Рафаэль: когда он будет петь, а меня уже не будет. 2014

испанский певец Рафаэль

RAPHAEL: CUANDO ÉL CANTE Y YO NO VIVA. 2014

- Папа, а откуда Рафаэль родом? – спросила меня моя младшая дочь за несколько минут до начала концерта.

 - Из Линареса, Мария, он, как и мы, андалузец. А еще Рафаэль из того времени, которое было до того, как мы остались без гуманности, без искренних поцелуев, без любви на всю жизнь и без страстей, не знающих границ. Рафаэль из времени, которое было до того, как воцарился такой эгоизм. Рафаэль из времени, когда все доставалось большим трудом, когда удачи добивались, ежедневно работая до одури, как он поет, а не получали с помощью лести или воровства. И он из времени, когда безумцы не ходили на свободе (цитата из Un mundo sin locos). Он из тех времен, когда любили с силой порыва ветра и мощью моря (цитата из Como yo te amo) …

Рафаэль знал, что я, с его помощью, хотел сделать это воспоминание незабываемым для моих дочерей. Моих дочерей, оказавшихся  рядом с артистом, который дал возможность части сердца их отца заговорить, рядом с сообщником, у которого мой способ чувствовать мир – хотя, может быть, это я живу с его способом. Для моих дочерей, стоящих рядом с тем, кто  в своих песнях дал мне, подростку, язык, чтобы впервые отважиться сказать «Я тебя люблю», в то время как внутри меня звучала сжигающая все мелодия, и его энергичный голос казался  сотрясал землю, лежащую между мною и любовью.  Для моих дочерей, стоящих рядом с тем, кого описывала библия моих мечтаний в качестве певца, в стихах  с заповедями самопожертвования и самоотверженности,  и этим велением одиночества, в котором живут все те, кто посвятил себя творчеству.  Для моих дочерей, встретившихся с тем, кто   воспевал этот свойственный ему способ любить, который  столько раз совпадал с моим. Для моих дочерей, стоящих рядом с барабанщиком, приходящим каждое Рождество.

- Послушай, Рафаэль: однажды, когда я больше не смогу прийти сюда, но Марта и Мария будут продолжать слушать твой вечный голос, они всегда будут знать, что это тот самый голос, который волновал их отца, который показал ему самые неистовые способы жить и даже продемонстрировал (почему бы и нет) избыток неугасимого энтузиазма по отношению к жизни. Когда ты будешь продолжать петь (а ты будешь петь вечно), но меня уже не будет в живых,   одна из них скажет другой:

- Это Рафаэль! Тот, что так нравился папе.

И это получилось. Кто-то очень близкий к нему (его имя я предпочту не называть из-за уважения к скромному человеку)  позвонил мне на мобильник и открыл мне проход в гримерную, которая была чуть ли не бронированной ради спокойствия кумира:

- Рафаэль тебя ждет - тебя и твоих дочек.

Я догадывался, что после трех часов непрерывного концерта  я увижу скорее бункер, чем гримерку. Так что я поторопился.  Я вычислил, что там не будет никого, кроме нескольких счастливчиков вроде нас.  И даже  репортеров.  Я рассчитал хорошо.  И дал несколько точных наставлений на скорую руку:

- Единственный разрешенный снимок с Рафаэлем я сделаю сам, мобильником. Мне все равно, за столько лет у меня набралось уже много фотографий рядом с ним. Сейчас я хочу сделать вашу, как выйдет. Меня интересует именно она.

Я был озабочен тем, чтобы сделать эту ночь частью моего самого эмоционального завещания моим дочерям.

Мои предчувствия не обманули. Мы трое были с Рафаэлем наедине.

Войдя, я сказал ему, напомнив его собственное предложение, сделанное несколько месяцев назад, когда он был в Америке:

- Мы решили, что мы крепко обнимемся в Севилье.

Так мы и сделали. А потом я представил ему Марту и Марию, и он поцеловал их.

Мы поздравили его с успешным концертом. И добавили:

- Я предлагаю тебе три заголовка, чтобы ты выбрал, как назвать хронику, которую я опубликую в Sevilla Press. Один – что ты не устал петь звездам, как ты говоришь в “Volveré a nacer”.

- Но я не устал петь звездам…

- Я это знаю, Рафаэль. Я знаю, что, родившись заново тысячу раз, ты всегда будешь хотеть стать Рафаэлем. Второе название может быть таким: Рафаэль, певец с оскарами; потому что кажется, что за каждую песню ты получаешь эту статуэтку. И третье – что ты обещал Севилье возвращаться каждый год.  

- Вот это название мне нравится больше всего.

- Значит решено, друг.  Я поставлю его.

Я пригласил его сделать фотографию с моими девочками и он согласился без всяких ограничений, заметив, что мы нарушаем правила театра. Но так как не было никого, кто стал бы свидетелем того, что мы делали вчетвером, он лукаво бросил:

- Нас же сейчас не видят.

Я снова обнялся с ним, и мы ушли, благодарные этому исключительному человеку, который сойдя со сцены, где он демонстрировал полную самоотдачу публике, все еще сохранил щедрость, энергию и желание сотрудничать со мной  в вопросе наследия.

На следующий день я позвонил Наталии. Я был уверен, что ее муж полностью проинформировал ее о результатах всего концерта. 

Но это был не абы какой концерт. Это был концерт в Севилье, а я живу здесь. Поэтому я счел долгом вежливости  позвонить ей, чтобы именно севилец рассказал ей о том, что было  вчерашним вечером в  Fibes, хотя я и знал, что  это происходит с ним по всему миру.

- Это потрясающе, Наталия. Гениально. Неописуемо.  Люди сходят из-за него с ума.  Так что он даже пообещал Севилье возвращаться каждый год. Какой подарок его поклонникам!

- Спасибо, Хосе Мария. Рафаэль мне уже сказал, что ты был с дочерьми. Я очень благодарна тебе за этот звонок, потому что  все, что является благом для Рафаэля, делает счастливой и меня.

Да, Наталия. То, что является благом для Рафаэля, делает счастливой и тебя; и публику – миллионы людей, разбросанных по пяти континентам планеты, на которой, когда я перестану шагать по ней, найдутся дороги для моих детей, которые вечно будут овевать ветер с хорошей дозой незабываемых песен:

- Слушай, это же Рафаэль! Который нравился папе!


Хосе Мария Фуэртес
01.05.2014
www.sevillapress.com
Перевод А.И.Кучан
Опубликовано 02.05.2014

Послесловие к публикации:

На следующий день, после того как появился перевод статьи Хосе Марии Фуэртеса на наших страницах, он написал несколько слов об этом.

Было так волнительно осознавать, что тем трогательным моментом, когда мои дочери встретились с Рафаэлем, я смог поделиться с огромным количеством поклонников гениального артиста, и даже с теми, кто находится в Москве. 

Потому что без России невозможно было бы понять до конца, какого уровня успеха и масштабов популярности достиг испанский певец, чего до Рафаэля не добивался никто.

С ним в музыку моей страны вошла новая планета. Рафаэль первый ступил на Луну, в то время как испанские певцы довольствовались тем, что смотрели на нее снизу. 

И щедрость тех, кто ведет сайт VIVA RAPHAEL, который знает и читает вся Латинская Америка, кажется, распахнула перед всеми двери в ту гримерную, где я сделал один из тех снимков, которые всегда с самой большой любовью будут хранить  Марта и Мария.

Хосе Мария Фуэртес
02.05.2014
Перевод А.И.Кучан
Опубликовано 03.05.2014