Рафаэль в программе "Enhorabuena" с Хорхе Хендерсоном (Перу). 1997

RAPHAEL EN "ENHORABUENA" CON JORGE HENDERSON (PERÚ). 1997

Хорхе Хендерсон:  Телевизионный канал?

Рафаэль: Третий.

Хорхе Хендерсон:  Интервью?

рафаэль певец испания

Рафаэль: Семь.

Хорхе Хендерсон: Тридцать лет...

Рафаэль: Пел и давал интервью. Мне двадцать три года, так что я могу выдержать все.

Хорхе Хендерсон: А как ты ощущаешь себя внутри?

Рафаэль: Очень хорошо, большое спасибо.

Хорхе Хендерсон: Я вижу, ты сейчас выглядишь лучше, чем в тот раз, когда ты был слишком полным.

Рафаэль: Я сбросил двадцать килограмм, как Синатра - но сейчас это не чувствуется.

Хорхе Хендерсон: Тебя видели в Винья-дель-Мар на двухколесном велосипеде.

Рафаэль: Наверное, это был постановочный кадр для записи, и кто-нибудь стоял впереди.

Хорхе Хендерсон: Это было в начале фестиваля.

Рафаэль: Я должен скромно сказать, что я не умею ездить на велосипеде.

Хорхе Хендерсон: Ты никогда не рулил?

Рафаэль: Я занимаюсь вещами, которые меня интересуют, а велосипед, по правде говоря....

рафаэль певец испания

Хорхе Хендерсон: Но ты рулишь своей жизнью?

Рафаэль: Всегда.

Хорхе Хендерсон: У тебя есть менеджер, человек, который руководит...

Рафаэль: У меня есть один, очень важный для меня, очень хороший. Его зовут Рафаэль Мартос.

Хорхе Хендерсон: Это ты сам. А Пако Гордильо?

Рафаэль: Пако Гордильо – мой секретарь, как Антонио Иглесиас.

Хорхе Хендерсон:  Секретарь, который много значил в твоей жизни?

Рафаэль: Да. И еще один важный человек, появившийся, когда мне было шестнадцать лет.

Хорхе Хендерсон: Мануэль Алехандро? Который писал для тебя песни?

Рафаэль: Нет. Франсиско Бермудес. Он был со мной с шестнадцати лет, пока я не понял, что знаю больше, чем он, и оставил его.

Хорхе Хендерсон: Чем ты ему обязан?

Рафаэль: Очень многим! Они научили меня тому, что я должен был знать, научили делать то, что надо, и не делать того, чего делать не надо.

Хорхе Хендерсон:  Что для тебя значит Мануэль Алехандро?

Рафаэль: Мы едины, Рафаэль и Алехандро.

Хорхе Хендерсон: Вы дружите? Говорили о вашем расставании...

Рафаэль: Вовсе нет. Просто Мануэль очень мало записывает, например, Paris – это очень сложная песня.

Хорхе Хендерсон: Хорошая песня.

рафаэль певец испания

Рафаэль: Нет. Сложная. Он очень требователен к себе. Хорошая песня – это El grito de América. Это чудо.

Хорхе Хендерсон: Ты ее запишешь?

Рафаэль: Она уже записана.

Хорхе Хендерсон:  В свое время Мануэль Алехандро пел сам. Что ты думаешь об этом?

Рафаэль: В этом есть своя прелесть. У него нет большого голоса, но он говорит милые вещи.

Хорхе Хендерсон: Ты считаешь, что он – лучший композитор?

Рафаэль: Несомненно. Он лучший композитор в испаноговорящей среде, какой только есть в этом веке.

Хорхе Хендерсон:  Вчера я слушал дома одну песню, она называется Zurai Zurita...

Рафаэль: Да, почти на каждой моей пластине есть перуанский вальс. В последний диск я включил Chabuca limeña, дань уважения Чабуке Гранда. Она была моей подругой, и я записывал пластинку, когда я узнал, что она умерла в Хьюстоне. Я ношу сине-белое пончо, которое она сделала для меня. Оно уже старое, но я всегда его надеваю, потому что я очень любил ее. Так вот - на следующий день после ее смерти, когда я записывал этот вальс, к нему написали другие слова – о Чабуке.

Хорхе Хендерсон: Ты не любишь насилия?

Рафаэль: Я мирный человек. Я не люблю разрывов. Мы с Франсиско Бермудесом разошлись шестнадцать лет назад, потому что он считал, что я знаю больше, чем он, и он не может руководить мной. А потом мы снова стали работать вместе. Годы шли, и теперь он знает больше меня. Ему уже семьдесят пять лет. Маноло - шестьдесят четыре. А Гордильо шестьдесят пять. А мне двадцать три. Кто говорит, что мне больше? Тому, кто это скажет...

Хорхе Хендерсон: Ты покрасил волосы?

Рафаэль: Это седина. Я же светло-русый. Это не обман. Мне не надо краситься, так как светловолосые седеют рано. Моей жене это нравится, и моим детям тоже. И мне. Многие мои коллеги говорят: «Ты сделал прядки?» - «Какие прядки! Это седина!».

рафаэль певец испания

Хорхе Хендерсон: Некоторые ее закрашивают, чтобы казаться моложе.

Рафаэль: Я и так молод, у меня маленький ребенок.

(Обсуждают Мануэля и его музыкальные достижения, Рафаэль говорит, что ему осталось научить его танцевать.)

Хорхе Хендерсон: Ты хорошо танцуешь?

Рафаэль: Мне это легко, я же андалузец, а все андалузцы умеют танцевать.

Хорхе Хендерсон: Ты делаешь гимнастику?

Рафаэль: Нет. Я каждый день пою три часа вживую – какая еще гимнастика? Я теряю с потом по два килограмма. Правда, сразу восполняю их водой.

Хорхе Хендерсон: Есть люди, считающие, что Рафаэль на сцене лучше, чем на пластинке. А ты как думаешь?

Рафаэль: Мне больше нравится сцена. Потому что на сцене я делаю то, что мне хочется.

Хорхе Хендерсон: Ты всегда так делал.

Рафаэль: На диске меньше. Всегда есть кто-то, кто говорит «Стоп! Давайте сначала!».

Хорхе Хендерсон: И ты обращаешь на это внимание?

Рафаэль: Да. Я очень дисциплинированный мальчик.

Хорхе Хендерсон: Кто был твоим лучшим дирижером?

Рафаэль: Мануэль Алехандро. Всегда.

Хорхе Хендерсон: А Хакобо Кальдерон?

Рафаэль: Нет. Мы выпала огромная удача работать с самыми лучшими. Это Мануэль Алехандро, Франк Пурсель, еще один мой автор и аранжировщик Поль Мориа, и Франсис Лей... во Франции. Это было для меня предметом гордости – работать с ними. И я работал с Петулой Кларк, Томом Джонсом...  

рафаэль певец испания

Хорхе Хендерсон:  Кабальеро, Вы – легенда!

Рафаэль: Я Рафаэль, и ничего больше!

Хорхе Хендерсон: Рафаэль с «ph» останется бессмертным!

Рафаэль: Да ну!

Хорхе Хендерсон: Это точно!

Рафаэль: Кто легенда, а кто нет – решает публика.

Хорхе Хендерсон: Ты когда-нибудь боялся умереть в самолете?

Рафаэль: Нет. Мне очень нравятся самолеты. Я ненавижу автомобили. Вот это слово: «ненавижу».

Хорхе Хендерсон: В длинных поездках?

Рафаэль: И в длинных и в коротких. У меня была авария.

Хорхе Хендерсон: За рулем был ты?

Рафаэль: Нет, сеньор Гордильо.

Хорхе Хендерсон: Поэтому вы разошлись?

Рафаэль: Нет, это произошло через десять лет после того сальто-мортале.

Хорхе Хендерсон: Я был бы рад работать с тобой. Я всегда восхищаюсь тобой. Ты отправляешься теперь в Японию?

Рафаэль: Да.

Хорхе Хендерсон: И в Россию тоже?

Рафаэль: Да. В Россию, Австралию, Австрию (которая начинается почти также), в Италию, в Испанию на EXPO. И в США.

Хорхе Хендерсон: Очень хорошо! Твою руку!

Рафаэль: Большое спасибо!

Хорхе Хендерсон: Большое спасибо за интервью! И мое вечное восхищение! С вами был Рафаэль, легенда эстрады.

Перевод Р.Марковой
Опубликовано 09.12.2018