Raphael cada día

Лучшие из стихов Садовникова навеяны народными преданиями о Степане Разине. «Певцом Стеньки Разина» назовут поэта современники: им был задуман цикл из двенадцати песен-легенд, посвященный народному герою-атаману. Стихотворение «Из-за острова на стрежень» увидело свет в 1883 г.: под названием «Жертва Волге» оно было напечатано в казанском журнале «Волжский вестник» и вскоре ушло в народ. В 1902 г. в Москве, на литературном вечере писателя Н. Телешова ее впервые исполнил поэт-бард Степан Скиталец, аккомпанируя себе на гуслях. 

С его «легкой руки» песня полетела по Москве и за ее пределы — предполагают даже, что это он первым распел ее мелодию. Между прочим, Скиталец тоже имеет отношение к Симбирску: он долго жил здесь и, как и Садовников, пешком исходил берега Волги в поисках народных песен, которые сам же потом исполнял своим крепким, выразительным басом.

Что же вдохновило Дмитрия Садовникова на прекрасные стихи? Конечно же, Волга.

Поэт признавался: «…Волга была моей первой любовью; первое представление о прекрасном неразрывно связано с ней».

Концертмейстер Ксения Соколова снова исполняет лирическую композицию.

На фоне музыки звучат стихи Дмитрия Садовникова: 

Тебе несу стихи, река моя родная,
Они - навеяны и созданы тобой -
Мелькали предо мной, окраскою сверкая,
Как рыбки вольные сверкают чешуей.
Простор песков твоих, лесов живые краски,
Разливы вешние ликующей воды
И темных Жигулей предания и сказки
На них оставили заметные следы.
Я вырос близ тебя, среди твоей природы;
На берегах твоих я речь свою ковал
В затишье вечеров и в шуме непогоды,
Когда, сердитая, ты разгоняла вал...
И я не позабыл, живя с тобой в разлуке,
Разбега мощного твоей живой волны
И вот несу тебе мятежных песен звуки,
Ты навевала их, тобой они полны!..

Музыкальная композиция завершается с последним словом стихотворения. Ведущая продолжает рассказ:

Песню русский народ любил всегда, а вот в русской академической музыкальной культуре она обретает популярность только в 70-е гг. XVIII века — а приходит из литературы и расцветает на богатой почве: в те годы в России увлекались сочинениями Дидро и Бомарше, Руссо и Гете. Эти авторы исповедовали новую философию свободного человека, которая проникает и в русскую литературу. Здесь и выходит на авансцену любовная песня: десятки поэтов — молодые и старые, известные и начинающие — писали песни. Малое число их печаталось в журналах, большая часть составляла многочисленные песенники.

Песни открыли сокровенный мир чувств человека. Поэты писали о красоте и драматизме любовных испытаний, о всемогущей силе любви, которая ломает предрассудки и призывает ценить человека за его нравственные качества, а не сословную принадлежность. Этот новый взгляд на человека открывал поэтам и читателям богатейший пласт народной песенной культуры, где любовь — одна из главных тем. В песенниках народные песни публиковались вместе с авторскими, часто неподписанными. Авторы подражали народной стилистике, заимствовали сюжеты.

На авансцену выходит солистка Эльмира Сидорова[1].

Многие песни перекладывались на музыку. Так зарождался русский романс. Так появилась эта изысканная, прелестная «штучка», в мгновение ока очаровавшая всех. «Нежность и приятность голоса сей песни ввели ее в частое употребление»: ее запели во всех дворянских салонах Москвы, а затем и Петербурга.

Эльмира Сидорова исполняет песню Федора Дубянского «Голубок» на стихи симбирского поэта XVIII века Ивана Дмитриева.

Стихотворение «Голубок» стало вариантом «простонародной песни» «Ах, что ж ты, голубчик, невесел сидишь...» Оно было опубликовано в 1792 г. в «Московском журнале», который издавал Карамзин. Его автор — поэт Иван Дмитриев.

Он был выходцем из старинного дворянского рода и родился в Симбирской губернии. Восстание Пугачева вынудило семью покинуть берега Волги и переехать в Москву. Здесь будущий поэт подружится с Карамзиным. «Дорогу к Парнасу» укажет ему Державин. Он станет виднейшим представителем русского сентиментализма и преобразователем русского поэтического языка, создав так называемую «легкую поэзию» - лирические стихи и песни, остроумные сатиры и изящные басни, эпиграммы и мадригалы. Его поэтический стиль окажет влияние на Жуковского и юного Пушкина.

Песня «Голубок» принесла ее автору огромную популярность сразу после публикации. Вскоре композитор Федор Дубянский написал музыку, чем снискал от поэта благодарность в виде посвящения:

Нежный ученик Орфея!
Сколь меня ты одолжил!
Ты, смычком его владея,
Голубка мне возвратил.
Он вспорхнул и очутился
Милой грации в руках:
На клавир ее спустился
И запрыгал на струнах.
Я глядел и сомневался,
Точно ль он передо мной:
Мне пригожей показался
И милей Голубчик мой!

Ансамбль «Садко» исполняет вальс «Дипломат» - аранжировку двух знаменитых вальсов А.С. Грибоедова, созданную известным российским коллективом «Терем-Квартет». На фоне музыки звучит рассказ ведущей:

1832 г. Москва. По улице спешит молодой человек - по походке видно, что счастлив!.. «К Кокошкину, что у Бориса и Глеба!» - кричит он извозчику, который без слов его понимает, прыгает в экипаж и едет домой — да, теперь у него будет квартира с фортепиано в знаменитом «Соловьином доме»! Завтра он заступит на новую должность: по решению друга, писателя Михаила Николаевича Загоскина, недавно назначенного директором Императорских театров, он станет помощником капельмейстера в Большом и Малом театрах — будет дирижировать оркестром из 76 музыкатнов! Поистине царский подарок судьбы после долгих лет непризнания и нищеты в холодном каменном Петербурге!...

«Соловьиный дом»... Живая легенда для артистов и музыкантов. Не так давно сей особняк на Никитском бульваре, за церковью Бориса и Глеба, некогда отстроенный князьями Шаховскими, купил директор московской казенной сцены Федор Федорович Кокошкин — проводил там литературные вечера и репетиции, оборудовал квартиры для ведущих артистов. Здесь был «магнит» для всей музыкальной, поэтической и театральной Москвы — салон актрисы Марии Дмитриевны Львовой-Синецкой. Его частым и желанным гостем становится отныне композитор Александр Варламов.

Он очарован прекрасной хозяйкой салона: потрясен ее пронзительным талантом, который она так ярко и глубоко воплощала на сцене Малого театра. Она вновь открыла ему Шекспира, Гюго и Гете... так пленительно сыграла Земфиру в премьерной инсценировке пушкинских «Цыган»!.. И это для нее Грибоедов написал «Горе от ума», где она создала удивительно смелый образ Софьи. Мария Дмитриевна неплохо поет. И Варламов мечтает посвятить ей романсы.

...Композитора опечалила недавняя новость: умер Николай Цыганов, молодой актер и поэт. Много лет он блистал на сцене Малого театра вместе с Львовой-Синецкой и другим гениальным русским трагиком — Петром Мочаловым. Говорят, сгубила его безответная любовь к Марии Дмитриевне. Сын крепостных, никому не известный талантливый артист играл в составе самарской труппы, которая однажды приехала на гастроли в Симбирск. Здесь и увидел его уже знакомый нам писатель Загоскин. Это он помог ему стать актером Малого театра. И вот уже Цыганов — завсегдатай салона Львовой-Синецкой: поет свои стихи, аккомпанируя себе на гитаре. Стихи, оказавшие влияние на знаменитого Кольцова!.. Мария Дмитриевна желает увековечить память поэта: предлагает Варламову сочинить и издать романсы на его стихи.

Мечта Александра Варламова сбывается! В 1833 г. появляется сборник романсов на стихи Николая Цыганова, о которых газета «Молва» пишет: «Песни сии... составляют весьма приятный подарок на Новый год и для литературы, и для любителей музыки... Воспоминание о человеке с дарованиями, так рано кончившем жизнь свою, есть достойная ему дань». Романсы подарили композитору долгожданное признание. И «виною» тому — она, Мария Дмитриевна Львова-Синецкая, которой посвящен лучший из романсов сборника - «Красный сарафан».

Лилиана Черновалова
Ульяновск Россия)