Рафаэль в программе "Eco de México" с Хуаном Кальдероном и Марой Кастанье. 1988

RAPHAEL EN "ECO DE MÉXICO" CON JUAN CALDERÓN Y MARA CASTAÑE. 1988  

Ноябрь 1988 года

Ведущая:Yo sigo amandote – так называется эта песня Рафаэля, которая была настоящим хитом, как и все песни, которые он исполнял. Как ты считаешь?

Мара Кастанье: Он ворвался в мир музыки очень молодым с его фильмами. У него особенная манера исполнения. И он обучал операторов, как надо его снимать – надо направлять камеру в ту сторону, куда он смотрит.

И он всегда имел огромный успех, где бы он ни выступал – во многих местах. Это экстраординарный человек. Он обращал на себя внимание молодых и не очень молодых людей, потому что их привлекала его манера исполнения.

Рафаэль поет Toco madera

У Рафаэля сенсационное владение сценой. И на нем всегда есть какой-нибудь черный предмет одежды. Этот цвет был его амулетом все двадцать пять лет работы певцом. Хотя он не только певец, но и артист. очень хорошо умеющий играть.

Самое главное – выбор песен, которые стали хитами. Все, что он поет, превращается в хиты.

Мара Кастанье: Верно. Он умеет передать тебе все, что хотел сказать. У него есть прекрасная вещь – Como yo te amo.

Вот несколько фотографий – В Венеции, и те, которые сделали, когда Кальдерон брал у него интервью во время его пребывания в Мексике.

Рафаэль поет Siempre estas diciendo que te vas

Мы зайдем в дом Рафаэля вместе с Хуанито Кальдероном.

Хуан Кальдерон: Мы находимся в доме Рафаэля. Он побывал во многих странах Европы и Америки, в США.

Рафаэль: Шлю огромное объятие Мексике и моей фатерлянд – Испании. Я очень рад.

Хуан Кальдерон: И я очень рад, что у нас в гостях всемирно известный Рафаэль.

Рафаэль: Давай мы будем говорить по-испански.

Хуан Кальдерон: Много говорят о том, что Рафаэль заделался импресарио – у него есть театр в Мадриде и в Аргентине. В СМИ пишут, что он откроет театр в Буэнос-Айресе и в Мехико. Что из этого правда?

Рафаэль: У меня есть задумка иметь четыре театра – в Мадриде, Мехико, Аргентине, и мечта всей моей жизни – театр на Бродвее. Но испанский театр. Потому что миллионы туристов смотрят в Нью-Йорке «Призрак оперы», но на английском, и не понимают. Это логичный финал такой жизни, как моя. Я не умею делать ничего другого. А все, в чем я понимаю, это театр. Я буду руководить своим театром.

Хуан Кальдерон: То есть ты не будешь выступать?

Рафаэль: Я буду выступать как шоумен, но я буду своим собственным менеджером.

Хуан Кальдерон: Ты великий путешественник. Ты пробудешь в Мексике месяц?

Рафаэль: Нет, девятнадцать дней и дам двадцать один концерт. У меня есть еще другие контракты, которые надо выполнять. А потом - бегом заняться тем, что было мечтой моей жизни. Спеть в Palau de la Musica в Барселоне. Это настоящий храм, огромный, в нем впечатляющий орган. Там выступали Пласидо Доминго, Монсеррат Кабалье, джазовые оркестры, Лондонский симфонический оркестр. Это хороший старый театр. У многих артистов тоже есть театры, куда им сложно попасть. Но я не слишком настаивал. У меня обычно на все не хватает времени. Я двенадцать лет не пел в Барселоне. А потом меня пригласили на радио и сказали «Palau в твоем распоряжении».

Хуан Кальдерон: Было ли за двадцать лет творчества что-нибудь, что тебе не удалось сделать?

Рафаэль: Нет. Любители телесериалов говорят, что они требуют много сил и времени. Это ложь.

Хуан Кальдерон: А теперь – как ты относишься к своему статусу отца?

Рафаэль: У меня слюнки текут при взгляде на них.

Хуан Кальдерон: Мы познакомились с прошлое Рождество в доме общих друзей. Я знаю Наталию, но не видел твоих детей.

Рафаэль: Когда они родились, родился я как популярный отец. К примеру, мой сын Хакобо – очень серьезный ребенок. В моем дом в Мадриде есть киностудия, и он иногда спускает ко мне и говорит «Тебя показывают по телевизору». Их не волнует, что я появляюсь на телевидении, в журналах. Отец – это отец. С младшим мы закончили сезон в Нью-Йорке и вернулись в Мадрид, чтобы повидать моих детей и жену. Когда я в пижаме спустился к завтраку, я сказал: «Боже мой! мы похожи на нормальную семью».

Хуан Кальдерон: Сколько времени ты проводишь вне дома?

Рафаэль: Достаточно много. Но зимой мы всегда оказываемся вместе.

Хуан Кальдерон: Ты столько летаешь, что авиакомпании должны делать тебе скидку.

Рафаэль: Да, уж побольше, чем команданте.

Хуан Кальдерон: Кончается 1988. Какие у тебя планы на 1989? Уже есть контракты?

Рафаэль: Да. Новый год я встречу в Майами, а на следующий день, второго января, улечу в Пуэрто-Рико на особенный концерт в честь победы моего любимого близкого друга, губернатора Пуэрто-Рико, Рафаэля Эрнандеса Колона, лозунг которого «Yo soy aquel» - я тот, за кого надо голосовать. После этого я буду в Касабланке на особенном концерте в пользу фонда борьбы со СПИДом, с президентом Бушем. А потом – Венесуэла, Аргентина, Мексика, Япония, Лондон, Португалия, и снова Олимпия. И следом я снимусь в фильме у сына, но это еще вилами по воде писано, потому что он еще не сказал «да». Фильм будет совместный испано-американский, и для меня есть роль. Я все еще видная фигура.

Хуан Кальдерон: И еще вопрос – кому из артистов ты желаешь успеха на новом этапе внедрения системы американского телевидения ECO в Европе?

Рафаэль: Всем. Мигелю Алеману, моему куму, тебе, Хакобо Заблудовски... всем большого успеха, и пусть в Европе увидят, что такое хорошее телевидение. Я говорю не про США, а про всю Америку (показывает)

Хуан Кальдерон: Спасибо.

Рафаэль: Спасибо тебе.

Рафаэль поет Siempre estas diciendo que te vas

Перевод Татьяны Орловой
Опубликовано 15.08.2026