El estilo es el hombre

СТИЛЬ – ЭТО ЧЕЛОВЕК

Рафаэль Мартос Санчес родился в Линаресе, в провинции Хаен, 5 мая 1945 года, его родители - Франсиско и Рафаэла. У него три брата: Франсиско, Хуан и Хосе. Образование: бакалавриат. Музыкальное образование: никакого.

Рафаэль певец Испания

Цвет глаз – темно-карий. Волосы – русые, оттенка кукурузных рылец. Характер – веселый, хотя с некоторыми оговорками. Военную службу проходил в танковом полку в Мадриде. Зодиакальный знак – Телец. Любимое число - 13. Спорт – плавание. Фрукт – банан. Напиток – пиво. Животное - лошадь. Идеал женщины – Мария Шелл. Писатель – Жюль Верн. Драматург – Жан-Поль Сартр. Поэт – Беккер. Исторический персонаж – Сид. Литературный персонаж – Дон-Кихот. Любимые певцы – Эдит Пиаф, Жильбер Беко, Милва, Элвис Пресли(42), Джуди Гарланд и Фрэнк Синатра. Лучший друг – он сам. Первый успех – песня «Te voy a contar mi vida (я расскажу тебе свою жизнь)».

Рафаэль не носит часы, любит яичницу, его любимый цвет – черный, он любит безголосых птиц, его ванная комната – это просто чудо; он молится по утрам и перед сном, он почитает Христа из Мединасели, его любимая рубашка красного цвета, он почти всегда носит черные ботинки, предпочитает чай, а не кофе, проснувшись, он пьет апельсиновый сок, не любит бриться (но бреется), никогда не носит шариковую ручку, но пользуется, если ее предлагают, часто носит шляпу, он любит писать, а вот читать – не очень; когда он один, любит слушать диски, на репетициях он никогда не поет слов песен и обходится вокализом, у него достаточно много веснушек, он грызет ногти, он получил больше миллиона предложений вступить в брак.

(Из его биографических данных).

Я вспоминаю, как познакомился с Рафаэлем летом 1967 года в его доме, номер двенадцать по улице Хуана Рамона Хименеса. Я шел по улице, стараясь быть пунктуальным, как это свойственно ему. Неподалеку от дверей стояла на страже группа девушек. Поднимаясь в лифте, я думал о тяжелой доле портье в доме Рафаэля. Он показал мне его квартиру, полную круглых зеркал и кресел-качалок. На столике лежала книга - «Автобиография Чаплина». Рафаэль был очень озабочен своим подбородком, который плохо получался на крупных планах. Он настоял на том, чтобы я не снимал  его ни в профиль, ни снизу.

Далматинец Бруно носился по дому. Рафаэль, пристроившись на диване, поглаживал его, и мы беседовали. Я подумал, что Рафаэлю очень идет дружить с животными. «Собаки, – говорил доктор Манрике, психоаналитик, профессор Нью-Йоркского университета, - хорошая компания; это верное и благодарное животное. С собаками ты не испытываешь ни робости, ни комплексов, никакого давления, потому что ты не боишься показаться смешным, они умеют хранить тайны». Я знал Рафаэля еще недостаточно близко, чтобы утверждать, что его любовь к животным – лишь возмещение нехватки человеческой любви. В любом случае собака всегда была для некоторых «артистов» обычной уловкой, помогающей обойти уязвимые места в их имиджах.

Мое внимание привлек раскатистый смех, стереофонический магнетический хохот Рафаэля, знак высшей степени довольства собой. «Я смеюсь не потому, что чувствую себя выше кого-либо, а потому, что я счастлив, очень счастлив».

Я вспомнил также, что дни своего отдыха, а их бывало не более шести за все лето, Рафаэль называл «дни воздушных ям». Но ясно, что лучшим местом в жизни он считает дорогу или самолет, общение со своей публикой, и то, что он называет «суета с автографами». Вдали от электризующего напряжения своих концертов Рафаэль показался мне оранжерейным цветком. Он включил магнитофон с лентами, записанными на его последнем выступлении в Мехико. Фоном шли крики «Монстр!», «Монстр!»

Обрати внимание, – сказал он, - меня называют монстром, как Манолете.

Мы говорим о политике и политической песне. Его не интересует эта тема. Рафаэль достаточно ясно сказал, что он «нравится всем людям, у которых не извращенное мышление». Назначение искусства для него – развлечение и только развлечение. «Если я гожусь на то, чтобы отвлечь и развеселить людей, я считаю себя счастливым. Глупо и смешно пытаться делать что-нибудь другое».

Он также четко сформулировал свою идею Испании, которая не сильно отличается от идеи Маноло Эскобара. (Эскобар говорил Порселю в «Destino»: «Испания! Я предпочитаю Испанию! Испания для меня значит все! Испания – твоя мать, твоя родина, причина самого твоего существования, и ее ты должен будешь защищать, если когда-нибудь это понадобится. Понимаете, я не знаю другой Испании, кроме той, которую знаю, и поэтому она кажется мне лучшим местом в мире».)

Рафаэль отвечает Раулю дель Посо (из «Pueblo») на вопрос «Что ты думаешь об Испании?»: «Я думаю, что в будущем все будет хорошо. Я поклонник Франко. Он, не знаю, как тебе сказать, - он внушает мне доверие. Все что он делает, представляется мне верным. Коричневые(43) заняли все посты. Мир переживает кризис, он неспокоен. Весь мир знает, что я франкист, к чему отпираться».

Рафаэль сказал, что в газетах он читает лишь заголовки. У него смутное представление о войне во Вьетнаме, он не понимает ее: «Раз уж те, кто руководит и направляет эту войну, продолжают ее, для этого есть какие-нибудь причины. Они умнее меня и потому считают ее интересной».

Мы говорим о других событиях этого безумного лета, которое носило его по дорогам страны. «Мне трудно уснуть, ведь мне приходится работать до двух ночи, и сон ко мне приходит не раньше пяти утра. Это из-за нервного напряжения. А когда я ложусь, я верчусь в постели, как сардинка, словно получаю электрический разряд». Он очень боится дорожных аварий. «Я думаю, что если упаду с самолета, то разобьюсь в лепешку и уйду в лучший мир, но на машине… В машине я умираю со страху. Но чего я больше всего боюсь в этой жизни – это лишиться руки или ноги, остаться калекой…».

Но потом воздушная яма заканчивается, и Рафаэль возвращается к своей машине, к круговерти событий, к шумихе. Мы просили наших корреспондентов поделиться впечатлениями от пребывания Рафаэля в различных испанских столицах(44). Среди прочих после выступления Рафаэля в Хихоне нам позвонил Хуан Аскона: «Пожилых дам (всегда склонных к нежности) сводили с ума его беззащитные детские жесты, челочка на лбу, церемонное приветствие с глубоким поклоном, печальная улыбка, художественная естественность. Он фееричен, фантастичен, феноменален (и все это через «ph»), и ведет себя как тот, кем он является. Как тот, кто понял, что упорство – это тоже стиль. Как тот, кто поет на пластинках или на телевидении. Как Рафаэль, со своими физическими возможностями, со способностью победить в августовском марафоне, спрыгнуть со сцены в зал, жестикулировать, плакать и смеяться и обливаться потом». «Нет никакого сомнения, - говорит Аскона в своем репортаже, - что он завоевал Хихон. Но не просто весь Хихон, а специфический и конкретный Хихон. Никакой поп-музыки – только "Antoсita Moreno». В тергалевом(45) костюме и при шарфе. Без «синих джинсов»(46) и макси-мини-юбок.».

Лус Миранда из Сан-Себастьяна сообщает, что у нее «закружилась голова от восторга», когда она увидела Рафаэля в Ла-Конча. Лус внимательно смотрит вокруг, чтобы рассказать нам обо всем: «Рядом со мной изящная худенькая девушка, которая проплакала весь концерт. Слезы медленно стекали по ее щекам, но она, казалось, не замечала этого. И ей было так же хорошо, как и тем, кто кричал от восторга! Красивую смуглую девушку приходится каждый раз, когда певец спускается в зал, держать, чтобы она не бросилась на него. Около меня очаровательная бабушка лет восьмидесяти говорит, что мечта ее жизни – познакомиться с этим молодым человеком, поющим словно ангел. Элегантная дама тоже желает познакомиться с ним и в перерыве отправляется к нему с визитом. Рафаэль дважды целует ее, словно свою мать. Вот пожилая женщина с костылями заняла место у забронированного столика, чтобы ее не затоптали в толпе. И множество знакомых всем лиц - министры, артисты театра и кино, другие известные личности этого космополитического общества аплодирует певцу. С другой стороны, местное радио уверяло нас, что Рафаэль – артист, которого выбрал народ на улицах. В передачах для рыбаков, рабочих, трудящихся на фабриках и в поле, всегда первыми звучат просьбы передать Рафаэля».

Нам описывали все, что случилось за последние десять лет – все шаги Рафаэля, его сценографию, его любовные выходки. «Это правда, что между тобой и Авой Гарднер(47) что-то есть?» «Могло бы быть». «Ты влюблен?» «У меня нет времени влюбляться». «Я обожаю детей. Мне нравится одиночество. Иногда мне нравится быть одному в окружении пятидесяти тысяч людей. Наркотики – легкий способ убежать от проблем. У меня в одном месте шило, я не могу и пяти дней пробыть в том же самом месте. Для некоторых я остался так и не повзрослевшим ребенком. Или «звездой». Я больше чем звезда. Я артист. Критические статьи очень огорчают меня из-за окружающих меня людей. Весь мир злится на артистов, мы – козлы отпущения для любого гнева. Даже сравнивать нельзя, насколько страшнее падение дома, чем плохое выступление Мануэля Бенитеса(48) на корриде; но о падающих домах молчат, зато вовсю обсуждают неудачные вечера тореро, проигрыши боксеров, жизнь артистов и футболистов. Мы для публики и средств массовой информации – способ спустить пар и устроить передышку; не имея возможности обсуждать или критиковать другие вещи, они сердятся на нас.»

Рафаэль, обладатель тенора, владеющий отточенными жестами, - это певец, для которого работа (работа для Рафаэля как наркотик) – способ вылечиться от неврастении. Как и Эль-Кордобес, он вызвал к жизни целый поток сплетен и слухов, журнальных публикаций и репортажей, откровений для ненасытных поклонников, которые стали известны в последнее время. Он снялся в нескольких фильмах, что дало поклонницам возможность в мечтах идентифицировать себя с главной героиней, «невестой» Рафаэля. Он проснулся, чтобы вы услышали мечты подростков. «Мечтайте, - однажды сказал Луис Мариано, – на самом деле я только наследник вашего плюшевого мишки: я завернулся в свой собственный миф, я принадлежу всем и никому, я совместим со всеми, я человек-объект, продукт испанской системы изготовления звезд». В крови Рафаэля живет вирус «его публики». Он владеет техникой демонстрации скромности и сердечности. Он беспорочный певец, может быть потому, что, как писал Умберто Эко(49) в эссе «Апокалипсис и присоединившиеся к нему»: «массовая культура в своем стремлении к «средневековью» имеет некую механистическую нравственность, в силу которой отвергает все, что считает анормальным».  

Перевод А.И.Кучан
Первая публикация 30.06.2010
Новая редакция 18.05.2015

 

Примечания переводчика:

(42) Элвис Аарон Пресли (1935-1977) – американский рок-певец, «король рок-н-рола».

(43) Франкисты.

(44) Главный город каждого автономного сообщества в Испании именуется столицей.

(45) Тергаль (он же дакрон) – модная в 60-е годы синтетика, полиэфир.

(46) En blue jeans et blouson d'cuir (В синих джинсах и кожаной куртке) – блюз С.Адамо (1962).

(47) Ава Лавиния Граднер 91922-1990) – американская киноактриса.

(48) Мануэль Бенитес Перес (род.1936), прозванный Эль-Кордобес (кордовец, житель Кордовы) – испанский тореро, друг Рафаэля.

(49) Итальянский писатель и философ (род.1932).