рады разделить с вами не только трапезу, но и беседу, - добавил Ибн-Надим. - Позвольте узнать, что задержало вас в Малаге? Нет ли каких тревожных или напротив, радостных вестей для нашего брата, купца? 

- Охотно расскажу, о достопочтенные! - старик расположился поудобнее у низкого столика и тотчас ухватил сочную грушу. - В Малаге меня задержала судебная тяжба с одним бесчестным торговцем, который утверждал, что его водят за нос джинны, и поэтому половина мулов, которых он мне продал, пала на следующий день.

- Джинны?! - удивлённо вскинул брови Ибн-Надим. - Да я скорее поверю, что этот торговец сам - зловредный джинн! Я недавно сам едва не стал жертвой обмана, и тоже в Малаге! Некий негодяй пытался всучить мне втридорога больных животных! Не об одном ли и том же человеке мы говорим, о достопочтенный Абу-Хальдун?

- Вполне возможно! Каков был с виду ваш мошенник-продавец? Такой назойливый, шумный?

- Да, толстый, с кривым носом и отвисшей нижней губой, - подхватил Ибн-Надим, - с вечно бегающими глазками... А звали его... Звали его Саид Аль-Махири.

- Точно! Он самый! - восторженно хлопнул себя по колену Абу-Хальдун. - Так знайте: теперь этот жулик бит палками и месяц просидит в тюремной башне за все свои проделки!

- Скажите, но неужели этот несчастный всерьёз рассчитывал на то, что судья поверит в его россказни о джиннах? - спросил Ибн-Муаммар.

- О, я вижу, что вы истинный мусульманин, достопочтенный Ибн-Муаммар, - уважительно приложил руку к груди Абу-Хальдун. - Сочувствовать заключённому, пусть даже и осуждённому за дело, может только истинный последователь Пророка, мир ему и благословение!.. Но знайте же, что здесь, в достославной стране Аль-Андалус обитает столько джиннов, сколько не встретишь даже в моём родном Магрибе!

- Ха-ха-ха! - от души расхохотался Ибн-Надим. - О уважаемый Абу-Хальдун! Да высветит Всевышний ваши седины золотом! Вы тоже верите в джиннов?!

- Конечно, - мотнул седой бородой старик. - А разве вам не приходилось знавать людей, которые рассказывали о своих встречах с джиннами или иные удивительные, волшебные истории? Известно ли вам, что здесь при дворе любого эмира вы можете увидеть чудо из чудес, и даже в самом крошечном городишке найдётся человек, хоть раз да общавшийся запросто с джиннами?

- О, да, - согласился Ибн-Муаммар, - приходилось. Когда я был ещё мальчиком, в нашем городе я знавал одного дервиша, который лечил моего отца и часто рассказывал мне разные волшебные истории.

- И мне приходилось кое-то слышать, - согласился Ибн-Надим. - похожее на то, что я читал в сказках «Книги тысячи ночей». Но это было так удивительно!

- Так почему бы нам не поделиться друг с другом удивительным, - предложил Абу-Хальдун. - Ведь ничто не укрепляет так узы дружбы, как хорошая беседа за щедрым столом!

- Воистину так! - хором ответили Ибн-Муаммар и Ибн-Надим, и в этот самый миг слуги начали подавать ужин.

Примечания автора:

¹ Матео Хименес - герой книги Вашингтона Ирвинга «Сказки Аламбры», слуга и проводник английского путешественника (здесь и далее – примечания автора).


Продолжение следует...

Дмитрий Седов
Москва (Россия)

Дополнительные материалы:

Тайна черной мантильи  

Приключения отважного шевалье Антуана де Фаланкура