Рафаэль, певец из Линареса, возвращается в Вальядолид с концертом, продолжающимся почти два с половиной часа. 2018

RAPHAEL, EL CANTANTE DE LINARES REGRESA A VALLADOLID CON UN CONCIERTO DE CASI DOS HORAS Y MEDIA. 2018

На концерте Рафаэля не бывает отступлений, пауз, тормозных моментов в ожидании того, что решит VAR (система видеопомощи арбитрам). Не бывает антрактов, не бывает перерывов, чтобы вздремнуть на диване.

Рафаэль сегодня такой, как всегда. Легендарный певец исполнил произведения со своего нового диска, вечные баллады и версии классических песен на Plaza Mayor, где иголке было негде упасть

На концерте Рафаэля не бывает пересадочных пунктов, красных сигналов светофоров и автозаправочных станций. Там нет остановки, и все это кафешка: место, где можно остановиться, чтобы тебе дали поесть. Потому что на концерте Рафаэля все имеет значение. Все важно. У него все – успех, обратившийся в песню. А что не в песню - то в овацию. Рафаэль наделен супер-способностью, иметь которую хотели бы многие певцы, но мало кто ее получает: он может сорвать аплодисменты, даже раньше, чем начинает петь.

Рафаэль Мартос Санчес

Певец улыбается публике на Plaza Mayor во время концерта

Он демонстрирует это, например, когда начинают звучать аккорды восьмой песни ночи, «Digan lo que digan». Он бросает на публику дерзкий вызывающий взгляд: вот он я. И аплодисменты звучат как буря с градом. Чудовищные, не знающие меры. «Ра-фа-эль, Ра-фа-эль». И еще раз – когда начинается «Maravilloso corazón». Он выходит с дальней стороны сцены, мелкими шажками враскачку продвигается к авансцене; удар по бедру, разворот в духе фламенко, большой палец в кармане, еще одно па и снова шквал аплодисментов, прежде чем он начинает петь. Не бывает отдыха, не бывает ни покоя, ни намека на антракт на концерте Рафаэля.

«Это огромная радость - снова очутиться в Вальядолиде. Пока я жив, я каждый год буду появляться в этом городе», - заявил он в первые минуты вечера, сразу после того, как исполнил песни из своего последнего по времени выхода альбома (Infinitos bailes) и перед тем, как начать первую забойную вещь - «Mi gran noche». У художника обильнейший и умопомрачительный репертуар. Его хиты множатся, как на дрожжах. И если не хватает своих, он обращается к произведениям коллег. Он поет волнующую «Volver» вместе с извлеченным из небытия голосом Карлоса Гарделя. Он дарит зрителям великолепную (под одну только гитару) версию «Gracias a la vida». Он добавляет децибелов в «Adoro» и отбивает руками каждую ноту в «La quiero a morir».

«Пока я жив, я каждый год буду петь в этом городе», -
заявил он во время концерта

Потому что Рафаэль экономен и точен в жестах, как абзац Хавьера Марии*. Движения его рук напоминают о чурригерско**, он избыточен, как мороженое из трех шариков. Увлеченный, с этой энергичной жизненной силой, которая появляется после поцелуев. Некоторые считают его устаревшим, как готеле*** (это не что иное, как сыпь на стенах), но он - представитель модерна на фестивале. Вечный инди. Рафаэль всегда лучше того, что ты ожидаешь от Рафаэля. Он выходит за рамки своего имиджа и своего стереотипа. Он выполняет то, чего от него ждут, и предлагает больше. Например, когда он сидит на вращающемся офисном кресле для чиновников и начинает песню «No puedo arrancarte de mi»: «Me aprietas el alma, me arañas el sueño (ты сжимаешь мою душу, ты лишаешь сна)», - говорит он на грани появления головокружения от поворотов кресла. Или когда он, стоя у рояля, играет (мы настаиваем: играет) «Por una tontería» и заканчивает ее, выливая воду из стакана на пол и покидая сцену так, будто уходит после семейной ссоры.

Рафаэль Мартос Санчес
 
На Plaza Mayor зарегистрирован второй случай стопроцентного заполнения площади
в ходе фиесты.
 

У него мощный поток голоса, он молод духом и лицом. Завистники скажут, что это фотошоп. Ему нравится позволять себе любить. Он затягивает перерывы между песнями, чтобы покачаться на волнах оваций и вкусить комплиментов. Он демонстрирует улыбку, как невеста - свое белоснежное и вычищенное пастой Colgate сокровище. Он прижимает руку к сердцу. Обнимает сам себя. Аплодирует зрителям. Приветствует их. Снова обнимает себя. И так как все на свете заканчивается, и в конце концов замолкает даже эхо, он, когда аплодисменты прекращаются, начинает другую песню. Мексиканский колорит в «Fallaste corazón», ритм «Satisfaction»**** в «Estuve enamorado». Бесценное зрелище – его исполнение песни «Volveré a nacer»Pasé de la niñez a mis asuntos, de la niñez a mi garganta - я  с детства перешел к моим делам, с детства занимался моим голосом»).

Артист показал свой самый классический репертуар
и исполнил песни Гарделя и Чавелы Варгас

И в конце ночи, когда концерт продолжался уже больше двух часов, пошли хиты, которые он еще не выпускал на прогулку.

Рафаэль Мартос Санчес

Не было недостатка в бесконечных гласных, звучных «р», длиннейших «ррррррр». В этих чрезмерностях, которые у Рафаэля не являются чрезмерностями. Когда он поет «Ella (она)», он вытягивает палец, словно приговаривая ее к изгнанию. Когда он говорит «звезда», он смотрит на небо, выискивая спутник. Когда он произносит «ты», он указывает на точку перед собой, и зрители сходят с ума. «Я все тот же. Тот же самый. Тот же Рафаэль, что и всегда", - говорит он под аплодисменты, которые никогда не станут последними.

Благословен будь этот «inphinito (бесконечный)» Рафаэль, который никогда не заканчивается.

Виктор Вела
03.09.2018
www.elnortedecastilla.es
Перевод А.И.Кучан
Опубликовано 04.09.2018
Примечания переводчика:
 

* Хавьер Мариас Франко (1951) – испанский писатель, издатель и переводчик, член испанской Королевский академии (кстати, занимающий кресло «R»), отличающийся магнетизирующим, гипнотизирующим стилем.

** Чурригерско — позднебарочный (начало XVIII в.) этап развития архитектуры Испании, для которого характерны изобилие деталей, украшений, богатый декор.

*** Готеле – фактурное пупырчато-капельное покрытие на стенах, маскирующее неровности стен и штукатурки; действительно устарело так, что при продаже домов в качестве достоинства указывают «стены гладкие».

**** Satisfaction - сингл итальянского продюсера Бенни Бенасси из альбома «Hypnotica» (2003).