Приветствие от Мартос-Фигероа. 1978

UN SALUDO DE LOS MARTOS-FIGUEROA. 1978

Что ж, правда в том, что ... это первый случай, когда семья Мартос Фигероа, включая последнего отпрыска, оказалась в полном составе.

Это стоило большого труда и часов ожидания. Но мы добились своего: собрали Наталию, Рафаэля и трех их детей в одном репортаже. (Наталия, в том же платье, в котором она была при представлении прессе ее новорожденного сына; Рафаэль, скорее спортивный: без галстука, в сером джемпере под горло.)

Наталия улыбается. Наталия счастлива. Хотя она говорит нам: Хотя у меня часто появлялась мысль завести четырех детей, я остановлюсь на этом: трех мне хватает.

Рафаэль кивает: Да, она права, потому что мир не таков, чтобы приносить и приносить в него людей. (Ну, я когда-то говорил, что хочу гораздо больше детей. Но теперь я сожалею об этом)

- Но, Рафаэль, дети (многодетная семья) это налоговые скидки.

Да, она обеспечивает скидки ... и изматывает тоже.

Я имею в виду, что… ты отрезал колету*?

Нет, ради бога, я ничего не режу.

Хакобо (5 лет) улыбается. Хакобо не сводит глаз со своего брата Мануэля. Алехандра (4 года), в свою очередь, трогает за руку своего младшего брата.

Мы спросили ее:

Что ты думаешь о своем брате Маноло?

- Его зовут не Маноло... его зовут Мануэль.

Мы спросили Наталию, как прошли роды. Или лучше: краткий итог... рождения троих детей.

Все очень просто, хотя на самом деле это болезненно, как бывает с каждой женщиной. Но если бы надо было найти общий знаменатель для всех трех родов, я бы выделила голос Рафаэля после того "ступора", в котором ты находилась при родах. Да, всегда - все три раза - первым, что я слышала, был голос Рафаэля, который говорил мне: "Это был мальчик, это была девочка и так далее…

Тебе всегда давали анестезию?

Никогда. Что происходит, так это то, что почти в конце родов ты немного "в отуплении".

По-видимому, Наталия во время родов работает как часы. Как и Рафаэль... всегда приезжал вовремя.

Даже в этот раз, - комментирует певец, - когда я добрался до Мадрид в 6 часов утра (из Мексики) я поехал на свадьбу (женился мой брат)… и я вернулся домой как раз вовремя, чтобы отправиться с Наталией в клинику. Наталия, в свою очередь, продолжает вспоминать рождение своих детей:

Да, Рафаэль всегда был рядом со мной, сразу же после того, когда они родились. И это очень утешает. Я помню, что и в этот раз, и в оба предыдущих всегда говорил мне: "он родился, это так... все в порядке, все прошло..." (Но, в общем, мне очень неловко говорить обо всем этом, потому что речь идет об очень интимных вещах. Вы можете подумать, что это сентиментальность, но в то же время я знаю, что женщины, многие женщины, которые прошли через тот же трудный момент, понимают, о чем я говорю.)

Ты кормила грудью кого-нибудь из своих детей?

Никого. Ни этого, ни двух других. Короче говоря, я боюсь, что, если я говорю это таким образом, кто-то может подумать, что я ненормальная мать. Но дело в том, что я... единственное, что я делаю, единственное, что я всегда делала, это следовала советам моего врача, доктора Рекассенса. Он сказал мне, что я нервничаю, что искусственное вскармливание лучше... и я последовала - и неукоснительно следую его советам. Но с другой стороны, я чувствую себя... очень матерью. Ну, я весь день хлопочу вокруг своих детей. Так, что я думаю, что иногда надо мной даже посмеиваются, насколько я зациклена на них…

Твои дети «наследуют» одежду от других?

Знаешь, вот эта девочка почти все получила в наследство. За исключением юбки, которую я ей купила. Правда, было несколько пар новых башмачков. Можно сказать, что единственным, кто надевал новую одежду, (то есть он был первым) – это Хакобо

Ты сама шьешь им одежду?

Я им вяжу. Этим летом я связала для новорожденного новый джемпер. Вязать я очень люблю. И вы уже знаете, что я хотела мальчика, и поэтому не делала ничего розового: все было белое, бежевое и синее.

В течение нескольких минут мы фотографируем семью в полном составе. В том же самом месте, где состоялось официальное представление Мануэля Мартоса прессе. Внезапно Хакобо (он очень подвижный) говорит, что хочет уйти и поиграть. Рафаэль говорит ему: «Подожди минутку». Хакобо настаивает: «Я ухожу». И Алехандра добавляет: «Я тоже».

Рафаэль, ты строг со своими детьми?

Мне нравится, когда они подчиняются.

Ты привозишь им много подарков, когда приезжаешь?

Мало, потому что у них уже есть много всего. Я не хочу, чтобы мои дети видели во мне короля-мага, который приходит нагруженный разными вещами; я не хочу, чтобы у них сложился такой образ.

Другие дарят им много вещей; я - нет. И, с другой стороны, мне не нравится, что у них слишком много вещей: если их будет меньше… они будут больше ценить их.

Я увезу с собой двух старших, если можно назвать старшими - Хакобо и Алехандру... но, в общем-то, по сравнению с только что родившимся… они старшие. (То есть это почти первый - и на какое-то время единственный раз, когда мы все в полном сборе: все пятеро.)

Наталия останется с ребенком в Мадриде. И когда врач скажет ей, что она может путешествовать, она присоединится в Мексике к остальной семье. То есть мы проведем Рождество порознь.

Наталия комментирует: Мы "придумали" ездить с Рафаэлем, чтобы мы могли быть вместе. Иначе это было бы невозможно, поскольку, например, в прошлом году он одиннадцать месяцев находился за пределами Испании. (Ну, я тоже была с ним в Мексике; и я бы так и оставалась в Мексике, если бы не беременность и совет лечащего врача - первые несколько месяцев находиться в абсолютном покое).

Рафаэль, а сколько ты тратишь на телефонные звонки домой, находясь за границей?

Этого никто не знает. Потому что, помимо всего прочего, в придачу к разговорам с Наталией Хакобо всегда хочет мне что-то рассказать или, вдобавок, спросить, и Алехандра, чтобы не отставать, делает то же самое... Неизвестно, сколько я трачу на телефон.

Рафаэль говорит нам, что после своей поездки в Мексику он отправится в другие страны, включая, например, Австралию. И что он вернется в Испанию в конце следующей весны.

 В сентябре я планирую провести в Мадриде масштабное шоу.

И ты потратишь, как обычно, уйму денег… Тебе никогда не приходило в голову заниматься другим бизнесом, помимо музыки?

Никогда. Потому что я не понимаю ни в чем другом. Я вкладываю средства в свои спектакли, потому что это то, что я знаю и что мне нравится. Что, в сущности, означает инвестировать в... себя.

А как насчет завтрашнего дня?

Ну, завтра я, например, вижу себя только директором театра, разумеется, моего собственного театра. Повторяю - я вкладываю (и буду вкладывать деньги) в единственное, что может что-то дать мне и в чем я понимаю, а это я сам.

Хакобо уже ушел. Вслед за ним ушла и Алехандра. Наталия говорит:

- Она следует за ним повсюду… хотя Хакобо суров и иногда, если не сказать всегда, "наказывает" ее, он строг с ней. Но, как видишь, она его обожает.

Рафаэль говорит нам, что он измотан: С тех пор как я приехал в Испанию, я не останавливался: ведь у моего брата была свадьба (да, мой брат женился... и я не пригласил в прессу, потому что это была свадьба моего брата, а не моя), а Наталия собралась рожать … В общем, сейчас было бы лучше, если бы все эти дни мне приходилось ежедневно давать по паре концертов.

Говорит Рафаэль.

Я был в Мексике, когда мне позвонили. Я поговорил с Наталией и сказал ей: Я лечу туда первым же самолетом, не торопись. Потому что в таких ситуациях Наталия - как часы. И хорошо, что тем, кто поторопился, оказался я. Самолет прибыл почти на час раньше, чем планировалось, и я смог сопровождать ее. Мне всегда нравилось быть рядом с ней, когда она приводил в мир наших детей.

Это говорит Рафаэль. Вместе со своей женой и ее отцом, маркизом де Санто Флоро, он позирует фотографам на церемонии представления своего нового ребенка в одной из двух палат (113-я и 114-я), которые они занимают в мадридской клинике "LaPaloma".

Да, мы с самого начала думали, что это будет мальчик, - отвечает Наталия на вопрос одного из журналистов.

У Рафаэля Мартоса и Наталии Фигероа уже есть двое детей: Хакобо (ему пять лет, и Алехандра, которой четыре года). Новорожденному, который появился на свет с весом 3,4 килограмма, дадут имя Мануэль.

Крещение мы устроим в Мексике, - говорит певец. - Я вернусь туда через несколько дней с нашими старшими детьми. Я проведу Рождество с ними. Потом присоединится Наталия, которая приедет с малышом.

Кто будут крестным?

Мы думаем, что это будет Мигель Алеман-младший, сын бывшего президента Мексики, и Кармен Пахео, наша хорошая подруга.

В перерывах между вспышками фотокамер Рафаэль, Наталия и маркиз де Санто Флоро чокаются шампанским. Они передают ребенка друг другу, чтобы позировать. Они так счастливы, как будто он у них первый.

У вас еще будут дети?

Ну, ладно, ладно, - отвечает Наталия, - дайте мне отдохнуть.

Рафаэль улыбается, и кто-то напоминает ему, что, когда они поженились, он говорил о шестерых или более детях…

 Ах!... я это сказал...? Ну, хорошо, хорошо…

В комнате полно цветов. От друзей, родных, почитателей… С того момента , как поклонницы Рафаэля узнали, что их кумир находится в клинике, они круглосуточно дежурят, чтобы, хотя бы на мгновение, увидеть его, во время его приходов и уходов.

У Рафаэля еще много обязательств в Америке. Он возвращается туда, чтобы продолжить свои концерты, особенно в Мексике, где, как известно, у него есть дом. В его последних контрактах, тех, которые близки к дням, когда ожидалось рождение Мануэля, содержался пункт, позволяющий ему прервать свои выступления, чтобы съездить в Мадрид. И так он и сделал. Наталия, в свою очередь, в дни перед родами находилась дома у своих родителей, чтобы быть ближе к клинике. Супруги, как известно, живут в загородном особняке в окрестностях Мадрида.

Оливаре и Е.Мерино
12.1978
Перевод А.И.Кучан
Опубликовано 23.06.2026

Примечание переводчика:

*Тореро отрезают колету, когда навсегда уходят с арены