Рафаэль в программе "La mañana de Pablo Aguilera" на радио Pudahuel FM (Чили). 2018

RAPHAEL EN "LA MAÑANA DE PABLO AGUILERA" EN PUDAHUEL FM (CHILE). 2018

5 июня 2018 года

Рафаэль прибыл в Аргентину, чтобы продолжить свое турне "Loco por cantar" и дать два выступления в стране. Ее свободным днем воспользовались на популярном радиоканале, где он дал развернутое интервью.

 Рафаэль Мартос Санчес

Пабло Агилера: Сегодня в нашей студии сам Рафаэль, один из величайших артистов испанской эстрады. Аплодисменты! Спасибо за то, что ты пришел к нам.

Рафаэль: Вы – мой рупор. Мне приятно быть с вами, на любимом радио, ведь мы знакомы много лет.

Пабло Агилера: Мы немного пройдемся по твоей биографии. Мигель Рафаэль Мартос Санчес родился в Линаресе (Хаен, Испания) и уже в шестидесятые годы создал свои первые хиты: Yo soy aquel, Al ponerse el sol, Hablemos de lamor, Mi gran noche.

Рафаэль: Она через много лет снова вошла в моду и чаще всего звучит на испанском радио.

Пабло Агилера: У нас в Чили есть передача, которая начинается с этой песни.

Рафаэль: Меня очень трогает, что когда на стадионе забивают гол, весь стадион поет Mi gran noche. Непонятно, кто ее выбрал – но ее поют болельщики Мадрида, Реала, Барселоны...

Пабло Агилера: А ты за кого болеешь?

Рафаэль: За сборную Испании.

Пабло Агилера: Когда ты впервые приехал в Чили?

Рафаэль: Не помню точно. В шестидесятые. У меня все немного путается.

Рафаэль Мартос Санчес

Пабло Агилера: Я попытался написать историю, пережитую с твоими песнями, и у меня получилось около сорока листов. В 1982 ты получил урановый диск за продажу пятидесяти миллионов дисков, уникальную награду, которая есть лишь у Майкла Джексона и группы Queen.

Рафаэль: Ее больше не существует, потому что никто теперь не сможет продать пятьдесят миллионов дисков. Эти времена прошли. Могут быть заходы на порталы, но в физической форме – нет. Мне повезло жить в тот период и добиться продажи пятидсяти миллионов экземпляров одного двойного диска.

Пабло Агилера: У меня в руках чудесный тройной альбом с танго, болеро и ранчера. Как ты сделал такую комбинацию песен?

Рафаэль:  Америка для меня – как второй дом, это все знают, это заметно. Меня все там знают, мы говорим на одном языке Я решил воздать ей дань уважения. Я фанат народных песен.

Пабло Агилера: Давай послушаем чудесное танго.

Звучит La cumparsita

Рафаэль: Мне так легко петь, потом что песни Америки в музыкальном отношении очень схожи с андалузскими. Я это заметил, когда слушал в исполнении Пиаф «La foule»: как это перуанская песня с французскими словами оказалась так близка мне?

Пабло Агилера: И перуанский костюм очень похож на андалузский. Что происходит, когда ты слушаешь твои собственные песни – такие, как в этом альбоме?

Рафаэль: Этому альбому четыре года. Я их не слушаю. Я вижу только недостатки, и вдобавок знаю, когда они прозвучат, и заранее дергаюсь: вот сейчас, вот сейчас... У меня есть одна очень важная для моего творчества песня, в которой я желаю жуткую вещь: вместо tinieblas говорю– trinieblas. и это растиражировано на миллионах пластинок. Каждый раз, когда z это слышу, я готов умереть.

Пабло Агилера: Здесь в блоке болеро много песен, которые я слушал еще в детстве. B танго? которые пел Лучо Гатико. Мне кажется, танго трудно петь тому, у кого оно не в крови.

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Я на своем примере доказал, что это не так. Когда я записывал танго в Буэнос-Айресе перед живым оркестром, они на меня смотрели квадратными глазами – они не верили: «Где ты родился?» – Я андалузец.

Пабло Агилера: В блок болеро вошла Trespalabras. Давай послушаем ее немного.

(Звучит Tre spalabras)

Пабло Агилера: Как ты чувствовал себя, исполняя болеро?

Рафаэль: Очень хорошо, как у себя дома. Латинская Америка - мой дом.

Пабло Агилера: Тебе трудно было отбирать песни?

Рафаэль: Танго не так много. Да, их много, но очень хороших - немного. Болеро - тысячи и тысячи, очень трудно выбрать двенадцать или четырнадцать болеро.

Пабло Агилера: Мы никогда не говорили о твоем детстве – только о повседневной рутине, о том, что ты собираешься делать, о концертах и дисках. А какие воспоминания остались у тебя о детстве?

Рафаэль: Я пел с четырех лет, и мое детство – это музыка. В школе я был солистом хора, в обмен на пение я бесплатно учился, моим родителям мое обучение не стоило ни гроша. Я расплачивался пением. А привел меня туда мой собственный брат (он на четыре года старше меня). Он тоже пел в хоре, но не мог взять некоторых нот, и тогда сказал «У меня есть брат, которые споет эти ноты». – А сколько ему лет? – Четыре, он совсем маленький. – Приводи его! Он меня привел, и меня взяли.

Пабло Агилера: Как к этому отнеслись твои родители?

Рафаэль: Мне они ничего не говорили, но они были рады: двое детей учились в школе, и они ни за одного не платили. Я был в хоре до девяти лет и получил премию лучшему голосу Европы в Зальцбурге (Австрия). Но я не думал становиться певцом. Я хотел быть актером. Когда мне было лет тринадцать или четырнадцать, меня приглашали только петь, а я хотел играть. Но я понял, что моя судьба – пение. 

Пабло Агилера: Но ты не только певецна сцене ты актер.

Рафаэль: Я совмещаю эти две вещи.

Рафаэль Мартос Санчес

Пабло Агилера: А также снимаешься в кино. Что ты думаешь о своих фильмах?

Рафаэль: Сейчас они часто идут на телевидении. А последний фильм был снят два года назад Алексом де ла Иглесия – это «Migrannoche». Я подумываю о другом фильме, но мои турне такие продолжительные, что очень трудно взять на себя обязательство, связанное с съемками в фильме.

Пабло Агилера: И еще тебя приглашают на радио... но нам приятно быть частью твоей жизни. В скольких фильмах ты снялся?

Рафаэль: В двенадцати.

Пабло Агилера: Недавно я смотрел твой фильм, где ты совсем молоденький. В нем был сюжет, позволивший тебе показать себя не только певцом, но и актером. Не помню названия, но действие разворачивалось на острове, там еще была девушка...

Рафаэль: А, это «El golfo».

Пабло Агилера: Это чудесный фильм. И завершая разговор об этой трилогии, поговорим о ранчера. Это тоже фольклор – мексиканский. 

Рафаэль: Мне нравится рисковать, берясь за новые вещи, это помогает двигаться вперед. На моем концерте, который публика увидит в пятницу и который я называю прогулкой по Америке, я буду петь хорошо известны всей Америке песни.

Пабло Агилера: Через два дня ты дебютируешь в Чильяне, а позднее, восьмого июня – здесь, в Сантьяго. Жители Чильяна готовятся.. Это очень красивый край высокой культуры. Раньше там была железная дорога, которая шла вдоль побережья – в Консепсьон. И поезда были нагружены фруктами, морепродуктами, которые везли на рынки. И там делают потрясающую агуардьенте.

Рафаэль: Я не пью!

Пабло Агилера: Я тебе ее не рекомендую, она слишком крепкая, но вкусная. Выберем одну ранчера, чтобы послушать.

Звучит Ella

Рафаэль Мартос Санчес

Пабло Агилера: Ты поешь действительно в стиле Халиско (штат в Мексике). Я принес этот альбом специально, потому что для меня удовольствие слушать, как ты исполняешь такие разные, но так хорошо сочетающиеся жанры.

Рафаэль: Я готовлю диск, который станет настоящей бомбой, он может сравниться с работой всей моей жизни. Я пишу его в Лондоне. Но я не могу удовлетворить твое любопытство, потому что хочу устроить сюрприз. Он выйдет в декабре. Я там берусь за все, это будет чудо. 

Пабло Агилера: С эпохи шестидесятых прошло пятьдесят восемь лет, ты получил все возможные премии в искусстве. И ты всегда был привязан к свой семье детям, ты постоянно общаешься с ними благодаря компьютеру.

Рафаэль: Да.

Пабло Агилера: И так было всю жизнь.

Рафаэль: Всегда.

Пабло Агилера: Но были искушения...

Рафаэль: Он говорят о том, что могло бы произойти – и хорошо, что ты их избежал. Но тут каждый решает сам. Я вел очень размеренную жизнь, несмотря на поездки. Мне очень повезло жениться на очень организованной женщине. Мои дети не совсем такие, но они тоже идут правильным путем. А их дети...

Пабло Агилера: Кстати, сколько у тебя внуков?

Рафаэль: Детей моих детей – уже восемь. Все красавцы, хорошо воспитаны и очень похожи на своих родителей.

Пабло Агилера: А кто-нибудь похож на отца его отца? 

Рафаэль: Они слишком малы, чтобы узнать это. Я понятия не имею, кем они станут, чем будут заниматься. Я вот хотел стать актером – и ошибся.

Рафаэль Мартос Санчес

Пабло Агилера: В твоей жизни был также тяжелый момент - пересадка печени.

Рафаэль: Для меня это была лотерея – и я выиграл. Мне поставили новый мотор – он, по крайней мере, от «Мерседеса» или «Роллс-Ройса». И он обеспечивает мне потрясающую скорость. Не то чтобы мне понравилось, что я перенес трансплантацию, но раз уж ее сделали, то надо признать, что в этом были и положительные стороны. Я получил второй шанс.

Пабло Агилера: Твоя дисциплина достойна восхищения, и ты также являешься примером для других людей. То есть ты говоришь «Это возможно».

Рафаэль: Это возможно. Становитесь донорами, потому что это возможно.

Пабло Агилера: К сожалению, в Чили низкие показатели донорства органов.

Рафаэль: Я не пониманию, почему. Когда я написал книгу об этом, я представлял ее в разных странах, в том числе и здесь, Чили. И я был разочарован, потому что заметил, что публика была плохо информирована. А продвижение таких вопросов должно решаться на правительственном уровне.

Пабло Агилера: Мы много говорим об это в прессе...

Рафаэль: Этим должно заниматься правительство. Все должно быть по закону.

Пабло Агилера: Сейчас ситуация изменилась: раньше надо было явно выразить свое согласие стать донором,. а теперь мы все доноры. роме тех, кто официально отказался бить им.

Рафаэль: Это замечательно. Потому что раньше люди, уполномоченные на забор органов, обращались к родным, а семья говорила «нет». В Испании не так.

Пабло Агилера: За счет донора – его печени, сердца или легких могут выжить пять человек. Например, Хосе Луис Родригес...

Рафаэль: Я был у Мирты Легранд, и вдруг позвонил Хосе Луис, чтобы поздравить меня. И сказал, что несколько месяцев назад он видел меня в Майами, и – я не мог поверить – он рекомендовал меня всем. В его случае ситуация немного другая – у него было двойная трансплантация, два легких. Послеоперационный период будет долгим, но у него все будет хорошо.

Рафаэль Мартос Санчес

Пабло Агилера: Да, для певца дыхание много значит. Как ты сказал, какой была твоя ошибка в песне?

Рафаэль: Trinieblas.

Пабло Агилера: У тебя есть список – сколько песен у тебя записано на этом этапе жизни?

Рафаэль: Мне надо посмотреть в документах.

Пабло Агилера: У меня тут есть список, такой большой – кажется, он никогда не кончится. Он отсортирован по годам. 1962: Tu, cupido... (перечисляет остальные песни). Почему тебе трудно было петь некоторые песни?

Рафаэль: Мне не хватало голоса.

Пабло Агилера: Он очень изменился?

Рафаэль: Да. 

Пабло Агилера: Люди, которые будут слушать тебя в Чильяне, увидят привычный им артистизм Рафаэля? Ты разобьешь зеркало и сделаешь подобные вещи?

Рафаэль: Позволь мне сделать им surprise (анл. сюрприз).

Пабло Агилера: Это невероятно – шесть листов плюс фильмография. Среди них есть любимая песня?

Рафаэль: Нет. Они все – мои дети. Очень трудно выбрать одну.

Пабло Агилера: Сделайте громче звук – идет песня A veces llegan cartas.

Рафаэль: Мне тогда было двадцать шесть лет.

Пабло Агилера: Это песня Мануэля Алехандро, который был твоим композитором много лет.

Рафаэль: И остается им, просто он более разболтан. Последнее, что мы сделал – диск El reencuentro, шесть лет назад, и больше он не писал.

Рафаэль Мартос Санчес

Пабло Агилера: Я хочу немного поговорить о диске Raphael Sinphónico. Это чудо – и CD и DVD. Пожалуйста, поставьте какую-нибудь песню с этого диска.

Звучит Yo sigo siendo aquel

Рафаэль: Я хотел Si, perono.

Пабло Агилера: Эти песни узнаются с первых же нот.

Рафаэль: Все песни Мануэля, написанные для меня, говорят обо мне.

Пабло Агилера: Как костюм, сшитый на заказ. Что происходит с артистом, который, как говорится в песне, закончив концерт, уезжает в отель, а его семья находится далеко. Что в этот момент чувствует артист?

Рафаэль: Во-первых, огромную радость от выполненного долга. Удовлетворение.

Пабло Агилера: В ушах еще звучат аплодисменты.

Рафаэль: Дело не в аплодисментах. Ты знаешь, что людям ты понравился, и они долго будут говорить об этом. А грустный момент – что твоя семья далеко. Но теперь мы не можем жаловаться – у нас есть все эти нахлобучки, мы можем общаться,. пересылать фотографии. Раньше было хуже, письма шли по три месяца.

Пабло Агилера: Но в конец концов артист, несмотря на все средства связи, ложится в постель один-одинешенек. Или...

Рафаэль: Один? Нет. Потому что с тобой вся твоя история, так что у тебя хорошая компания.

Пабло Агилера: Послушаем четвертую песню с твоего диска.

Звучит Si, perono

Пабло Агилера: Чудесная песня – и какие перемены. Это песня Рафаэля де Леона?

Рафаэль: Он написал для меня много вещей, среди которых и Migrannoche – он перевел с французского песню Адамо. Ее заказали для моего фильма «Пусть говорят», песня нам очень понравилась, а слова – нет. Тогда Де Леон сказал: «Ты не можешь петь такую плохую вещь». И написал для меня текст, который знают все.

Рафаэль Мартос Санчес

Пабло Агилера: Слова были такими плохими?

Рафаэль: Да, что-то про готовых на все девушек... а он придумал для меня другую историю.

Пабло Агилера: Там, наверху, поищите Migrannoche! Помимо симфонического диска, есть еще одна характерная для Рафаэля вещь. Рафаэль выходит на сцену с одним только пианистом и устраивает концерт. А на следующий год он появляется с симфоническим оркестром.

Рафаэль: Да, чтобы публика видела, что это артист берется за разные стили. А иногда и не надо брать огромный оркестр, потому что голос под рояль звучит очень мило. И хотя в зале десять тысяч зрителей, возникает очень интимная атмосфера. И надо петь по-другому. Не хуже или лучше, а иначе.

Пабло Агилера: И получается очень хорошо?

Рафаэль: Я делал так четыре года. Cerca de ti продержалась на сцене четыре сезона.

Пабло Агилера: Экономный концерт!

Рафаэль: Да. Но пианист был очень дорогой.

Пабло Агилера: Мы слушали Si, perono - какая чудесная вещь!

Рафаэль: Эту мелодию написал пианист Хесус Глюк, недавно умерший. А Рафаэль де Леон сочинил слова.

Пабло Агилера: Вот что бывает, когда встречается хорошая музыка и слова. И сенсационно хороший голос. Вернемся к Mi gran noche.

Звучит Mi gran noche

Пабло Агилера: 1966 год, переломный для меня.

Рафаэль: В Испании эту песню чаще всего слушают на радио и на футбольных матчах. Забивают гол – раздается эта песня.

Пабло Агилера: Тебе нравится футбол?

Рафаэль: Он нравится всем нам.

Пабло Агилера: У нашей сборной были проблемы, но все это временно. Мы переходим к Infinitos Bailes. Очень милая обложка – лицо Рафаэля на достаточно темном фоне. Это твой последний диск?

Рафаэль: Последний из поступивших в продажу. Следующий выйдет в середине ноября.

Пабло Агилера: Ты можешь что-нибудь рассказать о нем? А, это же секрет!

Рафаэль: Нет, просто так его будут ждать с большим интересом.

Пабло Агилера: Как сказали бы в Испании, «Карамба», потому что нельзя говорить о нем.

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Можно, но я не должен. Иначе меня будут упрекать: почему ты говоришь о том, чего еще не сделал? Сейчас я бы поставил песню Igual (locoporcantar).

Пабло Агилера: Какой это номер? Шесть? Благодаря технологии нас слышат на третьем этаже и поставят диск.

Звучит Igual (loco por cantar)

Пабло Агилера: Еще один костюм по твоей мерке. Кто написал ее для тебя?

Рафаэль: Это была авантюра, очень молодые авторы сочинили для меня песни – такие, какими они их видели. Не под заказ - сделайте для меня такую-то вещь, рассказывающую об этом или о этом.

Пабло Агилера: То есть все появилось спонтанно. Но это здорово.

Рафаэль: Это та песня из моих последних, что нравится мне больше всех.

Пабло Агилера: В воскресной передаче мы повторим все, о чем беседовали. А теперь послушаем что-нибудь целиком. Чтобы в этой далекой стране на краю мира все знали, что с нами все воскресенье будет Рафаэль.

Рафаэль: Вы находитесь очень далеко, но мне приятно приезжать к вам. Это чудесная страна, я говорю это от всего сердца. Тут совершенно особенная публика.

Пабло Агилера: Как приятно, что ты так это воспринимаешь. Посоветуй нам еще песню с этого диска.

Рафаэль: С этого диска? La última ovación.

Пабло Агилера: Номер двенадцать. Тут четырнадцать песен?

Рафаэль: Да. А если хочешь еще одну – то это Cadaseptiembre, она тоже очень хороша.

Пабло Агилера: Сначала послушаем La última ovación. А потом прослушаем весь диск (смеется).

Звучит La última ovación

Рафаэль: Эта песня о моей жене. Написанная другой женщиной. Мне она очень нравится. Она того заслуживает, это великолепная песня.

Пабло Агилера: Кстати о твоем браке, который продолжается столько лет. Что думает твоя супруга о муже, который, словно моряк, путешествует по миру, проводя месяцы среди аплодисментов?

Рафаэль Мартос Санчес

Рафаэль: Она в восторге от того, как чудесно у меня сложилась карьера (которая до сих пор продолжается – ведь публика на моей стороне), что я от природы трудяга, который создал сам себя, который очень любит наших детей. Но путешествия – не по ней. В начале моей деятельности жена часто сопровождала меня. Но два года назад она выбросила белый флаг, сказав «»Хватит, приехали».

Пабло Агилера: Но женщинам нравится, когда муж работает на стороне, потому что если бы он весь день сидел дома, это было бы не лучший вариант. Какие у тебя планы на будущее? Мы уже знаем, что в ноябре выйдет чудо-диск. А будет ли фильм?

Рафаэль: Мне нельзя говорить, но я все же скажу. У меня в мыслях «Сирано де Бержерак», который уже был записан пять лет назад. Как «Доктор Джекиль и мистер Хайд» - версия для музыкального театра. Ведутся зашедшие далеко переговоры с мадридским театром Real о постановке «Сирано», где я буду играть время от времени. Не каждый день. Например, я пою там пятнадцать дней, потому занимаюсь другими делами. В последнее время так работает Пласидо Доминго – дает премьеру, поет пять дней и уезжает. Такие планы у меня на «Сирано». Я не могу засесть в театр на год, мне надо быть в разных местах.

Пабло Агилера: Я спрошу тебя об одном из твоих многочисленных дуэтов. Но сначала послушаем песню, которую ты тоже называл. Это номер четыре.

Рафаэль: Эй, наверху, поставьте номер четыре!

Звучит Cada septiembre

Пабло Агилера: Я начинал на радио. А теперь весь мир может общаться друг с другом по интернету, телевидение начало терять свои позиции.

Рафаэль: Радио не может сдаться. Мы лет двадцать назад обсуждали это тему, и не помню кто, кажется, Иньяки Габлондо, предсказывал: это исчезнет, то исчезнет, телевидение исчезнет. А радио не исчезнет, потому что они никому не мешает.

Пабло Агилера: Я думаю, это магия – вещи, которые невидимы, такие, как музыка и чувства, оказываются вечными. То, что видно, ограничено. Вера тоже невидима. Я думаю, радио вписывается в эту концепцию – его только слушают.

Рафаэль: Да. Оно невидимо. И оно оставляет тебе простор, чтобы мечтать. А на телевидении все уже показано. 

Пабло Агилера: И то же самое с чтением: ты читаешь и проживаешь почитанное.

Рафаэль: Конечно. И проживаешь это на свой лад. И это часто не совпадает с тем, что говорит автор.

Пабло Агилера: Мы приближаемся к финалу - в беседе целый час прошел, как одна минута. Ты упоминал двух Росио. Давай вспомним Росио Хурадо.

Рафаэль: Она тут!

Звучит Sevilla в исполнении Росио Хурадо

Пабло Агилера: Это сложная вещь, там такие ноты.

Рафаэль: Но она могла все. У нее был выдающийся голос.

Пабло Агилера: Ты был их другом. Но между собой две Росио не дружили, там были свои маленькие проблемы?

Рафаэль: Я дружил с обеими, по отдельности.

Пабло Агилера: Рафаэль, беседовать с тобой было на самом деле не просто удовольствием, а честью. Это был краткий пробег по твоей дискографии, иначе мы проговорили бы целый месяц. Я хочу пожелать тебе всей удачи мира в твоих проектах и всех делах. И будем ждать ноября с новым диском.

Рафаэль: Я возлагаю на него большие надежды, он великолепен.

Пабло Агилера: Пусть публика в Чильяне примет тебя со всей любовью, как всегда, и в Movistar Arena - точно так же. Ведь это спектакль достоин того, чтобы его увидеть, участвовать в нем и, что самое главное – прожить его. Я благодарю тебя за то, что ты был с нами.

Рафаэль: Для меня это тоже удовольствие. Каждый раз, когда у тебя будет возможность, а я окажусь тут, звони мне, и я приду.

Пабло Агилера: Осторожнее!

Рафаэль: Я всегда выполняю свои слова. Я бы пригласил тебя в Москву, но это далековато.

Пабло Агилера: Не езди на мундиаль, лучше вернись к нам.

Рафаэль: Я имел в виду, что я поеду туда в феврале следующего года.

Пабло Агилера: И мы завершаем передачу песней Росио Дуркаль, которая тоже имеет некоторое отношение к этому великому вечеру. Мы должны быть благодарны жизни за то, что годы прошли - и у меня их больше, чем у тебя.

Рафаэль: Но это чудесно, что годы идут. Потому что противоположный случай – отнюдь не приятная вещь.

Рафаэль Мартос Санчес

Пабло Агилера: Точно. Благодарность, радость и аплодисменты, пожалуйста! За то, что ты с нами пятьдесят лет. Поприветствуй нашу публику.

Рафаэль: Я не просто приветствую вас, а шлю вам объятие, исполненное любви и благодарности. Вива, Чили! Я жду вас послезавтра в Чильяне, а в пятницу у нас будет наша великая пятница в Movistar Arena Еще один год с вами ваш Рафаэль.

Пабло Агилера: Большое спасибо! 

Перевод Р.Марковой
Опубликовано 07.06.2018

Дополнительные материалы:

Возвращение Рафаэля с программой "Loco por cantar" / 
El regreso de Raphael con "Loco por cantar" (Chile). 2018

Raphael llegó a chillán “loco por cantar”. 2018