Raphael en "Te doy mi palabra" con Isabel Gemio en Onda Cero. 2016

РАФАЭЛЬ В ПРОГРАММЕ "TE DOY MI PALABRA" С ИСАБЕЛЬ ХЕМИО НА КАНАЛЕ ONDA CERO. 2016

Интервью



***


26 ноября 2016 года

Исабель: Вся жизнь, как поется в болеро, посвящена музыке и эстраде… Считанные артисты остаются на сцене больше пятидесяти лет, пользуясь той же популярностью и любовью, что и всегда. Очень мало таких. И он – один из них. Добрый день, Рафаэль! 

Рафаэль: Добрый день, Исабель! Как дела? 

Рафаэль Мартос Санчес

Исабель: Хорошо. Кто бы сказал, что после стольких работы ты продвигаешь свою работу, как человек, который только что начал. 

Рафаэль: Я считаю, что выстроив такую хорошую карьеру и столько лет пользуясь любовью публики, я не должен недооценивать те новые возможности, которые нам предлагает радио, телевидение, интернет. У меня тоже есть право использовать их, правда? Так почему бы и нет? Я их использую. 

Исабель: Почему же нет, ведь это твоя жизнь. Она тебе нравится? 

Рафаэль: Да. Потому что если эта профессия тебе не нравится, ты должен ее бросить. 

Исабель: Рекламная кампания тебя не утомляет? Потому что выходить на сцену приятнее

Рафаэль: Я занимаюсь рекламным продвижением каждые полтора года. 

(звучит Igual - loco por cantar)  

Исабель: Тут наши мнения совпали. Эту песню выбрали для передачи мои коллеги, и для меня это одна из лучших песен диска. 

Рафаэль: Верно. 

Исабель: И к тому же она хорошо характеризует тебя: ты все еще сходишь с ума от пения

Рафаэль: Да, полностью. 

Исабель: Мне кажется, у тебя возникла некоторая зависимость. Ты не можешь не петь, не общаться с публикой, это страсть… 

Рафаэль: Я «песнезависимый»! Я должен быть на сцене. Главная страсть моей жизни – мое творчество, возможность выходить на сцену. А любовь всей моей жизни – моя жена и мои дети. 

Исабель: Да, но музыка для тебя превыше всего. Для тебя она стала самым главным. 

Рафаэль: Нет, она не превыше всего. Есть две вещи… потому что у меня две стороны – полагаю, как у всех людей. Это моя профессия, моя работа, мое безумство – то есть сцена, и мое сердце, которое принадлежит дому, моим близким, жене, детям, внукам ( хотя я их так не называю). 

Исабель: Сколько их уже у тебя? 

Рафаэль: Восемь! 

Исабель: Боже мой! И все называют тебя «Рафаэль»? 

Рафаэль: Да. Все. 

Исабель: Как тебе это удалось? 

Рафаэль: Я ничего для этого не делал. 

Исабель: Например, когда они начинали говорить, ты не заявлял «Не называй меня дедушкой»? 

Рафаэль: Да ты что! Это могли сказать другие люди, но я такого не говорил. 

Рафаэль Мартос Санчес

(Звучит Igual - loco por cantar

Исабель: «Более жестокий и более нежный…» 

Рафаэль: Более правдивый. Более приятный, чем яд. И еще немного страха. Но я все тот же. 

Исабель: Страх – у такого уверенного человека? 

Рафаэль: У всех свои страхи. 

Исабель: У тебя есть какие-то страхи? 

Рафаэль: Нет. После моей трансплантации – нет. То, что я должен был выстрадать, я выстрадал. Смерти я вообще не боюсь, потому уже видел ее. Очень близко. 

Исабель: Она была очень любезна с тобой. 

Рафаэль: Да, должен признать, она вела себя не так уж плохо. Она ушла и оставила меня в самых лучших руках – в руках моего профессора Энрике Морено и всей его команды. И, как видишь, она меня бросила. 

Исабель: Ты думал, что твоя жизнь окончена? 

Рафаэль: Да, конечно. 

Исабель: Так что для тебя изменилось с тех пор? 

Рафаэль: Мой способ воспринимать вещи. Появилось спокойствие, понимание того, что все относительно, и что есть четыре главные вещи. Это семья, моя работа, друзья - несколько друзей, доказавших свою верность, когда предложили стать моими донорами, так как из семьи подходила только моя дочь, но она была беременна и не могла стать донором. Я могу похвастаться тем, что у меня очень хорошие друзья, и к тому некоторые из них работают в мой профессии.  

Исабель: Ты когда-нибудь ссорился с Наталией? 

Рафаэль: Уже много лет – нет. В начале – да, иногда было. Я спрашивал: «Да что с тобой такое? рассказывай» - Извини, знаешь, у меня был плохой день… «Если у тебя был плохой день, выливай свое дурное настроение на кого хочешь, но не на меня». 

Исабель: На тебя когда-нибудь писали плохие рецензии? 

Рафаэль: Да, но я считал, что они меня не поняли. Я вижу себя таким, а они – иным… 

Исабель: Обычно ты попадал в десятку, тебе аплодировали… 

Рафаэль: Я считался с теми рецензиями, где было что-то конструктивное, что я мог использовать. Я часто хожу в театр, смотрю на артистов и публику. Потому что всегда высматриваю то, что я не должен делать. Я не учусь тому, что я должен делать – ведь я никого не обязан копировать. В прошлые годы это было манией фирм грамзаписи: «Ты видел успех такого-то? Тебе надо стать таким же». Таким же? Так же безумно любящим петь! Нет, я всегда ищу, чего я не должен делать. Ты смотришь на кого-то и говоришь себе: «Нет, этого я не сделаю никогда». И это хорошо. 

Рафаэль Мартос Санчес

Исабель: Да, но также надо как-то контролировать свое это, свое тщеславие. 

Рафаэль: Я победил свое эго. 

Исабель: Тринадцать лет назад – или больше? 

Рафаэль: Больше. Ведь все это мне дала публика. И поэтому я так спокоен. В том плане, что было бы абсурдным хотеть всегда быть номером первым. Ведь все это мне дали зрители. Мое место мне обеспечила публика. 

Исабель: Ты чувствуешь себя на своем месте? 

Рафаэль: Я заработал его. 

Исабель: Ты нашел свое место в жизни? И это очень насыщенная жизнь. 

Рафаэль: И у меня стабильный продолжительный брак, потому что мы оба на своем месте.

Исабель: А кто командует в доме? 

Рафаэль: В доме никто не командует. В доме просто обсуждают дела. Мы все-все собираемся каждое воскресенье, и начинаются долгие разговоры. Весело смотреть, как они перебрасываются репликами, это как партия в пинг-понг: пум - пум - пум. 

Исабель: Есть еще одна вещь, помогающая тебя, помимо великолепного голоса, образа жизни, умения управляться с прессой и возможности делать на сцене что хочешь. Я думаю, у тебя есть здравый смысл, потому что ты много лет остаешься на вершине в стране, столь критически настроенной по отношению к артистам, особенно тем, кто долго работает. Как сказал Пабло Альмодовар: Когда ты добиваешься такого успеха, видно больше недостатков, чем достоинств. В других странах такого нет. Рафаэль, что ты думаешь об этом? С тобой такого не происходило? 

Рафаэль: Нет. Наверно, из-за «ph». Возможно, меня считали французом? Из Линареса! 

Исабель: И потому что ты держался в стороне от политики, ты никогда не говоришь о ней. 

Рафаэль: Да. Потому я в ней ничего не понимаю. Я знаю, чего бы мне хотелось, но не понимаю, осуществимо это или нет. Например, мне больше всего хочется, чтобы у всех были рабочие места. Это единственное, что меня волнует. У меня есть страсть к работе, и я знаю, что людям нравится работать, быть занятыми. Всем. Я не могу поверить, что людям нравится быть безработными. Все проблемы, возникшие в стране, могут быть урегулированы, если обеспечить занятость населения. Потому что из нее проистекает всё остальное. Что будет уход за стариками, будут работать больницы… Всё. Это пять миллионов рабочих мест. И всё тут. Вот в этом я не разбираюсь. 

Исабель: Но мы бы не удивились, если бы сказал, что не голосуешь за консерваторов. 

Рафаэль: Да, это может тебя удивить. 

Исабель: Ты менял свой выбор? 

Рафаэль: Несколько раз. Потому что нельзя всегда голосовать одинаково. Никто из нас не идеален. Люди становятся старше, мы взрослеем, появляются другие мысли и мнения, и надо к ним прислушиваться. Мы все болтаем глупости, но потом вдруг говорим пару очень хороших вещей. 

Исабель: Значит, молодежь – в политическом плане – тебя не пугает? 

Рафаэль: Я же моложе, чем многие молодые люди. 

Исабель: Поэтому – поговорим о работе. Ты помнишь эту песню? 

(Звучит Cancion det rabajo

Рафаэль: Знаешь, я почти каждый день ставлю ее для моих поклонников и публики в твиттере. С утра я говорю: «Мы влачим тяжелые цепи». 

Исабель: Сейчас хуже не иметь работы или иметь, как ты сказал, мало оплачиваемую работу и получать четыре евро за двенадцать часов. 

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Это тоже плохо. 

Исабель: Едва ли не хуже, чем вообще ничего. Но в этой песне есть своя прелесть. Но так как работа для Рафаэля никогда не была по-настоящему работой, потому что это твоя любовь, то я хочу узнать, что... 

Рафаэль: Она тоже утомляет, но она – моя страсть. 

Исабель: Она тебя утомляет? 

Рафаэль: Да, я иногда думаю : Боже, дойти бы до кровати! 

Исабель: Что самое плохое в этой работе? 

Рафаэль: Поездки. 

Исабель: И одиночество. Так было, когда тебя не сопровождала твоя семья: все уходили, и ты оставался в гримерной один. Это было самое плохое? 

Рафаэль: Раньше – да. Теперь – нет. 

Исабель: Ты больше не ездишь один? 

Рафаэль: Нет, но семья всегда со мной, потому что у меня есть мобильник. И ты весь день как дома, ты все знаешь: мы садимся ужинать, мы проснулись… Мобильник – это чудо. Куда едешь? Я поймаю тебя там-то. Придешь на обед? Поужинаем вместе? Это прекрасно. 

Исабель: Я хотела бы узнать твое мнение о Трампе. Мне интересно, потому что вы были знакомы, он заключил с тобой контракт на выступление. 

Рафаэль: Не напрямую. Я пел в Атлантик-Сити. И ко мне пришел мой сын Хакобо, и Трамп тоже вошел, чтобы поздороваться со мной, с ним была дочь, моя поклонница. Это было самое малое двадцать пять лет назад. 

Исабель: Так что ты познакомился с Трампом и его дочерью двадцать пять лет назад. И каким он был? 

Рафаэль: Очень высоким. У него были пшеничные волосы. И раньше он был не таким толстым. А девочка была красивая. 

Исабель: Они все красивые. 

Рафаэль: Его нынешнюю жену я раньше не знал, я был знаком с прежней. 

Исабель: И как тебе Трамп – президент США? 

Рафаэль: У меня нет на эту тему мнения. Ой, это другой вопрос. Я могу только сказать, что американцы за него проголосовали. Посмотрим, что из этого выйдет. Но нас ждут сюрпризы, возможно, это будет хорошо, потому что он направит страну по своему пути. 

Исабель: Ты доверяешь тем, кто проголосовал за него? 

Рафаэль: Это же были миллионы людей. Я доверяю их выбору. 

Исабель: Мы всегда видели, что ты с нами, Рафаэль присутствовал во всех аспектах нашей жизни. А ты когда-нибудь оказывался в пустыне? У тебя когда-нибудь была эпоха или десятилетие, когда ты думал: Ой, похоже, моя карьера на этом закончится?

Рафаэль: Было несколько таких пустынь – пусть коротких, но были. Были моменты, когда я говорил себе: «Так, посмотрим. Спокойно. Пойдем туда». Были случаи, когда я выбирал дорогу. Представь: перед тобой лежат восемнадцать улиц, при этом семнадцать перекрыты, а открыта только одна. Ты стоишь на площади, тебе надо идти, а ты должен думать, которая же открыта.

Исабель: Как ты это определял?

Рафаэль: Это судьба.

Исабель: Но публика и пресса не всегда относилась к тебе одинаково, а звукозаписывающие компании предлагали тебе сделать диски, которые тебе не нравились. Ты никогда не делал того, что тебе не нравилось?

Рафаэль: Нет. Я старался, чтобы такого не происходило.

Исабель: Но это случалось?

Рафаэль: Да. Я говорил им: «Сеньоры, эта вещь мне не нравится». Но если вещь мне не нравится, я не вкладываюсь в нее целиком. И сделав ее, потом очень раскаиваюсь. Но обычно, если мне что-то не нравится, я этого не делаю.

Исабель: Рафаэль, во что ты веришь?

Рафаэль: В человека, в то, что он хороший, в то, что хороших людей больше, чем плохих. Но плохие обычно больше бросаются в глаза. Если в каше попадается черное зернышко, то это единственное, что ты видишь.

Исабель: Донором чего ты являешься?

Рафаэль: Я – всего. Все, что у меня может пригодиться кому-то – будет отдано. Так же, как мне отдали печень.

Исабель: Она спасла тебе жизнь. А раньше ты был донором?

Рафаэль: Нет.

Исабель: Это тоже изменилось?

Рафаэль: Да.

Исабель: И ты всем об этом рассказываешь?

Рафаэль: Да. И всегда пропагандирую донорство. Теперь журналисты меня об этом практически не спрашивают, потому что прошло почти четырнадцать лет. Но когда я вижу, что интервью заканчивается, а мы еще не говорили о трансплантации, то на какой-нибудь из вопросов я отвечаю: «Это было до того» или «было после того». – «До чего?» - спрашивают они. - «До пересадки». – «Ой, и правда! Как ты себя чувствуешь?». Я это делаю для того, чтобя завести мою песню – что надо становиться донорами.

Исабель: Чем ты предпочитаешь заниматься, когда не поешь и не уезжаешь в турне?

Рафаэль: Сидеть дома. А дома я делаю все: рисую…

Исабель: Тебе нравится читать?

Рафаэль: Да. Но мне больше нравится – это секрет, извини, что я об этом говорю – когда моя жена читает мне вслух. Она очень хорошо читает.

Исабель: Она читает тебя все книги? Целиком?

Рафаэль: Не все, потому что она читает очень много.

Исабель: Она очень образованная женщина.

Рафаэль: Да. Но без перегибов. Она родилась в очень культурной семье.

Исабель: Тебе повезло и в работе, и в любви. Не у всех так бывает.

Рафаэль: Мы над этим все время работали.

Исабель: Некоторым достаточно четырех дней, чтобы разойтись, а вы вместе уже сорок четыре года, это неплохо. Ты так здорово поешь о любви, что у тебя все было так же хорошо.

вучит Aunque a veces duela)

Исабель: Рафаэль, как всегда, это было удовольствие – встретится с тобой. Следуй и дальше по своей дороге - или на самолете, или в социальных сетях. Спасибо!

Рафаэль: Большое спасибо тебе.

Исабель: Привет Наталии.

Рафаэль: Большое спасибо. И будем встречаться почаще.

26.11.2016
Onda Cera
Перевод Р.Марковой
Опубликовано 18.11.2016