Главная / Inicio >> Рафаэль каждый день / Raphael cada día >> Субботний вечер с Дмитрием Седовым

Raphael cada día

17.08.2019

Субботний вечер с Дмитрием Седовым


Ведьмин колодец
(сказочно правдивый роман
на основе 
фантастических приключений
в пяти частях)
Часть I. Гороховские сказки
Главы 1 и 2

Приключения прячутся в самых неожиданных местах. На чердаке заброшенного дома. В амулете, полученном в подарок. Между строк таинственного письма. В земле. Под водой. А в озёрном тумане даже скрывается НЕЧТО…

Успешно закончив второй класс столичной школы, Ваня Кузнецов рассчитывал поехать к тёплому морю. Но его ждал иной маршрут. В затерянную среди подмосковных просторов деревню Гороховку.

 Огорчению мальчика не было предела. А зря. Разве мог он предполагать, что именно в деревенской глуши окунётся в океан удивительных событий?! Настоящий, бурный океан! Ваня, его младшая сестра Маша и их новые друзья узнали, что за мечту надо сражаться.

В прямом смысле. Ведь, как выяснилось, в Гороховке обитают не только бедуины и индейцы. А ещё… пираты, с которыми ребятам пришлось вступить в неравный бой.

«Нет ничего страшного, если дети играют в пиратов.
Ужасно, если детям нравится быть пиратами».
Н.С. Кузнецова, искусствовед 

Глава I: Укрощение хищника

Кошки только делают вид, что не умеют говорить. Они понимают всё с полуслова. «С полухвоста», - как любила говаривать прабабушка одного серого кота, с которым я вас сейчас познакомлю. А люди настолько болтливы, что не замечают этого. Поэтому им кажется, что кошки могут только глупо мяукать или орать. На самом же деле, любимые занятия кошек (кроме сна и охоты): наблюдение и размышление. Именно они учат их излагать мысли кратко и точно. А вовсе не те сомнительные занятия, которые люди гордо именуют «дискуссией» или «диспутом». Мол, в споре рождается истина. Чепуха! Перевернув горы пустопорожней словесной руды, вы вряд ли отыщите жемчужное зерно светлой идеи. Наблюдайте и размышляйте: только тогда вы сможете правильно оценить обстановку и принять правильное решение. Во всяком случае, кошки поступают именно так.

Вот серый кот, прабабушку которого я только что вспомнил, и сидел молча на подоконнике, и смотрел во двор. Там, несмотря на сильный летний дождь, как всегда, суетились прохожие. С высоты девятого этажа они были совсем маленькими. Отчего казались ещё более суетливыми. Они прятались под зонтами, что делало их похожими на разноцветные клубки шерсти. Подталкивая и обгоняя друг друга, клубки катились к метро.

Серый кот зевнул и брезгливо мотнул головой. Он не любил метро. Сколько себя помнил. А было ему уже целых два года отроду. Солидный возраст: почти четверть века в человеческом летоисчислении. Для кота путешествия на метро всегда заканчивались плохо. Или визитом к ветеринару, или поездкой в чужой дом. Где почему-то каждый норовил трепать и тискать его, словно мышь. Что ещё хуже, чем в гостях у врача.

Что касается людей, то им, конечно, метро и походы по чужим домам были интересны: иначе, с чего бы они туда так спешили? Но вот зачем тащить с собой в этот грохот, в эту шумную толпу ещё и несчастных котов, непонятно. Серый кот всегда заранее чувствовал, когда его куда-нибудь понесут. «Вчера бесцеремонно согнали с дивана, - ворчал про себя хвостатый наблюдатель. - Мало им места, чтобы перекладывать то, что они называют странным словом "вещи". А сегодня на завтрак подсунули какую-то сушёную гадость вместо свежего мяса! Не к добру всё это. Надо срочно прятаться. Уж слишком ласкова женщина, которая считает себя моей хозяйкой… Поменять бы её. Но кто знает, не окажется ли другая гораздо хуже?»

Девочка с косой и ободком.

- Пуся, Пуся, Пусенька! - донёсся с кухни женский голос. - Где наш Пусюнюшка-коток? Где наш острый коготок?

«Ну, уж нет, не обманете! Я-то чую: цап-царап, запихнёте в корзинку! Вон она - эта жуткая, тесная котоловка, стоит наготове под столом! - пронеслось в голове у кота. Он быстро развернулся, мягко прыгнул с подоконника на спинку кресла и оттуда прямо на шкаф. - Надо затаиться и переждать: вдруг всё-таки уйдут без меня?»

Но кот ошибался. Без него уходить не собирались. В комнату, обгоняя друг друга, вбежали двое детей: брат и сестра. Они быстро обнаружили своего шерстяного приятеля. Его привычки им были уже хорошо известны.

- Опять ты на шкафу, Пуська! Ох, хулиган! - звонко закричала синеглазая, слегка курносая девчушка с русыми косичками. - А ну-ка, иди сюда!

Кот презрительно посмотрел на ребят, явно не собираясь покидать занятую высоту.

- Бесполезно, Маша, - махнул рукой такой же синеглазый и русоволосый мальчик, и тоже слегка курносый.

- А как же его достать, Ваня? - спросила девочка. - Ведь без Пуськи мы не уедем.

- Надо применять охотничью хитрость! - подмигнул младшей сестре мальчик и выскочил в коридор: - Мам, а где огурцы?

Staton Chaney

- Какие огурцы, Ваня?! - ответила сыну Наталья Семёновна, в который раз проверяя содержимое сумок и пакетов; ей было чуть больше тридцати, но короткая причёска и стройная фигура делали её значительно моложе. - Мы же только что позавтракали… Лучше помоги мне перетащить вещи к порогу.

- Мама, это для дела!

- Ну, раз для дела, - вздохнула Наталья Семёновна, поправляя на лбу непослушную русую прядь, - посмотри вот в этом пакете…

- Я, я достану! - Маша тотчас оказалась рядом. Ей было приятно помочь старшему брату. Когда она делала это, то будто тоже становилась взрослой, как он: целых восемь лет! Это гораздо больше, чем пять, пусть даже и с половиной.

- Сейчас, сейчас, - приговаривал мальчик, нарезая огурец перочинным ножом, - ещё одно мгновение, и вы увидите удивительный аттракцион укрощения дикого хищника!

В доме хорошо знали про эту необыкновенную страсть своего обыкновенного серого кота. Он любил зелёные огурцы так же жадно, как сырое мясо. И ничего не мог с этим поделать! Поэтому едва дети вновь появились перед шкафом, но с кружочками ароматного лакомства, Пуська (он же Пушок, он же Пух Иваныч, он же Серый разбойник) сдался. И, съев два кусочка, разомлел: без сопротивления позволил надеть на себя походный ошейник от блох и запереть в ненавистном зверином контейнере.

Вскоре все четверо: мама, дети и кот в корзинке, стояли у подъезда, под козырьком. Но дождь уже ослабевал.

- Раз, два, три, четыре, пять… - считала Маша дождевые капли, лениво падающие с козырька в лужу. - Мам, а правда, что за городом совсем другая погода? - девочка сказала это так, между прочим: она любила затрагивать взрослые темы. А среди них, по её наблюдениям, первое место занимали именно разговоры о погоде.

- Да, Машенька, там теплее, - отвечала Наталья Семёновна. - Ведь мы поедем на юг. Ну, почти на юг…

- Там где настоящее лето? Там где нет дождя? И где много-много солнца? Далеко-далеко?

- Далеко-далеко, - Наталья Семёновна улыбнулась, прикрыв ресницами озёра синих глаз.

- Ага, в пустыню Сахару. К бедуинам из деревни Гороховки. Какой же это юг? - вздохнул Ваня и добавил мечтательно. - Юг - это море. Мам, а мы поедем на море?

- Если папе дадут отпуск, то поедем, - отчеканила Наталья Семёновна.

- Да, прошлым летом не дали. И позапрошлым летом мы на море не ездили. Мы уже два года на море не были!

- Но ты же помнишь, что Маша тогда болела. Нельзя же думать только о себе.

Ваня нахмурился, а кот несколько раз ударил лапой по железным прутьям корзинки. Он нервничал; ему было непонятно, о каком таком «море» говорят люди. Но очевидно, что мальчик хотел туда попасть, а остальные - нет. Но и в метро они не торопились. «Эх, как бы не придумали ещё чего похуже», - кот распушил хвост, предчувствуя недоброе. И оно появилось через несколько минут. В виде большой белой автомашины. Впрочем, никто кроме кота её не испугался. Даже наоборот. Потому что приехал глава семейства Кузнецовых, Павел Сергеевич. Кузнецов-старший. Сероглазый и слегка курносый, высокий, спортивного вида мужчина. Широкие плечи выдавали в нём бывшего пловца. А лёгкая седина на висках создавала ошибочное мнение, что он был старше своей жены. На самом деле, Павел Сергеевич и Наталья Семёновна были одногодками.

- Ну, граждане пассажиры, заждались? - улыбнулся Павел Сергеевич, выйдя из легковушки. - Внимание, сюрприз! - Кузнецов-старший, как фокусник, достал из-за спины букет хризантем и галантно протянул Наталье Семёновне. - Поздравляю с началом отпуска! А вам, бойцы, по шоколадке… - и Павел Сергеевич распахнул дверцы. - Прошу на борт! Оставь сумки, Наташа. Я их вместе с твоим этюдником в багажник пристрою. Эй, команда! А ну, не спорить - все на заднее сиденье! На заднее! Впереди мама поедет. Наташа, пристегни ремень… И кота не забудьте: ишь, распушился бедолага. Смех, да и только… 

«Цап-царап, - прошипел про себя Пушок, настороженно тараща глаза из-за решётки. - И ничего смешного! Лучше бы и мне что-нибудь вкусненькое дали, чтобы успокоить! Вы бы ещё не так распушились, если бы вас посадили, как воробьёв в клетку, и повезли неизвестно куда, и неизвестно зачем! Пока главное, чтобы в этой громыхалке не шибко трясло. Терпеть не могу шум и тряску…» 

Глава II: Штурвал мечты

- А деревня далеко от Москвы? А мы долго будем туда ехать? А мы поздно приедем? А мы на речку пойдём? - расспрашивала минуту спустя Маша родителей. Те ей терпеливо отвечали, что ехать часа два-три, но всё зависит от дороги, что на месте они будут в лучшем случае к обеду, и что если пойдут на речку, то лишь для того, чтобы просто прогуляться. Купаться сегодня никто не будет.

- Тогда завтра я буду купаться весь день! - заявила Маша. - И всю ночь. Пока солнышко не проснётся.

- Вот выдумщица! Зачем же ночью купаться? - удивилась Наталья Семёновна.

- А чтобы время даром не терять, - Маша надула губки. - Так можно всю жизнь проспать.

И все дружно рассмеялись под Машин аккомпанемент: «И ничего смешного!» По-своему, по-кошачьи, рассмеялся даже кот: он был рад, что не его одного везут неизвестно куда, да ещё в дождь, который расплясался над Москвой с новой силой.

- Команда не против, если я радио включу? - спросил Павел Сергеевич, не отрывая от дороги глаз, в которых ещё не погасли искорки смеха.

- Не против! - ответила Маша за всех, и все действительно были не против; даже Пух Иваныч.

- I`ll cross the stream - I have a dream1!.. - пронеслись по салону голоса солисток «ABBA» и погасли вместе с финальным аккордом. Но пауза была недолгой. В эфир плавно вплыл бархатный баритон ведущего: - «У меня есть мечта, и я не я, если не пойду против течения!» - готов и я воскликнуть вместе со знаменитыми шведками! Главное, чтобы силёнок хватило. А их хватит, ведь у меня есть настоящая мечта! Но какая - не скажу. Чтоб не украли. К тому же, я не верю в ангелов! Итак, от лирики переходим к биржевым новостям. К хлебу нашему насущному: money, money, money - как мечтательно поют в другой своей песенке те же знаменитые шведки! И сейчас…

- Сейчас мы всё-таки поищем что-нибудь лиричное, - Кузнецов-старший крутанул ручку магнитолы, - не хлебом единым жив человек.

- Есть одна у лётчика мечта - высота, высота… - бодро откликнулся радиоприёмник. 
- Пап, а у тебя была мечта? - спросил Ваня серьёзно. - Ну, когда ты был такой, как я? 
- Была, - ответил Павел Сергеевич, заставив радиоприёмник петь потише. 
- А какая? - допытывался Кузнецов-младший. 
- Да так, разные, - пожал плечами отец. 
- Например? - не сдавался сын.

- Я мечтал стать самым сильным и самым смелым. Чтобы на меня обратила внимание одна девочка из параллельного класса, - Павел Сергеевич с улыбкой посмотрел на Наталью Семёновну, а та спрятала лицо в букет. - А потом хотел, чтобы на свет появились вы, и чтобы всем нам было хорошо…

- А умным ты не мечтал стать? - Маше тоже захотелось принять участие во «взрослом разговоре».

- Умным? Пожалуй, что нет, - усмехнулся Кузнецов-старший.

- Папа, но ты же такой умный! - Маша по-взрослому всплеснула руками: ни дать ни взять, вылитая Наталья Семёновна.

- Не знаю, как-то само собой получилось, - снова усмехнулся Павел Сергеевич. - Мечтал стать миллиардером. Но не стал. К счастью.

- Разве быть богатым - это несчастье? - удивился Ваня. - По-моему, нет. Деньги всем нужны.

- Нужны, - согласился Павел Сергеевич. - Но что для кого важнее, каждый решает сам.

- Вот и нам наша классная, то есть, Алла Ивановна, твердит, - развивал тему мальчик, - что каждый должен быть хозяином своей мечты, капитаном. Должен вести её, как корабль, к намеченной цели.

Пушок в своей клетке презрительно зевнул, что означало: «Ну-ну! Засунули вас в громыхалку, везут неизвестно куда, вместо того, чтобы везти к этому, как его? К морю… Самое время помечтать о свободе выбора. Мечтайте, мечтайте…»

- Капитаном, говоришь? - переспросил сына Кузнецов-старший. - Хорошее сравнение. Вот только, если б каждый мог удержать штурвал.

- Так как этот штурвал удержать, если мне его не дают?! - огорчённо воскликнул Ваня, подпрыгнув на сиденье, насколько позволял ремень безопасности.

- Не кипятись, - Павел Сергеевич бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида. - Поясни.

- Ну, вот, я мечтал о скейте. И это была такая мечта… Но если бы вы его мне не подарили, то откуда бы он у меня взялся? Ведь не упал бы с неба!

Наталья Семёновна оглянулась на сына:

- Не только угадывать, но и воплощать мечты детей - есть такая игра для родителей.

- Ага, - язвительно покачал головой Кузнецов-младший. - Вот уже который год я мечтаю, что мы поедем на море, а мы всё не едем! Какой же я капитан своей мечты, мама, если от меня ничего не зависит? Вот и скейт у меня есть, а в деревне - где я на нём буду кататься?! Это вы с папой - капитаны моей мечты, а не я. Так что полную ерунду говорит нам Алла Ивановна.

«Молодец! - подумал Пух Иваныч. - Только поздновато спохватился…»

- Ты не прав, сынок, - Кузнецов-старший нахмурился. - Во-первых, надо всё-таки учитывать, что не все твои мечты могут совпадать с мечтами других людей. А во-вторых…

- Но это же мои мечты! - перебил отца мальчик. - Что мне до других, если я - капитан?!

- …Во-вторых, надо уважать интересы окружающих, - твёрдо гнул свою линию Павел Сергеевич. - Особенно тех, кого любишь. А в-третьих, Алла Ивановна мудрая женщина. Наверняка ты её невнимательно слушал. Скорее всего, она говорила с вами о главной мечте. О мечте всей жизни. Вот ты о чём мечтаешь?

Ваня промолчал, а Маша изумлённо приподняла брови, опять - ну совсем, как мама:

- А о чём же можно мечтать, если не о любви?

- И о любви - в том числе, - согласился Павел Сергеевич. - Но вопрос не к тебе, Машуня, а к Ване. Хотя и тебе важно знать: настоящая, главная мечта у человека всегда одна. Понимаешь, сынок, настоящая мечта - это ты сам. Понимаешь? Не понимаешь… Вот я не сразу понял, что хочу заниматься физикой. Что это - моё. В итоге - потерял несколько лет. Едва успел их наверстать. Поверь, стоит только один раз сделать неверный шаг - и всё пропало. Чтобы вернуться назад, надо будет сделать не один шаг, а тысячу. А можно и не вернуться вовсе. И поэтому человек никогда не должен изменять сам себе, своей мечте. Вот кем ты хочешь стать? Что для тебя главное в жизни?

«Ну, размурлыкались - не остановишь, - махнул лапой кот, забиваясь вглубь корзинки; ему надоело слушать людские разговоры. Пушок считал их бесполезным мяуканьем. - Как всё у них сложно, у этих гладкокожих! Им и не приходит в голову, что надо не болтать попусту, а просто жить, наслаждаясь свободой».

- Ну, я хочу стать таким, как ты, - пожал плечами мальчик; он хотел пояснить, что сначала мечтает вырасти, стать таким же взрослым и самостоятельным, как отец, а уж потом подумать над тем, кем ему хочется стать, но почему-то промолчал.

- Нет, это я хочу стать, как папа! - воскликнула Маша и торопливо добавила: - И как мама. И чтобы у меня было двое… нет, четверо детей!

Едва Кузнецов-старший потянулся к пачке сигарет, лежащей рядом с рычагом коробки передач, как Наталья Семёновна опередила его движение, запрещающе накрыв пачку ладонью; Павел Сергеевич огорчённо крякнул:

- Как тебе объяснить, сынок… 
- И дочка! - поспешила напомнить о себе Маша.

- И дочка. Дети. Человек для чего-то приходит в этот мир. Для чего-то важного. Особенно мужчина…

- И женщина! - снова вставила слово Маша.

- И женщина, - улыбнулся Кузнецов-старший. - Но на мужчине лежит гораздо больше ответственности.

- Почему? - снова подала голос Маша.

- Потому что он - мужчина, - поцеловала мужа в щеку Наталья Семёновна, бережно удерживая на коленях букет.

- Пап, а мечту правда могут украсть? - спросила Маша. - Как дядька из радио сказал.

- Ерунда. Глупая шутка, - Павел Сергеевич ненадолго замолчал. - Гораздо страшнее - предать свою мечту.

- Это почему? - прошептала Маша, сделав большие-большие глаза - ну вылитая Наталья Семёновна.

- Потому что тогда человек… - Кузнецов-старший не сразу подыскал нужную фразу, - перестаёт быть самим собой. Гибнет сам, и губит других.

- А ангелы существуют? - Машин вопросник, похоже, был не иссякаем. 
- Ты - наш ангел, - обернулась к дочери Наталья Семёновна.

Дорога ложилась под колёса машины легко и ровно. Машу вскоре убаюкало, и она уснула, обняв кошачий домик, хвостатый хозяин которого делал вид, что тоже спал. Но кот был счастлив, что его никто не трогал, и не утомлял пустыми разговорами. Родители о чём-то тихо болтали. Ваня переписывался SMS-ками со своим другом Мишей, оставшимся в Москве. А ещё думал о том, что поступил правильно: взял с собой не скейт, а ридер - электронную книжку, которая вмещала в себя целую библиотеку печатных томов. Иначе чем же он будет заниматься тридцать долгих дней и ночей в деревенской глуши?!

Вскоре дождь кончился, и до самой Гороховки машину Кузнецовых сопровождало солнце.

Продолжение следует...

Дмитрий Седов
Москва (Россия)

Дополнительные материалы: