В доме Козинцева

EN CASA DE KOZINTSEV

Он ждал у двери лифта. Он не изменился. У него тот же дух рассеянного мудреца или поэта и эта, его постоянная улыбка. Объятие бесконечное. Появляется его жена, тонкая, высокая, белокурая, с «изюминкой». Он представляет нас. Мы входим в большую гостиную, с книжными полками со всех сторон, переполненными книгами, которые уже не помещаются, с великолепными картинами и гравюрами, с какой-то необыкновенной мебелью и с предметами, привезенными из тысячи мест, в которых побывал Козинцев.

Они показывают мне остальную часть дома: маленькая столовая, спальня, ванна, кухня и маленький коридор, также заполненный книгами до потолка. Есть картина Пикассо, посвященная кинорежиссеру, разная керамика, старые театральные маски и прекрасные иконы. Мы садимся за стол, накрытый чашками с чаем, пирогом, типичным, не помню уже, для какой части страны, стаканчиками с водкой... Мы говорим о стольких вещах! О чем только мы не говорим? Пять лет – это много и много есть о чем поговорить. Григорий еще не знает Испанию, за исключением города Сан-Себастьян.

— Как жаль, что наши страны не стали близкими друзьями...! — говорит он.

Его детище "Кихот" - без Ламанчи. Он создал Ламанчу в СССР, для Кихота, которого обожает. Его последний фильм "Король Лир", победитель премий в нескольких странах. Он специализируется на Шекспире в кино. Книгу, которую он пишет сейчас, честолюбивую, важную, он посвятил последним двум годам. Он много путешествовал в это время. Он был в Англии, в Канаде, во Франции, в Италии, в Персии, в Венгрии... Читая лекции, присутствуя на съездах или на фестивалях кино.

Я хочу поехать в твою страну! — повторяет он. — Как любопытно: с детства у меня была ужасная тягя к Испании... Все интересует меня: люди, пейзаж, литература, искусство.

Наталия Фигероа
23.11.1972
ABC
Перевод Люсии
Опубликовано 20.09.2010